О. Шеремет - Большая Игра

Хотелось, черт возьми, делать что-то. Действовать, имея хоть какую-то чертову цель в чертовой его жизни. И как вовремя подвернулась эта девочка, ни в сказке сказать, ни пером описать — пастушка, рядом с которой Адам мог чувствовать себя настоящим принцем.

— Итак, Ватсон, что мы имеем?

Информации было — кот наплакал. Двадцать лет, приехала из Норвегии… кажется… Живет с двумя подругами, в городке Билокси. Это где-то восточнее по побережью залива. Работает в отеле. В большом отеле на берегу, с пристанью и французским садом вокруг. Название она то ли не говорила, то ли Адам забыл. Казалось, ничего нельзя сделать, имея такие скудные данные… Но, когда тебе двадцать лет, у тебя есть куча свободного времени, и тебе осточертели ежедневные гулянки — этого как раз достаточно, чтобы сорваться с места.

Задача оказалась не так проста, как казалась с первого взгляда. В Билокси было не меньше двух десятков отелей-казино, из которых половина стояла на берегу залива и имела собственные небольшие пристани. А насчет «французского сада» — Адам с трудом представлял себе, что это такое, но представлялись почему упорно обнаженные статуи, мраморные тела, слившиеся в порывах страсти… И прочая такая ерунда…

В конце концов, он избрал объектом наблюдения отель с французским названием. На расстоянии от главного входа пряталась небольшая дверь «Для персонала». Надеясь на то, что у девушки был рабочий день, англичанин устроился на противоположной стороне дороги с суточным запасом кофе и пончиков из Dunking Doughnuts. С того времени, как они встретились в Новом Орлеане, прошло около шести дней — столько времени потребовалось Адаму, чтобы привести в порядок свои дела и отчитаться перед отцом. Настроение, изрядно упавшее после разговора с суровым родственником, поднималось какими-то лихорадочными рывками.

Но поднималось же.

Давно у Аски не было такого паршивого дня. Вертелась в тяжелой от бессонницы голове крутилась дурацкая песенка… измененная в соответствии с реалиями жизни: «Superviser… Ohhh, you drive me crazy… Superviser!» Бритни, пожалуй, не оценила бы подобное новшество. Сегодняшний супервайзер был в состоянии свести с ума даже киборга-андроида, лишенного всяческих эмоций. Сначала она поймала невезучую горничную в коридоре и предъявила претензию по поводу того что та «слишком быстро работает»… Аска, поревев от обиды полчаса, естественно, сильно замедлила темп. И перед обедом получила уже выговор за то, что ничего не успевает.

Вселенская несправедливость вцепилась всеми когтями и зубами в девушку. Во-первых, съехали корейцы со своим выводком. Во-вторых, их номер попал как раз под её юрисдикцию… То бишь именно её, Аски, священным долгом была уборка. И она, глубоко вздохнув и вознеся молитву богам, вошла в номер.

Далее последовала тихая, но очень раздраженная фраза, состоящая сплошняком из непереводимых экспрессивных выражений на норвежском, которых приличной девушке-то и знать не полагается. Арбуз доминировал в этом номере. Пахло арбузом. Под ногами разбегались, будто тараканы, скользкие черные косточки. Шкурки лежали на столе, на тумбочке, под простынями и в шкафу… Весело.

Едва она успела привести себя в более-менее уравновешенное состояние после этого «корейского вопроса», как на горизонте показался менеджер — человек, в иерархии отелей весьма значимый. Тем более для скромной горничной в отглаженном белом переднике.

— За мной, — скомандовала госпожа менеджер, улыбаясь нежно, по-акульи.

— Куда? — вякнула было Аска, но поняла, что ответа не получит.

По дороге в офис перебирала все свои последние прегрешения. Ну, вроде ничего смертельного не было. Конечно, могли уволить и из-за ерунды — как, например, одного уборщика вышвырнули за небритость. Но, заглянув в глубины души, северянка призналась, что не сильно расстроится в таком случае.

На каморке, к которой её привела менеджер, висела табличка «Расследования» — то есть, Аска её себе так перевела. И понадеялась, что это слово имеет еще несколько значений, менее грозных. Стало сразу как-то очень неуютно.

«Здесь сажают за невычищенный душ?»

Круглый маленький столик. Менеджер села где-то в сторонке, Аска — напротив мужчины средних лет, за столом. Свет в глаза направить забыли.

— Помните, как вы убирали номер 1012?

— Нет, — честно призналась девушка. — У меня плохая память на цифры.

— Пять дней назад, — уточнил собеседник.

— Тем более.

Он вздохнул, переглянулся с менеджером, спросил у той, умеет ли её подопечная читать по-английски.

— Умею, — Аска раздраженно влезла в разговор. — Может, объясните, наконец, в чем дело?

Она получила на руки несколько печатных листов с трагической историей о том, что гостья забыла в номере 1012 свои пластиковые бусы, выкрашенные в золотистый цвет… И Аска вспомнила: она еще колебалась какое-то время, а потом выкинула побрякушки в мусор. В конце концов, гости съехали, разве кому-то придет в голову возвращаться за подобной ерундой?

Как оказалось, пришло. Бусы неожиданно оказались дороги сердцу гостьи, и она потребовала возмещения в размере 150 долларов… за которые можно было купить, пожалуй, связку подобных бус и увешаться ими, изображая новогоднюю ёлку.

Но клиент, черт б его побрали, всегда прав. А горничная, соответственно, виновата….

Сумма была достаточной, чтобы испортить и без того не радужное настроение. В довершение, работала Аска одна — у девчонок были выходные.

На выходе из отеля девушка мечтала только о том, чтобы кого-нибудь убить. Можно и в буквальном смысле слова. И как раз этот момент Адам выбрал, чтобы подъехать к ней, и, улыбаясь с аристократической сдержанностью, предложить подбросить до дома…

И грянул гром.

— Да пошел ты, — довольно-таки спокойно бросила девушка, не замедляя шаг.

Адам заколебался, глядя вслед клетчатой синей юбке. Можно поехать за ней, в надежде, что снежная королева соизволит сесть в машину, но что-то подсказало англичанину, что тогда он нарвется на более распространенные, полные метафор и эпитетов проклятья. Инстинкт охотника включился: жертва уходила от погони, и её надо было поймать во что бы то ни стало.

Парень выскочил из машины и заторопился за Аской. Широко размахивая руками, подстроился под её темп и пошел рядом, делая вид, что он так, мимо проходил. Аска бросила на него несколько косых взглядов, потом сдалась.

— Ну, что тебе?

— Мне? — Адам изобразил самое искренне удивление. — Ничего. Провожаю тебя до дома.

— Я и сама не заблужусь.

— Ты права. заблужусь я, если попытаюсь вернуться к машине.