Дэйв Дункан - Красно-розовый город

– Почему у тебя такой смешной нос? – спрашивала Лейси.

– По нему стукнули, – ответил Киллер. Он обращался к ней как ко взрослой, и Лейси отвечала соответственно. – Но скоро он выправится.

– Кто стукнул? – допытывалась она, нахмурившись.

– Один мой друг. Мы играли большими дубинками. Он стукнул меня по носу, а я его – по башке. Я стукнул сильнее.

Лейси обдумала это.

– А что ты сделал потом? – спросила она. Джерри перехватил взгляд Ариадны и улыбнулся.

– Я закинул его на плечо и отнес его в больницу, – ответил Киллер. – Он поправился, и мы выписались, и устроили большую пирушку.

– Ты плохой дядя? – спросил Алан.

– Очень плохой, – состроил рожу Киллер. – Гррррр!

– Гллллллллл! – в восторге откликнулся Алан, выплескивая на Киллера остаток молока.

Ариадна громко чертыхнулась и схватила с полки полотенце.

– Нет проблем, – мягко сообщил Киллер. – Я водонепроницаемый. – Он вытер майку тыльной стороной ладони, и несколько последних капель скатились по джинсам и упали на пол. Она села, совершенно озадаченная.

Водонепроницаемое белье?

Лейси не сводила с Киллера глаз.

– Скажи, зубная фея дала тебе деньги за все зубы, что ты потерял?

– Нет, – покачал головой Киллер. – А тебе зубная фея заплатила за один потерянный зубик?

– Она дала мне четвертак.

Джерри хихикнул и смахнул с глаз слезы от лука.

– Лейси, если бы зубная фея платила Киллеру за каждый потерянный им зуб, у нее не осталось бы денег на хороших детей вроде тебя. Он слишком мало заботится о своих зубах, этот Киллер. – Он помолчал. – Киллер?

Покажи-ка свою улыбку. Посмотрите, Ариадна.

Киллер распахнул беззубую пасть, и Джерри, используя в качестве указки свой тесак, начал перечислять:

– Видите здесь? И здесь, и здесь? Новые зубы растут на месте выбитых. А это видите? Зуб обломан, но излом уже округлился – он отрастает. Эти два совсем иззубрены, поскольку он сломал их только вчера. Они все придут в норму через пару дней – если только он сначала не получит еще по зубам, что он обычно и ухитряется сделать.

Но это же невозможно! Она недоверчиво покосилась на зубы, избегая хитрого взгляда Киллера, и повернулась к Джерри.

– Он… его зубы заживают?

Джерри кивнул и вернулся к готовке.

– Его нос выпрямится как по линейке за неделю. Мне не хотелось бы, чтобы он слышал это, но у него достаточно симпатичный нос, когда ему только дают шанс побыть таким.

Она передернула плечами, подвинула свой стул поближе к печке, но подальше от Киллера, и уставилась на огонь. Отрастающие зубы? Возможно, это не у нее белая горячка. Лейси ощупала зубы Киллера, и он зарычал и сделал вид, что кусает ее пальцы.

– А вот шрам не меняется, – продолжал Джерри. – Я так и не знаю, почему. Почему, Киллер? Почему именно этот шрам?

Киллер пожал плечами:

– Понятия не имею. Он у меня столько, сколько я себя помню. Возможно, с рождения.

Загадочный он, этот Киллер. Он казался почти мальчишкой, но теперь она ощущала в нем какую-то основательность, далеко не мальчишескую. Она удивилась, услышав свой собственный голос:

– И когда это было, Ахиллес? Когда вы родились?

Он нахмурился, и она подняла брови – на этот раз вызов бросила она.

И он принял вызов, кинув на нее забавный взгляд.

– Не знаю точно, – негромко сказал он. – В шестьдесят девятую Олимпиаду.

Что?

Джерри имел совершенно серьезный вид. Похоже, ему понравилось, как она вытащила из его друга секрет.

– В Феспиях, верно? – спросил он.

Киллер помялся, но кивнул.

– В городе, славном своим святилищем Эроса? – не отпускал его Джерри.

Киллер покосился на детей, потом сказал: «Чертовски верно», – с улыбкой, дающей понять, что «чертовски» – не совсем то слово, которое он имел в виду.

– И вдобавок славном своими бойцами?

Лицо Киллера неожиданно сделалось пунцовым, и высокий мужчина сразу же встревоженно нахмурился.

– Извини. Мне не стоило спрашивать. Это ведь больше не имеет значения.

Киллер.

Что – не имеет значения? Эти двое толковали на своей собственной волне.

– Для меня – имеет, – буркнул Киллер и снова включил свою улыбку для Лейси – ну их, этих взрослых. – Спеть тебе песенку, Лейси? – предложил он.

– О чем? – спросила она и беззаботно протянула матери свою пустую кружку.

– О том месте, где я живу, – ответил Киллер. – Это замечательное место.

Оно называется Мера. Это место, где всегда солнечно, где всегда есть чем интересным заняться, и всегда есть с кем этим заняться, и где никто и никогда не болеет и не стареет. Идет?

– Идет, – кивнула Лейси.

И Киллер запел неожиданно сочным баритоном:

Приди со мною в Меру, в цветенье вешних дней, В зеленые леса, где птицы меж ветвей, Где ирисы и маки на пастбищах цветут И облачка ромашек белеют там и тут.

Где в полдень ястреб в небе над нивами кружит, Где солнца луч в лесах густых златым столбом стоит, Где ягоды со сливками да с ключевой водой На солнечной поляне насытят нас с тобой.

И вечером, когда мы соберемся по домам, Дорога сквозь сады приятна будет нам.

И, сидя у камина, у жаркого огня Обсудим развлечения для завтрашнего дня.

Наступила тишина. Возможно, этого паренька все-таки не так страшно встретить ночью в метро. Возможно, он страшен только для других кривляк.

Не за этим ли он здесь?

– Здорово, Киллер, – сказал Джерри. – Чья это песня?

– Клио, – ответил Киллер, не поднимая головы. – Видишь, Лейси? Мера – это страна, где сбываются все мечты. Что бы тебе хотелось, если бы ты жила в Мере?

– Пегги, – сказала Лейси. – Это мой пони.

– Пегги? Разве так зовут не девочек?

– Он мальчик! – запротестовала Лейси. – Это сокращенное от Пегаса – Пегас это такая лошадка с крыльями, а у Пегги нет крыльев, но мы играем, будто есть понарошку. Вот бы у него были настоящие крылья!

– А у меня тоже сколо будет пони! – объявил Алан. – Мне папа сказал, когда мне будет тли годика!

Киллер изобразил на лице сомнение.

– А ты не слишком маленький, чтобы ездить верхом?

– Я взлослый! – Алан повернулся, чтобы апеллировать к высшему руководству. – Мама! Скажи Киллелу, что я ездю лучше, чем Лейси!

Она не слышала об этом обещании, но оно казалось вполне логичным, а до дня его рождения осталось всего несколько недель. С ее деньгами и без алиментов единственное, на чем сможет кататься мальчик – это на автобусах.

– Он правда хорошо сидит в седле, – кивнула она. – И ни капельки не боится. Он у меня вообще бесстрашный.

– Слысись? – обрадовался Алан.

– Хорошо, – согласился Киллер. – Крыльев я, пожалуй, вам не обещаю, но, если вы попадете в Меру, у вас у обоих будут пони и куча зеленых лужаек, чтобы кататься верхом. – Он повернулся к Ариадне, и вид у него снова сделался сонно-томным.