Андрей Зинчук - ОЧЕНЬ Петербургские сказки

– Ну вот, разбудили, зашевелился. Сейчас кинется!

– Ладно, пошли, – Болотик поднялся с земли.

– Пошли, – с готовностью подхватил Дед-Дедуля.

– Пошли, – Листик прошел несколько шагов и вдруг остановился: – Стой! Нет! Вспомнил! Так просто идти к нему нельзя! – Завладев вниманием, он объяснил: – Нужно идти не к нему, а как-нибудь так… мимо. Понимаете? Хитро идти. Идти непросто. Задом наперед, например. Или же через шаг. Или еще как-нибудь… колдовски. Чтобы он не догадался. Идти, идти и… и…

– И, например, мимо пройти, – закончил за друга Болотик. – Правильно. Нужно его перехитрить. Например, сбегать за Грибабушкой. Она его одним пальцем! А может быть, вообще с ним не связываться, а как-нибудь по-колдовски его не заметить? Да?

– Товарищи волшебники! – вновь влез в разговор Дед-Дедуля. – В тылу такое оставлять нельзя! – И после этой фразы ему опять стало ужасно неловко.

Болотик ткнул в бок Листика тем, что, по идее, должно было бы называться у него рукой:

– Слышишь, что тебе говорят? Пошли, не бойся. Поколотишь его по тени… Небось, не промахнешься – тень у него большая! От целого стада тень! Пошли.

– Ладно, пошли, – окончательно сдался Листик.

И в этот самый момент Колдовской лес до самой своей тайной сердцевины содрогнулся от рева Однолапого.

Глава пятая. БОЙ

"…уже многа раз Духи хадили к Людям и придлагали им свою дружбу. Но каждый раз Люди отвичали Духам нет…"

– Стой! – бросился вперед, на Косогор, Болотик.

– Остановись, Пачкун, слышишь?! – Листик кинулся вслед за Болотиком.

– Перестань! Иначе – смотри!… – тонко вторил Болотик.

– Смотри! Не делай этого! – как эхо, вторил вслед за другом Листик.

– Пачкун, перестань!

– Тебе не стыдно, Пачкун?

Но Однолапый и не думал останавливаться. На ходу сшибая деревья и подминая под себя кусты, он полз к болоту. Подрубленная под корень огромной лапой, наклонилась уже знакомая нам Береза…

– Что же ты делаешь?! – обомлел Листик и от неожиданности даже споткнулся: по лицу его текли слезы. Вообще-то настоящего лица у него как бы и не было – были лишь одни большие грустные зеленые, полные слез глаза.

– Не смей, Пачкун! – это Болотик.

– Ни с места!! – это Листик.

– Стой!

– Берегись!!!

– Эх!…

И Береза, зашумев, пала.

И тогда завязался бой. В начале осторожный, когда незнакомые друг другу противники боятся чересчур разозлить друг друга, постепенно он перерос в настоящее сражение – Листик начал выращивать на пути Однолапого непроходимые заросли: Вьюнок, посланный Листиком, подполз к Однолапому, уцепился за него, забрался выше, обвил лапу. На секунду огромная лапа замерла в воздухе, Однолапый взвыл и… и плеть Вьюнка лопнула.

– Дает Пачкун! – в азарте боя прокричал, размазывая по лицу слезы, Листик. – Не хочет останавливаться!

– Подкинь ему еще! – таким же криком ответил Болотик. – Давай!

Однолапый выдрался из зеленого плена и тут же едва не завалился в яму, до краев наполненную водой, которую ему "устроил" Болотик, – под Однолапым просела земля. Тогда он зацепился за край ямы и все-таки вылез. На него начали валиться деревья – он выдрался и из-под них. И, взревев, как краб клешней, принялся размахивать лапой, отбиваясь от нападавших.

– Гони к болоту! В болото его! – кричал Болотик.

– Ты его колдовством! Колдовством бери! – кричал Листик. – Навались!

Листик с Болотиком скороговоркой принялись наговаривать, и вот уже молнии над верхушками деревьев начали посверкивать, и голубые огоньки по бокам Однолапого пробегать… В воздухе отчетливо запахло озоном. Однолапый на глазах начал менять цвет, покрылся пятнами ожогов… Казалось, он вот-вот вспыхнет! Но раздалось негромкое шипение – и Однолапый оделся в шубу из густой белой пены. И тогда на Однолапого налетел Дождь.

– Давай-давай-давай-поливай! – надрывался Болотик. – Лей, не жалей!

Дождь смыл пену с боков Однолапого. Однолапый, как собака за своим хвостом, закрутился на месте. И пропал за стеной Дождя. Но не бесконечен и Дождь, и поэтому он тоже кончился. И стало видно, что Однолапый стоит на месте, как ни в чем не бывало. Вымытый, блестящий и готовый на все…

– Нет, колдовством нам его не взять! – после ошеломленного молчания заключил Листик.

– Видно, все-таки придется бежать за Грибабушкой, – ответил Болотик.

– Да больная она, – с досадой напомнил Листик и сверкнул своими грустными зелеными глазами. После чего торжественно, в соответствии с моментом, произнес: – Видать, настало, Болотик, твое время… Давай. За этим я тебя и позвал. Подожди только, я подальше от этого ужаса отойду. – И Листик с опаской отошел в сторону.

Делать было нечего. Поэтому Болотик начал так:

– Слышишь, Пачкун? Сейчас я тебе скажу свою знаменитую букву "Же"!… Ты уже, конечно, слышал о ней? Считаю до трех. Потом ты, Пачкун Однолапый, конечно, пожалеешь, только ведь поздно будет! Слышишь? Раз… два… два с половиной… два с тремя четвертями… Понимаешь? Уже два с тремя четвертями! А я считаю всего до трех. Или даже лучше до четырех. Хочу дать тебе время подумать еще. Как следует подумать! Не так, как в прошлый раз, когда я считал до трех. И поэтому считаю сначала: раз… раз с половиной… раз с двумя четвертями… раз с тремя четвертями… Когда-то мы были с тобой друзья. Ты помнишь? А теперь ты вынуждаешь меня об этом забыть! Ну, все, держись. Все! Два!… Два с половиной!… Два с тремя четвертями!… – Видно было, что Болотик попросту тянул время.

И тогда очень к месту раздался испуганный возглас Елочки:

– Ой!

– Елочка, не бойся! – тут же с готовностью ответил Болотик. – Тебе не будет страшно! Будет просто: раз – и все! И только ужас клочьями полетит по лесу!

И тогда опять испуганный возглас Елочки:

– Ой!!

– Видишь, Листик, я Елочку испугал. Наверное, будет лучше, если ты достанешь свою мокрую клюковку! Да?

– Клюковку? Сейчас-сейчас… – Листик тоже заметно медлил. Потом, наконец, громко сказал: – Ужаса не обещаю, но страху в лес постараюсь нагнать покрупнее!

И тогда опять послышался испуганный возглас Елочки:

– Ой!!!

– Видишь, Болотик, что мы с тобой наделали? Мы с тобой Елочку напугали, – с укоризною сказал Листик. – Видимо, придется все-таки бежать за Грибабушкой!…

А от этих его слов голос Елочки еще испуганнее:

– Ой-ой!!!

И тогда вперед шагнул Дед-Дедуля.

– Гранату бы мне, – произнес он очень тихо, но твердо.

– Чего-чего? – не понял Листик.

– Гранату, – повторил Дед-Дедуля.

Возникла долгая напряженная пауза.

Неожиданно для всех Болотик нырнул в яму, полную воды, и достал оттуда самую что ни на есть настоящую военную гранату.