Диана Марселлас - Зов Колдовского ущелья

— С добрым утром, Эннис! — приветствовал его Мелфаллан.

— Ваша светлость!

Начальник порта согнулся в повторном неловком поклоне, металлический знак придворного на его мощной груди весело блеснул в свете солнце. Мелфаллан добродушно махнул ему рукой, давая по обыкновению понять, что формальности излишни. Эннис ответил необычно белозубой для рыбака улыбкой.

— Я постоянно тренируюсь делать поклоны, — торжественно сообщил он, подозрительно походя в этот момент на помпезного главного дворецкого Мелфаллана. Два этих человека никогда не ладили друг с другом и даже не пытались сделать вид. — Надеюсь, лорд оценит мои старания.

— О Эннис! — Мелфаллан хлопнул начальника порта по плечу. — Я все принимаю к сведению. Но полагаю, твои усилия напрасны. Отвешивать поклоны столь же излишне для тебя, как для меня — знать толк в вышивании.

— Вышивание — красивое искусство! — заметил Эннис.

— Высокие манеры — тоже. Но это вовсе не означает, что мы с тобой обязаны демонстрировать подобные умения друг перед другом, согласен? — Мелфаллан подмигнул подчиненному.

— Согласен, ваша светлость!

Рыбак довольно крякнул, и оба они как по команде повернулись в сторону гавани. Там, внизу, покачивались в спокойных блестящих волнах пять рыбацких кораблей и несколько небольших суденышек. Остальных не было — в столь тихий и солнечный день все рыбачили в неглубоких прибрежных зонах. На мачте одного судна развевалось золотистое знамя герцога, напоминая Мелфаллану о недавнем разговоре с Ландретом.

«Разберусь с Бартолом позже», — раздраженно подумал граф.

Оба солнца достигли зенита, и белые стены замка отбрасывали теперь двойные тени. Люди в порту, окончательно проснувшиеся, оживленно сновали туда-сюда. С правой стороны по широкой дороге, ведущей к замку, тоже сновал народ, поднимая клубы пыли, уносимые свежим ветром.

Мелфаллан проводил взглядом дозорный отряд с блестящими копьями, марширующий на пост, ровный ряд повозок с провизией, движущихся вверх к замку. Он посмотрел дальше: на холмы, опоясывающие небольшую тиольскую бухту, покрытые неровными квадратами злаковых полей, на прибрежные горы на горизонте, густо поросшие лесами.

«Мне нужен сын! — пронеслось в голове Мелфаллана. — Сын, которому я передал бы все это».

Согласно преданиям, сохранившимся со времен Основания, аллемани жили когда-то на другом побережье — в западных теплых и плодородных землях. Они делили территорию с другим народом и постоянно воевали с ним. То были несерьезные войны, скорее спортивные, нежели завоевательные. Всем живущим в тех далеких краях вполне хватало тепла и пищи. Аллемани, управляемые Верховными лордами, которых сами же выбирали, мирно рыбачили и охотились, радовались достатку и благополучию до тех пор, пока не случилась беда.

Однажды прибрежную часть моря заполнили цветущие водоросли, губя все живущее в воде. Южные соседи аллемани охваченные паникой из-за моря, напали ночью на их поселения, жестоко грабя и убивая хозяев. Уцелевшие аллемани под предводительством двух Верховных лордов сели на корабли, погрузив с собой все, что смогли спасти, и храбро вышли в открытый океан в поисках нового пристанища, оставляя позади смерть и войны.

Они проплыли тысячи миль, ориентируясь на нить островов, тянувшихся вдоль северного берега океана, но встречали на пути лишь промерзшие мертвые земли, где никто не жил. Океан кишел жизнью, давая пищу и надежду.

Беглецы сделали остановку, причалив к одному из покрытых льдом берегов, чтобы передохнуть, отремонтировать суда и опробовать почву, но примерно через год отправились на дальнейшие поиски.

«Что, интересно, чувствовали мои далекие предки, когда зеленый берег Брайдинга показался с восточной стороны? — размышлял Мелфаллан. — То же ли самое, что испытываю сейчас я? Или нечто большее?»

— Уловы в океане за последнюю неделю прекрасные, — заговорил Эннис с едва уловимым упреком, прерывая ход мыслей графа.

Мелфаллан взглянул на начальника порта и улыбнулся. Практичный Эннис не понимал его рассеянности и задумчивости, но пытался не выказывать своего раздражения.

— Прости, Эннис. Я тебя слушаю. — Мелфаллан сосредоточился.

— Спасибо, ваша светлость, — ответил, фыркнув, Эннис. — Как я уже сказал, океанские уловы отличные. В Сарандоне и Эври началась миграция осетра, но рыбаков преследуют гомфреи — идут вверх по течению. А рыбы много.

— Сколько гомфреев? — спросил Мелфаллан.

Огромные морские змеи, обычно доброжелательно настроенные по отношению к людям и их судам, время от времени впадали в бешенство в период ежегодной охоты и атаковали рыбацкие лодки.

— Пока их только двое, — ответил Эннис. — Один футов шестьдесят длиной, другой — больше сотни. Тот, что побольше, опрокинул баржу с пшеницей, а потом сожрал всего осетра, который кинулся поедать зерно. Неплохо позавтракал: заглотил штук сорок рыбин, обильно приправленных пшеничкой. А вы до сих пор утверждаете, будто у этих тварей нет ума.

— Я никогда не утверждал, что у них нет ума, — спокойно заметил Мелфаллан. — Я говорю, что это еще не доказано.

Эннис хмыкнул.

— По-моему, это одно и то же. — Он засунул руку во внутренний карман жилета и извлек оттуда сложенные во много раз листы бумаги. — Я принес вам письменные отчеты, как обычно. Сезон улова пока не закончен, ваша светлость.

— Будем надеяться, он еще порадует нас, мастер Эннис, — сдержанно ответил Мелфаллан.

— Да помоги нам Океан!

Граф взял бумаги из рук Энниса и бегло просмотрел их. Ему в голову вдруг пришла неплохая мысль: спросить у начальника порта, что он думает о Бартоле. Северный корабль стоял в порту уже три дня, за это время Эннис наверняка узнал о госте что-нибудь полезное, а Мелфаллан доверял его мнению. Старый моряк обладал исключительной наблюдательностью и никогда не боялся говорить правду.

— Сколько времени находится в наших краях капитан Бартол? — спросил Мелфаллан, переводя разговор в другое русло.

— Несколько дней, — незамедлительно ответил Эннис, словно ожидал подобного вопроса. — Говорят, сначала он побывал в Назеби.

Оба посмотрели на корабль Бартола. Его знамя колыхалось на ветру, а на палубе суетились матросы. Вдруг в носовой части показалась чья-то фигура — золотистые воротник и пояс человека празднично блестели в свете солнц. Сомнений не было — сам капитан вышел проверить ветер.

— Элегантный корабль, — протяжно произнес Эннис. — Одно из лучших судов герцога. Тросы аккуратно уложены, краска свежая. Матросы опрятные, в добротных рубахах и парусиновых брюках. Держу пари, они вообще не рыбачили по пути, поэтому и остались такими чистыми.