Владимир Брайт - Принц фальшивых героев

— Но... Но в этом месте не действует никакая магия.— Было очевидно, что парламентер Кен находится в крайней степени смятения.

Антопц сделал презрительный жест, означающий, что он не намерен говорить о подобных глупостях, и продолжил:

— Вы изначально вели грязную игру, поэтому я отказываюсь от своих обязательств и расторгаю наш договор.

В глубине глаз Шу промелькнула искорка страха — сейчас он был полностью во власти темного существа, стоящего напротив. Впрочем, представитель могущественного клана колдунов быстро взял себя в руки — парламентер почти наверняка знал, что умрет, однако решил, похоже, сохранить лицо и уйти достойно.

— Можешь не дрожать: мне не нужна твоя жалкая жизнь.— Некромант не просто унижал врага — он втаптывал его в грязь, смешивая с пылью и навозом.— Я лишь не отдам тебе мальчишку.

— Тогда зачем ты вообще пришел на эту встречу? — Шу говорил совершенно спокойно, но было видно, что дается ему это с огромным трудом.

— Чтобы отдать тебе голову предателя. Рука Антопца взялась за острие кола и легко отломила часть, на которую была нанизана голова несчастного, после чего кинула этот страшный трофей к ногам противника.

— А также уведомить о том, что я отсылаю этого опасного юношу подальше от своей крепости.

В его руках появилась небольшая палочка с двумя вращающимися барабанами, которую он вложил в мою ладонь.

— Возьми за руку своего нового друга, крутани оба барабана и нажми на панель у основания ручки.

Механически, как будто находясь в трансе, я сделал неуверенный шаг вперед, взял холодную, скользкую, словно свежемороженая рыба, руку Гарха, крутанул оба барабана и...

И не смог нажать на панель: сама мысль, что сейчас мое тело разберется на молекулы, чтобы собраться неизвестно где, пугала даже больше, чем присутствие повелителя тьмы.

— Скажи ему, что ты предлагаешь...— в неподдельном ужасе простонал внутренний голос, но услышать концовку этой фразы мне не удалось.

Видимо, заметив мою нерешительность, Антопц в очередной раз взял мой разум в тиски своей воли — и мой указательный палец сам вдавил до упора проклятую панель.

Переговоры закончились. Настало время решительных действий. Вернее, решительно-отчаянных, ибо по-другому на Глове было не выжить, даже имея в арсенале мощь древних артефактов повелителя тьмы.

Мы очутились в какой-то пустыне. Впрочем, по моим наблюдениям, Глов вообще не отличался разнообразием пейзажей.

Идея мгновенного перемещения в пространстве, конечно, хороша, но всегда есть шанс выпасть в осадок на дно вулкана или еще в какое-нибудь не менее интересное местечко. Однако, как заверил Антопц на пресс-конференции перед матчем, вероятность оказаться в опасной точке почти нулевая.

— Зато подобное перемещение,— заверил повелитель тьмы,— увеличит наши шансы не быть обнаруженными «всевидящим оком» клана Кен.

Что это за «око», ни мне, ни тем более Гарху[21] спрашивать не хотелось, поэтому мы решили исходить из убеждения, что магические козни великих колдунов нас минуют.

Еще мы узнали, что пользоваться стайтрейк-сом (волшебным супертелепортом) нужно только в случае крайней необходимости.

— Иначе,— глухо прошелестел повелитель зла, предупреждающе подняв вверх страшный скрюченный палец,— «оку» будет нетрудно вычислить ваше местонахождение.

Я хотел было спросить, использует ли это продвинутое устройство так полюбившийся всем калькулятор на солнечных батареях, но, к счастью, сдержался. Мне хватало и того, что я, подобно маленькому отважному хоббиту, буду метаться по пределам огромного измерения, чтобы в итоге попасть в руки могущественных колдунов, собирающихся разобрать меня на запчасти, или в лапы Антопца — с его банкой со спиртом.

— Гарх, скажи откровенно,— попросил я своего телохранителя, как только более или менее пришел в себя после достаточно болезненного скачка сквозь пространство,— как ты думаешь, у нас есть шанс протянуть в этом месте хотя бы неделю?

Он повернул ко мне свою полусваренную голову и очень четко, почти по слогам, произнес:

— Когда Кен задаются целью найти кого-то или что-то, то они непременно находят, причем очень быстро. Нам очень крупно повезет, если команда их убийц не обнаружит нас хотя бы до вечера.

— Новость, конечно, не из обнадеживающих,— как всегда неожиданно, проявился внутренний голос.— Что ж, во всяком, случае наш нестабильный друг еще в том состоянии, когда способен адекватно воспринимать окружающую действительность и, может быть, даже разумно мыслить.

Как бы в качестве опровержения этих слов, зрачок левого глаза моего спутника хаотично задергался, стремительно меняя направление взгля-пда — влево, вправо, вверх, вниз, а спустя некото-»рое время вообще перешел на круговую орбиту.

— Т-ты в-в п-порядк-ке? — заикаясь от вполне объяснимого волнения, робко поинтересовался я.

Гарх прижал указательным пальцем левое веко, так что прыгающий зрачок пропал из поля моего зрения, и коротко ответил:

— Не совсем.

«Это плохо... Очень, очень плохо»,— подумал я, испытывая противную дрожь не только в коленках, но и во всем теле, а вслух пробормотал первое, что пришло на ум, так как молчать в этой ситуации было невыносимо:

— Так ты полагаешь, у нас есть время максимум до вечера?

— Да,— произнес мой нестабильный напарник и, закрыв второй рукой правое веко, сел прямо на землю...

Если прежде я был лишь взволнован, то начиная с этой минуты находился уже на грани серьезного нервного срыва. Когда за вами охотится банда могущественных колдунов, чтобы возложить на алтарь и принести в жертву неизвестным богам — это одно, но когда при этом ваш единственный телохранитель откровенно сходит с ума вследствие явного брожения в мозгах — это совершенно другое.

Гарх поднялся так же неожиданно, как и сел. Вероятно, процесс загнивания его мозгов зашел еще не настолько далеко, чтобы они не поддавались хотя бы некоторому контролю.

— Нам нужно идти,— коротко сказал он, не обращая ровным счетом никакого внимания на мое подавленное состояние, и после секундной паузы добавил: — Постараемся найти безопасное место и не попасться на глаза охотникам хотя бы до вечера.

Предложенный план действий был единодушно молчаливо одобрен всей командой, но, к великому сожалению, мы сумели продержаться только пару часов, а потом, то ли благодаря пресловутому «оку», то ли из-за другой волшебной установки дистанционного наблюдения, охотники вышли на след добычи, не оставив ей шансов на спасение.