Валерий Иващенко - Единственный воин Королевы

– Есть. Предъявить? – и, подняв правую руку, положил ладонь на рукоять неразлучного меча. И быть бы беде, ибо стражник сдуру тоже ухватился за свой протазан, но тут от соседней повозки, принадлежащей важному бородатому купцу, подоспел десятник. Бывалый солдат сразу ухватил зорким оком и дворянские повадки парня, и колечко, и ту несуетливую небрежность, с какой только опытные мечники берутся за рукоять оружия. Он врезал стражнику по затылку с такой силой, что у того клацнули зубы.

– Ваша милость, не гневайтесь – солдат молодой, необученный ещё. Взбучку после смены я ему самолично устрою. – и чуть поклонился приезжему. Парень оставил в покое оружие, кивнул. Всё верно – за такую ошибку он спокойно имел право развалить дурака от плеча до пояса, да потом ещё и потребовать компенсацию за оскорбление дворянской чести. На этот счёт закон недвусмыслен – если ты знатный человек хоть с края света, тебя обязаны уважать всюду. Зато и здешних дворян будут уважать там.

– Всё в порядке. Только втолкуй ему, десятник, что другие могут оказаться не столь мирно настроенными. Тот заверил, что молодой господин на сей счёт может быть спокоен – выволочка будет знатная, и наконец караван проехал в ворота. Гуго… нет, уже Майклу – ибо парень решил взять себе имя невесть за что повешенного слуги – приходилось бывать в других городах, кроме Лорндэйла. Но здешний пригород Ронда ему совершенно не понравился – кривые улицы, грязь, вонь. А пуще всего – какие-то ленивые, словно сонные горожане. Зато порт – порт совершенно его покорил. Он был куда больше столичных речных пристаней. Полный самых разных и странных кораблей, диковинных людей и товаров. А над всем этим витал шум и запах моря – вечный, чуть солоноватый и какой-то будоражащий. А когда парень протолкался по каменному причалу, лавируя меж штабелей бочек и тюков с незнамо чем, то перед ним раскинулась громадная, зеленовато-серая гладь. Ух ты!

В конце концов запахи рыбы, смолы и соли, а также усиливающееся бурчание в животе привели Майкла к мысли об обеде. Понаблюдав сцены купли-продажи в лавках, а также достоинство монеты, коей толстяк в полотняном сюртуке расплатился с извозчиком, он тихо присвистнул. Если в Лорндэйле кошель с золотом не был чем-то таким уж из ряда вон выходящим, то здесь, похоже, на такую сумму можно было безбедно прожить пару-тройку лет. И пришлось спешно искать лавку менялы, ибо золотых монет в обиходе Майкл что-то не приметил. Худой и подозрительно зыркающий из-под кустистых бровей субъект раз десять поинтересовался – а не краденые ли? не добытые ли в полночь на большой дороге? – и лишь потом нехотя обменял десять золотых кругляшков на весьма симпатичных размеров кошелёк серебра. Напоследок посоветовав молодому вельможе не спускать всё это на шлюх за седьмицу. М-да, нравы здесь, однако, подстать ценам… Однако в таверне, куда Майкла по запаху безошибочно привёл нос, за серебрушку его накормили очень сытно и на удивление вкусно. А от свежезажаренной рыбы под каким-то-там соусом парень едва оторвался сам. Правда, вина он пить не стал. Не время, да и вообще бы неплохо отказаться от такой привычки – назло Хаосу. А когда хозяин выложил на стол три медяка сдачи, гость не спешил их убирать в кошель, а просто накрыл ладонью, многозначительно посмотрев на трактирщика. Или тавернщика? Да пёс его знает…

– Что угодно вашей милости?

– Я тут человек новый… Первое – где тут можно переночевать, чтоб недорого, но и не убого. И второе – как мне найти место на корабле… куда-нибудь подальше? Выяснилось, что с первым совсем просто – прямо напротив очень приличный постоялый двор. Матросы, правда, иногда шумят, но хозяин – отставной боцман – безобразий не допускает. А затем трактирщик чуть помялся, и осведомился – от чего бежит молодой человек? Уж не скачут ли следом за ним, упаси боги, королевские сыскари с розыскными листами? Хоть здесь им власти и нету, а всё же… может, свести с ловкими ребятами из тех, что порой плавают без флага? Подняв глаза на хозяина, парень положил правую ладонь на сердце, и вовсе уж непонятно ответил, что нет, не скачут – а бежит он от самого себя. Как ни странно, но такой замысловатый ответ трактирщика почему-то удовлетворил. Подумав – а какое ему, собственно, дело, даже если этот дворянчик бежит от разбитой любви – тот ответствовал, что у боцмана же можно полюбопытствовать насчёт кораблей – по старой памяти он привечает капитанов и других моряков, и уж где-где, а именно там и следовало начать поиски. Майкл отнял наконец левую ладонь от стола, оставив там монеты. И судя по поклону хозяина на прощание, поступил абсолютно правильно. А если бы не наплывающая постоянно тоска по дому и воспоминания из прошлого, то такая жизнь ему, вполне возможно, начала бы и нравиться. Боцман из заведения напротив оказался верзилой с на удивление добродушной физиономией. Комната нашлась сразу, и за весьма смешную цену. А на вопрос, куда молодой господин хотел бы найти корабль, Майкл ответил – подальше, но не совсем уж в дикие края. Вроде этого города, где можно спокойно пожить, или даже наняться на не очень уж кровавую воинскую службу. Побарабанив в задумчивости пальцами, боцман кивком головы указал на столик в углу.

– Видите, там капитан «Росомахи» Калхан – в зелёном камзоле с серебряными пуговицами? Он из Ривердэйла. Место как раз вроде того, что вам надобно. Злые языки поговаривали, что в молодости капитан немало провернул сомнительных делишек, на кои отнюдь не смотрят сквозь пальцы во всех портах мира. Упаси боже – какое пиратство? Просто, по правде говоря – а кто из нас откажется втихомолку наложить лапу на бесхозное добро? Даже если это отбившаяся от каравана купеческая лоханка – под исконно враждебным флагом и в пустынных водах. Честное каперство, господа, с грамотой от её сиятельства, всё честь по чести – как известно, дело солидное и почтенное. Но, сколотив изрядный капиталец и остепенившись, Калхан не усидел на берегу. Кликнув нескольких своих таких же беспокойных друзей, он выкупил продаваемый на дрова старый курьерский почтовик. Подлатал его, подремонтировал, зато теперь у него было совсем легальное и уважаемое дело – знай возил себе груз да пассажиров, прихватывая иногда и прочие попутные фрахты. Но ничего этого Майкл не знал, вежливо поздоровавшись и подсев к столу. Поговорил, сослался на боцмана. Капитан, степенный, с благородными сединами, снисходительно кивнул.

– Да, молодой человек – я вожу свою «Росомаху» сюда в Ронд и обратно, домой в Ривердэйл. Иногда делаю небольшой крюк на Зелёные острова. Ну что ж… Договорившись о плате и условиях, Майкл узнал, что ему повезло – корабль отходит завтра в девять, во время отлива. Правда, от предложения посидеть и выпить доброго эля он с извинениями отказался.