Грег Бир - Хорал забвения

Она глянула на книгу, которая оттягивала карман его куртки, и спросила:

— Студент?

— Да вроде того.

— Спрячь книгу. Завтра утром возвращайся и поговорим.

Не дожидаясь ответа, она побрела к двери и вскоре скрылась с глаз. Майкл огляделся по сторонам, недоумевая, что означают эти голые холмы, ветхий старый дом и усеянный камнями двор.

Все выглядело вполне реально. Это был не сон.

Глава третья

Страх, голод, а также горькие мысли о том, что он понятия не имеет, как быть дальше, не оставляли Майкла. Будто земля ушла из-под ног, и никаких вразумительных указаний, только слова Ламии. И не очень-то обнадеживают эти слова. И вообще, эта особа слишком бесцеремонна и почти наверняка не в своем уме. Стоило подумать об этом, как Майкла опять охватила тревога. Он решил еще раз вернуться к калитке, перелезть через нее, если понадобится. А вдруг река и все остальное за каменной оградой — только иллюзия? Быть может, достаточно перебраться на ту сторону, и снова окажешься в переулке…

Или снова столкнешься с пугалом в оборчатом платье и широкополой шляпе!

Эта мысль вынудила Майкла остановиться на полпути к калитке. Сжав кулаки, он повернулся и зашагал обратно по камням и комьям земли. Он уже вернулся на грунтовую дорогу и решил последовать советам Ламии, но тут услышал стук копыт. Сзади, примерно в полумиле, показались пятеро всадников, они мчались галопом, поднимая облако пыли. Майкл спрятался за валуном и стал ждать.

Всадники приблизились к узкой тропинке, которая вела к дому, и остановились посовещаться. Таких людей и лошадей Майкл еще никогда не видел. Кони были рослые, тощие и словно лишенные шкуры — так явственно проступали мышцы. Среди четырех чубарых коней выделялся скакун ослепительно золотой масти.

Седоки, высокие и худые, походили на призраков, особенно благодаря своим странным лицам. У всех были светлые волосы с рыжеватым оттенком, голые узкие подбородки сильно выдавались, глаза под огромными бровями напоминали блюдца. Цвет одежды, жемчужно-серый, походил на масть их коней, ткань ярко переливалась в лучах утреннего солнца.

После недолгого разговора они поехали по тропинке к дому и спешились у входа. Кони остались у крыльца, а их хозяева без стука вошли в дом.

Майкл еще некоторое время смотрел им вслед из укрытия, потом решил, что лучше как можно скорее убраться отсюда и найти город. Дорога заняла минут сорок пять. По пути он то и дело оглядывался, не едут ли сзади всадники.

Вскоре Майкл обнаружил, что наручные часы остановились — секундная стрелка не двигается. Две другие показывали шестнадцать минут второго. Однако голодное бурчание желудка позволяло судить о времени.

Город появился на горизонте неровной цепью темных глыб. Чем ближе подходил к нему Майкл, тем меньше радовало это зрелище. В предместье теснились саманные домишки с коническими соломенными крышами. Почти из всех печных труб тянулся дым. В неподвижном воздухе он постепенно превращался в пелену тумана. За лачугами виднелись двухэтажные здания, они соединялись каменными стенами и все вместе представляли собой довольно унылую и однообразную картину.

В город вели никем не охраняемые низкие ворота. Майкл прошел через них, утопая в сыром тумане. Надпись, аккуратно выведенная краской на арке ворот и обращенная скорее к городу, чем вовне, гласила:

«Эвтерп, славная столица Земель Пакта».

В этот ранний час на улицах уже появились люди: женщины несли корзины, мужчины стояли и разговаривали. Заметив Майкла, каждый встречный считал своим долгом на него уставиться. Он шагал, держа руки в карманах брюк, и поглядывал на горожан. Женщины носили штаны и блузы или темные мешковатые платья. Мужчины «щеголяли» штанами цвета пыли и грязными коричневыми рубашками. Некоторые ходили от дома к дому с охапками сухого тростника.

К неудовольствию Майкла, он привлекал слишком много внимания, хотя никто не решался с ним заговорить. Вообще, Эвтерп напоминал концлагерь: тишина, порядок и скрытая настороженность.

Где же гостиница? Майкл тщетно искал указатель. Наконец он собрался с духом и подошел к бледному круглолицему брюнету с редеющими волосами, он с большой корзиной в руках стоял на тротуаре.

— Извините…

Горожанин взглянул на него с вялым любопытством.

— Вы не скажете, где тут гостиница?

Брюнет улыбнулся, кивнул и зачастил на непонятном языке. Майкл недоуменно покачал головой, и круглолицый, подняв брови, жестами указал нужное направление.

— Спасибо, — сказал Майкл.

К счастью, до гостиницы было рукой подать, и узнал он ее без труда, — только от нее исходил приятный запах. Вывеска отсутствовала, но здание выглядело приличнее, чем соседние дома, над дверью и окнами красовались лепные орнаменты. Из окон первого этажа волнами лился аромат свежей выпечки. Майкл остановился, проглотил слюну, затем поднялся по ступенькам и вошел в небольшую прихожую. За конторкой сидел низкорослый толстяк в кепи и рабочем комбинезоне. Вся мебель была сплетена из прутьев или, как конторка, сложена из кирпичиков. Ковры в прихожей сильно истерлись, и грубая матерчатая обивка плетеной кушетки у двери прорвалась во многих местах, из дыр лезли прутья.

— Мне Ламия посоветовала сюда прийти, — сообщил Майкл.

— Да ну? — пробормотал толстяк. Его взор остановился на уровне груди Майкла. Казалось, этот человек не желал признавать, что на свете бывают люди выше него ростом.

— Вы говорите по-английски, — заключил Майкл.

Толстяк кивнул.

— Она сказала, здесь можно заработать на еду и ночлег. А утром я вернусь к ней.

— Да ну? — повторил человек за конторкой.

— Она хочет, чтобы я работал.

— А-а…

Толстяк обернулся и посмотрел на ключи, висевшие за конторкой, — глиняные, увесистые, в общем, довольно несуразные.

— Ламия. — Голосу явно недоставало энтузиазма. Он взялся за ключ, но так и не снял его с крючка. И опять уперся взором Майклу в грудь.

Майкл наклонился вперед, чтобы толстяк смотрел ему в лицо, и тот расплылся в улыбке.

— И что это будет за работа?

— Ну… что угодно.

— Ламия… — Он снял ключ и посмотрел на него с тоской. — Она еще никого не присылала. Ты ее друг?

— Не знаю, — смутился Майкл.

— Почему же она о тебе заботится? — допытывался толстяк, словно получил отрицательный ответ.

— Я, вообще-то, многого не знаю.

— Значит, ты новичок, — бесстрастно заключил толстяк, затем нахмурился и более пристально взглянул в лицо Майклу. — Господи, и впрямь новичок! Как же тебе удалось встретиться с Ламией, если ты новичок? Впрочем… — Он поднял руку и хмыкнул. — Никаких вопросов. Ты в самом деле под ее опекой, иначе разговор был бы другой, уж поверь. Ладно, нет проблем. Раз ты новичок, тебе нужен учитель.