Вячеслав Грацкий - Заговор Древних

Мстислав готов был еще рассказать о себе, но ведьмак вновь прервал его, обратившись к девушке.

— Чую в тебе, Виста, кровь славянскую, — прищурился он. — И в то же время, вроде, чужая ты здесь… Вестимо, в далеких краях выросла?

Вопрос не застал ее врасплох, на этот случай у нее был ответ, при том не один, вот только торопиться с ним не следовало. Изобразив на лице задумчивость и печаль, она поводила немного пальцем по столу, выловила из воздуха муху…

— Не о чем мне рассказывать, — довольно резко начала она. — Но из уважения к хозяину — за спасение наше, за сытный ужин — расскажу… Ты угадал, ведьмак, здешние у меня родители были, из полян. Волей богов попала моя мать в рабство на далекий юг, за Русское море. Там я и родилась. От матери язык знаю и обычаи кое-какие здешние… Она умерла недавно, а перед смертью просила меня навестить весь ее родную, да родственников… — Виста старательно зашмыгала носом, пытаясь вызвать неловкость и отвлечь внимание мужчин от дальнейших расспросов.

В комнате воцарилось молчание.

— И ты в одиночку… — начал было Мстислав, но Виста резко оборвала его.

— Я же не клуша деревенская! Я могу за себя постоять!

Почувствовав ее нежелание вести беседу на это тему и даже неприязнь к нему, Мстислав расстроился и повернулся к ведьмаку.

— Послушай, ведьмак, ты говорил, что дождь скоро, а сколь идти будет, ведаешь ли?

— Ведьму вы сгубили сильную, так что думаю, недели две, не меньше.

— Что? Две недели? Да через две недели я в Киеве уже должен быть! Да и не здесь же…

Он замялся, но все его прекрасно поняли. Оставаться здесь, в логове ведьмака, Мстислав не собирался ни под каким предлогом. Виста и Мстислав одновременно посмотрели на хозяина, тот тяжело вздохнул.

— Вот так всегда с вами, людьми. Сначала ату его, кол ему в… одно место, а как петух жареный клюнет вас туда же, так вы тут как тут… — он сокрушенно махнул рукой. — Ладно, помогу я вам. Но и вам придется кое-что сделать для меня.

— И что же? — подозрительно спросил Мстислав.

— Ничего, что могло бы уронить воинскую честь и совесть, — успокоил его ведьмак. — Дело в том, что намедни и я в Киев собирался, но появились вы, убили бедную старушку Ягу. Теперь ее осиротевшие подручные будут безобразничать, окрестный народ стращать. Боюсь, как бы местные власти дружину не прислали… Надо бы присмотреть…

— За дружиной? — уточнил Мстислав. — Или за нечистью?

— Это важно для тебя? — ведьмак недовольно поморщился.

— Ну, в общем-то… — начал было Мстислав, но Виста наступила ему на ногу, заставив запнуться. — Так о чем ты просишь, ведьмак?

— Нужно мне вещицу одну малую в Киев доставить, ежели вы возьметесь, то я, пожалуй, помогу вам, чем смогу…

— Чем же ты нам поможешь, ковер-самолет выдашь или сапоги-скороходы?

— Ишь чего захотел! — усмехнулся ведьмак. — Своим ходом пойдете, ребятки! Я вот только дождик отведу, да короткой тропой к людям вас выведу. Ну, так как, договорились?

— Договорились, — Мстислав был доволен, что от него не потребовали ничего супротив его чести.

— Вот и ладненько! — ведьмак поднялся, подошел к окну. — Можете взглянуть. Ветер я уже сменил… Уже светлеет.

Они выглянули наружу. И действительно, брюхатые дождем тучи расползались, медленно, нехотя, отчаянно цепляясь за верхушки деревьев, норовя задержаться, освободиться от гнетущего их бремени, но все-таки постепенно небо очищалось. И очень скоро первые солнечные лучи прорезали воздух.

— Вопрос лишь в том, отчего светлеет? — пробурчал под нос Мстислав, но ведьмак услышал его, расхохотался.

— Молодец, парень. Сомнение — первая заповедь колдуна. Пойдешь ко мне в ученики?

— Нет уж! — испуганно отмахнулся витязь. — Я как-нибудь без волшбы проживу.

— Вольному воля… — снисходительно кивнул ведьмак.

Отдаленный шум послышался из леса. Ведьмак насторожился, припал к окну, ловя каждый звук. Шум приблизился и теперь уже можно было услышать, как трещали вековые дубы, выворачиваясь с корнем, как падали, увлекая за собой соседей. Что-то громадное продиралось сквозь лес и это что-то двигалось прямо к ним.

— Вот и еще один поклонник талантов бабы-яги… — пробормотал ведьмак, тревожно взглянул на небо.

А там, на почти очищенное голубое поле, вдруг снова надвинулась огромная грозовая туча. И двигалась она все с той же стороны, что и приближавшийся лесной гул.

— Да что же это такое! — удивился витязь. — Откуда у нечисти столь трепетная привязанность к ведьме? Ну, вмерла так вмерла, чего они разбушевались?

— Да есть причина поважнее привязанности… — пробормотал ведьмак, бросив пронзительный взгляд на девушку.

И та немедленно ощетинилась и подобралась.

— Ты на что это намекаешь? — прошипела она.

— А ты разве не знаешь? — удивился ведьмак.

— Нет, не знаю! — отрезала Виста. — И надеюсь, ты объяснишь все-таки!

— Магическая сила ведьмы, девочка… В этом все дело!

— А-а-а, — хлопнул себя по лбу Мстислав. — Точно! Я же слышал, что ведьма не может умереть, не передав свою волшебную силу! А если ее убить, то, как правило, сила должна перейти к убийце! Так что же это получается… — брови витязя поползли вверх, он оглянулся на девушку.

— Именно это и получается, — подтвердил ведьмак, заглянул в глаза девушке. — Сила перешла к тебе, Виста, но понадобится девять дней, прежде чем она надежно обоснуется в тебе. А до этого всякий может забрать ее!

Никто и моргнуть не успел, как Виста очутилась у стены, с обнаженным клинком и горящими глазами.

— Так ты за этим нас сюда привел, мерзавец?!

В доме воцарилось молчание, разрываемое лишь лесным шумом, ставшим уже оглушающим. За окном резко потемнело и по крыше угрожающе замолотили тяжелые капли. Ведьмак метнулся к двери, а складки плаща встрепыхнулись и опали за его спиной точно крылья.

— Ты ошибаешься, Виста. Вы мои гости и находитесь под моей защитой. В моем доме вы в безопасности, а вот выходить не рекомендую. Это планетник, но я разберусь…

Ведьмак покинул дом, вышел на середину поляны, вытянул руки и замер. Замерцал его плащ, забегали обвивая руки, голубые змейки, а ладони окутались призрачным светом. В ту же секунду из земли ударил огонь…

— Кто такой планетник? — Виста толкнула локтем Мстислава.

— Нечисть такая воздушная, погодой заправляет. Оч-чень не любит, когда вмешиваются в его дела такие вот, как этот. Биться будут! — радостно потер руки

Мстислав.

Что-то странное показалось Висте во вспыхнувшем возле ведьмака костре. Она напрягла зрение, всмотрелась, и мир вдруг подернулся дымкой, а когда та прошла, мир стал четче и резче, будто вымытый и вычищенный до блеска. И теперь Виста увидела, что не костер вовсе полыхал под ладонями ведьмака. Огромный огненный змей бесновался в его руках, пытаясь вырваться на свободу, но руки ведьмака сдавили его покрепче, и тот утих, подчиняясь.