Константин Дудков - Новый мир - новые обстоятельства

— Уважаемая профессор Грейнджер, разрешите мне внести ясность в сложившуюся ситуацию? — Драко расплылся в улыбке, довольный своим эффектным выходом…

— Не переигрываете, мистер Малфой, — осадила слизеринца «уважаемая профессор». Улыбка Малфоя слегка потускнела. — Если так хотите, можете и внести.

«Хм… — Драко впился в Грейнджер испытующим взором. — Странно она себя ведёт. Может, Дафна была и права…»

— Да ничего особенного здесь не произошло, профессор, — махнул рукой слизеринец, переходя на свой обычный надменный тон. — Так, небольшой конфликтик в Золотом трио. Раскол, если не ошибаюсь…

— Малфой, а тебе что, больше всех надо? — яростно прошипел Долгопупс. — Стоял бы себе в сторонке, и не вякал…

— Во-первых, — перебил гриффиндорца Малфой, — будь оригинальнее: слово «вякать» сегодня уже употреблялось. А во-вторых, не твоё дело. Что хочу, то и говорю. И ты не в праве мне этого запретить.

— Малфой, пожиралово отродье, не выводи меня, — угрожающе проговорил Невилл, вновь хватаясь за палочку. Драко на это лишь презрительно скривился и, скрестив руки на груди, спросил:

— И что? Нападёшь на меня? Безоружного? В присутствии учителя? — Он кивнул в сторону Грейнджер. — Очень, скажу тебе, по-гриффиндорски, Невилл…

— Да что ты можешь знать о Гриффиндоре, ты, поганый слизеринец?! — вновь перешёл на повышенный тон Мальчик-Который-Выжил. «Как же его легко вывести из себя», — усмехнулся Драко, наблюдая за богатой мимикой сильно покрасневшего лица оппонента. — Ты, тварь, ничего не можешь знать о Гриффиндоре!

— Фи, Невилл, сколько оскорблений! — осуждающе покачал головой Драко. — Вроде, я обращаюсь к тебе вполне спокойно и уважительно…

— По крайней мере, я не лицемерю, а выражаю истинное отношение к тебе, Малфой! — процедил Долгопупс, всем своим видом показывая гордость за себя по этому поводу…

На памяти Малфоя это был первый раз, когда он не мог подобрать достойного ответа Золотому Мальчику.

«Хм… А он меня уел…»

На радость Драко в перебранку вмешалась Грейнджер, до этого активно прикидывающаяся ветошью и не встревая в разговор:

— Мистер Долгопупс, мистер Малфой. — Она перевела взгляд с одного на другого. — Предлагаю вам закончить этот, безусловно, важный разговор и пройти на урок. Иначе, к моему глубочайшему сожалению, я буду вынуждена снять с вас обоих баллы, чего мне, поверьте, крайне не хотелось бы. — Никакого сожаления в голосе новоиспечённого профессора Малфой не услышал. Собственно, его там и не было…

К немалому удивлению Драко, все студенты, включая даже гриффиндорцев и самого Долгопупса(!), хоть и нехотя, но послушно и организовано двинулись в класс. Спустя минуту в коридоре остались только он, с любопытством наблюдавший за поведением Грейнджер в её новом образе, и сама профессор, ожидающая, пока все войдут.

— Вам что, мистер Малфой, нужно особое приглашение? — недовольно спросила она, сурово взглянув на Драко. Малфой слегка улыбнулся — невооружённым глазом было видно, что вся эта суровость наиграна, и на самом деле Грейнджер довольно дружелюбна… Но, как говориться, «имидж — наше всё»… — Поторопитесь, — бросила она и кивнула в сторону двери, подгоняя слизеринца в класс.

— Как скажете, профессор, — усмехнулся Драко и, смиренно кивнув, зашёл в класс. Там, заняв своё место, он осмотрел студентов. Первым, что бросилось в глаза, был тот факт, что Блек переместился. Сменил лагерь, так сказать: вместо обычного места слева от Долгопупса он занял пустующую парту в левой части кабинета. Там, где сидел Слизерин и Когтевран.

«Думаю, этот раскол — первый и единственный в Золотом-уже-не-трио, — подумал Малфой, с каким-то внутренним удовлетворением наблюдая за обменом испепеляющих взглядов между Альтаиром и Невиллом с Роном. — То, что Блек не вернётся под крылышко Долгопупса — это понятно. Равно как и то, что Уизел никогда не покинет своего вождя. Он и с Золотым Мальчиком практически полный ноль, а без него — так вообще пустое место. Да и сестричка его против будет…»

— Здравствуйте, — послышался голос Грейнджер. Драко повернул голову в её сторону. Профессор стояла в центре кабинета, на том месте, откуда обычно разглагольствует Поттер. — Вы меня знаете(«Тебя, Грейнджер, каждая собака в окрестностях Хогвартса знает, хотя их тут и нет!»), так что смысла в том, чтобы представляться, я не вижу. Более того, я уверена, что семикурсники рассказали вам почему, зачем и кто я здесь сегодня(«Какая проницательность! Какая осведомлённость!»). Так что предлагаю сразу перейти…

— Подожди, подожди, Грейнджер. — Кажется, Долгопупс к этому времени уже достаточно смирился с фактом утраты третьего звена своей неразлучной команды, и решил не отходить от предыдущего плана, а именно — саботирования урока. Встав из-за парты он, окинув Грейнджер презрительно-уничтожительным взглядом, не торопясь, вышел в центр класса и остановился в нескольких шагах от неё. На лице его играла мерзкая ухмылка, не сулящая ничего хорошего. — У меня к тебе есть несколько вопросов.

— Похвально, мистер Долгопупс, — одобрительно кивнула Грейнджер, нейтрально улыбнувшись. — Но, перед тем, как Вы их зададите, попрошу внести кое-какие коррективы в Ваше обращение ко мне. Видите ли, сегодня я, как Вы уже заметили, официально являюсь учителем Защиты от Тёмных Искусств. И, следовательно, обращаться Вы ко мне должны соответственно. А это означает, что все наши с Вами личные отношения, будь то неприязнь, ненависть и недопонимание мы должны оставить за дверьми кабинета и относиться друг к другу, как относятся друг к другу профессор и студент. То есть, если Вы всё ещё не поняли: я обращаюсь к Вам на «Вы», значит, и Вы обращайтесь ко мне на «Вы». Я не выражаю отрицательных эмоций по отношению к Вам, значит, и Вы отплатите мне тем же. Надеюсь, Вы поняли то, что я попыталась донести до Вашего сознания, мистер Долгопупс?

«Браво, браво и ещё раз браво, Грейнджер! — уважительно думал Малфой, слушая монолог девушки. — Я б так не с мог. Учитывая то, какими были взаимоотношения между Грейнджер и Долгопупсом на протяжении этих лет… Нет, я бы не смог бы так спокойно разговаривать с тем, кто пять лет надо мною издевался».

— Как ты заговорила, Грейнджер, — противно ухмыльнулся Мальчик-Который-Выжил на её слова. — Такая вся из себя правильная, умная-разумная, последовательная и рассудительная(«Мерлиновы подтяжки… Откуда в его лексиконе ТАКИЕ слова?..»). И, кажется, всё правильно излагаешь… Но! — Невилл поднял палец вверх, привлекая внимание. Впрочем, зря — на него и так все пялились. — Но, тем не менее, Грейнджер, слушай и запоминай. Я. Никогда. Не. Обращусь. К. Тебе. На. «Вы», — делая жирный акцент на каждом слове произнёс Долгопупс. «Какой страшный мальчик…» — Понятно?