Норман Сеймон - Принцесса

- Ой, какие они забавные! - хохотала принцесса. - А я никогда не видела ни одного.

- Шестиноги очень похожи на усачей-падальщиков, которых полно в степи, - пояснил Арнольд.

- Да я и их не видела…

- Увидишь! Шестиноги часто посещают наши края, а однажды я даже ехал в их караване.

- Верхом на жуке?!

- Нет, они этого не любят. Если уж людям совсем не на ком путешествовать, то впрягаются в повозку, один за другим, и бегут. Повозка трясется, все скрипит… - Арнольд попытался показать, как раскачиваются пассажиры в тележке, но у него не получилось так смешно, как у Олафа. - В общем, это не восьмилапый. Пауки бегают плавно, хоть мед пей у них на спине.

- А правда, - Алпа обняла принцессу и пригласила гостей нагнуться к ним, перейдя на шепот. - Правда ли, что некоторые люди дразнят восьмилапых раскоряками?

Олаф громко расхохотался, а Арнольд покраснел. Он взглянул на слугу, но тот отвернулся и отошел на несколько шагов.

- Давай не будем про такие вещи говорить. Восьмилапые - наши друзья и покровители.

- Конечно, конечно! - закивала испуганная Алпа. - Мне просто в поселке так говорили…

Не все люди любили восьмилапых хозяев планеты, особенно те, кто хоть раз видел, с каким наслаждением они поедают живых людей. Арнольд многое мог бы рассказать принцессе о том, как сложно строятся отношения двуногих и восьмилапых жителей Чивья, но он уже смог определить, что девушка не умеет скрывать свои мысли. Это очень не нравилось молодому человеку в будущей жене, от такой каждый смертоносец сможет узнать все. Но приказ отца следовало исполнить.

- Тебе не стоило их слушать, - строго сказал Арнольд Алпе. - И лучше всего - рассказать о них Ирже.

- Я… Я наверное… Потом… - девушка увлеклась разглаживанием подола.

- Идемте к пропасти, я покажу вам водопад! - выручила ее Тулпан. - Вода падает с края на самое дно, там почти всегда висит радуга!

Это предложение всем понравилось. Молодые люди шутили, болтали о пустяках, швыряли вниз камешки. Вот только Олаф тайком строил своему господину рожи, а тот показывал ему кулак. Потом Алпа увидела вышедшего из дворца Чалвена и предложила спрятаться от старика. Нашедший их стражник получил строгий приказ Тулпан ни в коем случае не выдавать их убежища в глубине кустов, и не сжалься над Чалвеном дежуривший на дереве восьмилапый, слугу вполне мог хватить удар.

- А теперь показался Ларион, - прервал Олаф рассказ Арнольда о его героической охоте на шатровиков. - Думаю, от него прятаться не стоит, наш старик довольно строг.

- Это точно, - согласился Арнольд. - Если его разозлить, то помнить об этом придется всю жизнь.

Молодые люди вышли из укрытия и не спеша, по парам, направились к старшим. Ларион издали заметил Арнольда, тот коротко кивнул. Старик этим не удовлетворился и перевел взгляд на Олафа, которого считал куда умнее. Слуга беспечно улыбнулся.

- Хоть здесь все в порядке… - пробормотал Ларион. - Впрочем, этого и следовало ожидать.

- Принцесса Тулпан слоняется к тому, чтобы принять мое предложение! - заявил Арнольд, приблизившись.

Девушка покраснела и отвернулась. Старик встал перед принцессой на одно колено и церемонно поцеловал ей руку.

- В таком случае, готовься к путешествию. Арнольд сказал тебе, что в Чивья с нетерпением ждут посещения принцессы Тулпан?

- Ага! - некстати вмешалась Алпа. - Сказал!

- Я должна еще посоветоваться… С Оком Повелителя, - напомнила Тулпан.

- Конечно, - Ларион нахмурился. - Конечно… Хотя я бы предпочел не торопить восьмилапого с решением и совершить поездку как можно скорее. Но оставим это до завтра. Где нам предстоит заночевать?

- Я не знаю… Наверное, во дворце, - опомнилась принцесса. - Подождите здесь, мы спросим у Чалвена.

Когда девушки отошли, Ларион положил руку на плечо Арнольда.

- У нас небольшие трудности в переговорах. С людьми мы справились бы быстро, если эти дикари вообще заслуживают такого названия… Но вот Иржа, этот паук - препятствие. Придется положиться на разум Мирзы.

- Справится! - беспечно предположил Олаф. - У них нет выхода. Сидят здесь взаперти, отрезанные от всего мира. Увезти принцессу, пока раскоряка думает - это ты здорово придумал.

- Слишком просто, чтобы восьмилапый на это согласился.

- Почему нет? Он должен понимать, что от его Ужжутака скорее всего не осталось и следа!

- А если нет? - Ларион вздохнул. - Если завтра с севера придут вести о его победе? Повелитель не глупее тебя, вот и прислал сюда сватов, а не армию. Кстати, взять этот дворец было бы непросто.

- Верно, - кивнул Арнольд. - Может быть, есть другие мосты через Кривую пропасть?

- Нет, я успел расспросить Алпу, - сказал Олаф. - Весь Хаж отделен пропастями и снегами от степи, тут единственный проход ко всем пяти перевалам. Знаешь, Ларион, это выглядит довольно забавно, если, конечно, девчушка не врет.

- Не врет, - заметил молчаливый Агни. - Я был в Архиве и видел карту. Так и есть.

- А что в этом забавного? - нахмурился старик.

- Да весь Хаж на самом деле здесь! - рассмеялся Олаф. - Пять перевалов, но дорога одна! И если там у них сотни людей, то дворец охраняется только десятком недотеп и восьмилапыми.

- Говорите тише, они здесь кругом, - предупредил его Ларион. - И не забывайте контролировать мысли… Да, над этим стоит поразмыслить. Правда, один из поселков тут недалеко, оттуда может быстро прийти помощь.

- Крепость, - серьезно сказал Олаф. - Крепость на том берегу, где остались наши смертоносцы. Хороший отряд людей и пауков в этой крепости запер бы Хаж навсегда, а вместе с ним и всех чудовищ, что могут появиться из-за перевалов. Тогда принцесса может выйти замуж хоть за краснокровное существо, которых они тут выращивают.

- Может быть… - старик быстро оглянулся, успев заметить трех смертоносцев на ближайших деревьях. - Но Повелитель дал нам другой приказ.

- Олаф - голова, - простодушно заметил Арнольд.

- Постричь бы эту голову, да разучить ухмыляться, вот было бы совсем хорошо, - буркнул Ларион. - Все, совет окончен. Настас натворила дел… Навязали на мою шею эту сумасшедшую! Вон, ковыляет Чалвен, покажет, на какой куче навоза нам устроиться на ночь.

Два паука стояли в стороне от дворца, там, где узкая тропинка круто сворачивала за большую серую скалу, убегая к поселку. Оба не двигались уже несколько часов, время от времени обмениваясь мысленными импульсами. Эти переговоры не походили на человеческие, здесь к тому, что можно было бы обратить в слова, примешивались картины, воспоминания, просто ощущения и эмоции. Смертоносцы давно поели, их брюха раздулись, оттуда доносилось урчание. Совершенная пищеварительная система быстро расправлялась с пищей, еще до поступления в организм полуразложенной ферментами.