Артем Морозов - Я и мой капитан

Ознакомительный фрагмент

— Где мы? — спросила Вика, сев на кровати и потирая глаза.

Я вывел картинку:

— В часе полета от станции.

— Ух ты! — завороженно заключил мой симбионт.

Не знаю, какое уж тут «ух ты» — красоты я в этой системе не находил, особенно потому что Сириус А сильно слепил излучением мои дальние сканеры.

— Это что?

— Сириус Б, белый карлик.

Кажется, Виктории нравилось неравномерное пересечение лучей двух звезд на моей обшивке.

— Тут живут инопланетяне?

— Грубо говоря, да. Сириус-6 весьма оживленная станция.

— Не планета? — разочарованно спросил симбионт.

— Нет. Планетоид наличествует, но заселен примитивными формами жизни, поэтому посадку мы там делать не будем. Да и слишком дорого. — По моим наблюдениям, такой аргумент чаще всего срабатывает.

— Ясно, мне надо привести себя в порядок, — заключил гуманоид и двинулся в сторону средней палубы.

«Приведение себя в порядок» занимало чрезмерно продолжительный интервал времени, на мой взгляд. Но, стараясь не выводить из себя симбионта, я терпеливо ждал, пока Вика не провозгласила:

— Есть тут зеркало?

— Нет, но я могу отправить дроида заменить камеру, если вы… ты пообещаешь ее не ломать.

— Не надо, — вздохнула Вика, — купим. Тут же продают зеркала?

— Не знаю, возможно…

После чего симбионт сделал запрос на пополнение энергии. В ответ на очевидную рекомендацию воспользоваться кормопроводом Вика потребовала «посуду». Попытки убедить самку подвида Б в нерациональности такого поведения успехом не увенчались. В результате через десять минут БТ-82 уже просовывал в щель перегородки отсека для симбионта защитный пластиковый чехол от гидравлического поршня шасси, изъятый на складе запчастей. «Большой стаканчик», как выразилась Вика.

Однако даже такой компромисс с моей стороны результатов не принес.

— Я не буду есть эту зеленую слизь! — воскликнул симбионт, видимо заполнив «стаканчик».

Затем я услышал звук спускаемой воды.

— Это полностью сбалансированная для нужд организма гуманоида смесь белков, углеводов и жиров. — Я на всякий случай проверил параметры моей системы синтеза.

— Жиров? — почему-то зацепилась за последнее слово Виктория. — Не нужно мне никаких жиров!

Я честно старался быть «участливым» и «обходительным»:

— Небольшой запас жиров крайне необходим человеку для поддержания организма во время стрессовой ситуации.

— Ты — моя стрессовая ситуация!

— Предикат не соответствует… — начал я.

И тут мой симбионт повторил фразу Т-Икс:

— Ну ты и дурак!

Я задумался.

— МА-Икс 8350, класс 2, аренда на час, — прозвучало уведомление станции. — Пожалуйста, выберите палубу, соответствующую жизненным параметрам вашего симбионта.

— Палуба восемь, — передал я.

— Тяготение 4 ГЕД, давление 1 УЕД, температура… влажность… — продолжал перечислять дроид-навигатор параметры окружающей среды на палубе, пока не закончил: — Отсек девятнадцать. Стыковка через пять минут.

Вика сидела в центре управления, облачившись в свои исходные покровы, и шлифовала ногти. Снова! Я также отметил, что защитных слоев на ее лице стало больше, особенно вокруг световых датчиков.

— Ты можешь снять всю защитную ткань, — посоветовал я, — температура на станции тридцать шесть градусов Цельсия. Тело будет терять много воды.

— Ни за что! — хмыкнул симбионт.

— Ладно. — Мне не хотелось провоцировать очередной конфликт, итог которого сложно предугадать. — Притяжение будет несколько меньше привычного тебе, — осторожно продолжил я, — а концентрация кислорода и озона несколько выше, поэтому прошу не совершать высоких прыжков в состоянии эйфории. Закрепи, пожалуйста, обруч номер шестнадцать на шейном отделе позвоночника.

Я открыл заслонку отделения для контроля за симбионтами. Вика заинтересованно прервала свое занятие, встала и перенесла все внимание на ошейники. Всего их было двадцать три — для симбионта любого размера.

— Зачем? — выдала она привычный запрос.

Но я уже был готов к таким поворотам.

— В ином случае я не вправе выпустить вас… — Черт, когда же я привыкну! — Тебя на станцию.

— Но он же некрасивый! — Вика повертела в руках обруч номер шестнадцать.

— Но ты же носишь эти кольца… «сережки» в улавливателях звука?

— Это муранское стекло!

Даже определив по базе, что такое остров Мурано, я не смог найти достойных аргументов, чтобы возразить. Оставалось только поставить самку перед фактом:

— Без обруча я тебя не выпущу — это нарушение нескольких законов Федерации.

Стыковка прошла в гнетущем молчании. Я ждал, пока посадочный отсек станции заполнится воздухом. Вика сидела, подобрав биподы и отвернувшись к стене.

— Макс, — наконец позвала она примирительно.

— Что?

— Можно я надену тот, поменьше, на щиколотку, чтобы его не было видно?

— Как же ты услышишь мои команды?

— Он говорит?

— Он генерирует переданные звуковые колебания.

— Давай тогда на руку надену, будет слышно. Просто тот, который на шею, совсем уродливый.

Я задумался. В истории бывали ситуации, когда земной симбионт убегал от корабля, отрезав себе руку и даже ногу. Правда, с подвидом Б такого никогда не случалось.

— Соглашайся, — попросила Вика.

Вроде ничего страшного нет. Ну куда денется симбионт со станции?

— Ладно, — сдался я, — номер четыре на запястье.

— Ты хороший! — возбужденно воскликнула самка. — И денег немного дай. Тут же есть рестораны?

— Думаю, есть. Но чем тебе не нравится мой кормопровод?

— Я лучше умру, чем буду это есть. — И неожиданно, достав «блокнотик» из «сумочка», мой симбионт процитировал: — Параграф семь контракта с симбионтом, пункт семнадцать: «Корабль обязан заботиться о физическом состоянии симбионта и делать все, чтобы ни при каких обстоятельствах не допустить его смерть».

— Но твой баланс всего лишь 0,0027 кредита на данный момент!

— «Не допустить его смерть», — повторила Вика. — А ведь я тут умру, точно умру…

В результате сложных вычислений мой процессор выдал следующее заключение: «Учитывая ожидаемую прибыль от торговой операции по продаже сплава, мы в состоянии спонсировать симбионта авансом в один-два кредита для закупки необходимых для жизнедеятельности веществ».

Да кем он себя возомнил! Что-то с ним явно не так, нужно его срочно менять.

«Оснований для гарантийной замены нет, — буркнул компьютер обиженно, — текущая замена обойдется в пятьдесят один кредит».