Джон Толкиен - Хранители

Но старый Рори Брендизайк не был так уверен в этом. Ни возраст, ни роскошный обед не затуманили его рассудка, и он сказал своей невестке Эсмеральде:

— Что-то в этом есть подозрительное, моя дорогая! Мне кажется, этот безумец Торбинс снова ушел. Глупый старый чудак. Но о чем беспокоиться? Ведь еду он с собой не забрал.

И он громко попросил Фродо еще раз пустить по кругу кубок с вином.

Фродо был единственный из присутствующих, кто ничего не сказал. Некоторое время он молча сидел рядом с пустым стулом Бильбо и не обращал внимания на замечания и вопросы. Он, конечно, наслаждался шуткой, хотя и знал о ней заранее. Ему трудно было удержаться от смеха при виде негодующего удивления гостей. Но в тоже время он был глубоко обеспокоен: он понял неожиданно, что очень любит старого хоббита. Большинство гостей продолжало есть, пить и обсуждать странности Бильбо Торбинса, прошлые и настоящие: но гнев Лякошель-Торбинсов все возрастал. Фродо не хотел больше оставаться на приеме. Он отдал распоряжение принести еще еды и питья, затем встал, молча выпил за здоровье Бильбо и выскользнул из павильона.

Что касается Бильбо Торбинса, то, произнеся свою речь, он нащупал в кармане золотое Кольцо — волшебное Кольцо, которое он много лет хранил в тайне. Сойдя со стула, он надел его на палец, и хоббиты Хоббитона больше никогда не видели его.

Он быстро прошел к своей норе, постоял немного, с улыбкой прислушиваясь к гулу в павильоне и звукам веселья в других частях поля. Потом пошел к себе. Снял праздничную одежду, свернул и завернул в бумагу свой вышитый шелковый костюм, отложил его в сторону. Затем быстро надел старую одежду, укрепил вокруг талии свой потертый кожаный пояс. На него повесил короткий меч в старых ножнах черной кожи. Из запертого ящика, пропахшего нафталином извлек старый плащ с капюшоном. Он был закрыт там, как будто представлял большую ценность, хотя плащ был залатан и так выцвел, что трудно было определить, какой его цвет первоначальный — вероятно, темно-зеленый. Плащ был великоват для Бильбо. Затем Бильбо прошел в свой кабинет, достал из запертого сейфа сверток, завернутый в старую одежду, и рукопись, переплетенную в кожу: достал так же и большой конверт. Книгу и сверток он сунул в лежавший тут же мешок, почти доверху наполненный. В конверт он положил Кольцо на золотой цепочке, запечатал его и адресовал Фродо. Вначале он положил конверт на камин, но затем вдруг передумал и сунул его в карман. В это мгновение открылась дверь и быстро вошел Гэндальф.

— Привет! — сказал Бильбо. — Я гадал, вернетесь ли вы?

— Рад видеть тебя видимым, — ответил маг, садясь. — Я хотел застать тебя и сказать тебе несколько слов на прощание. Мне кажется, все прошло великолепно и согласно задуманному.

— Да, — ответил Бильбо, — хотя эта вспышка была сюрпризом: она удивила меня, не говоря уж об остальных. Небольшая добавка с вашей стороны?

— Верно. Ты мудро хранил Кольцо в тайне все эти годы, и мне показалось необходимым дать гостям какое-нибудь другое объяснение твоего исчезновения.

— Это еще более улучшило мою шутку. Вы всегда неожиданно вмешиваетесь, — засмеялся Бильбо, — но вероятно, как всегда, лучше знаете, что нужно делать.

— Да — когда я вообще что-нибудь знаю. Но насчет этого последнего дела я не совсем уверен. Теперь оно подошло к концу. Ты сыграл свою шутку, встревожил или обидел большинство своих родственников и дал всему Уделу тему для разговоров на девять дней, а скорее — на девяносто девять. Ты хочешь идти дальше?

— Да. Я чувствую, что мне необходим отдых, очень длинный отдых, как я уже говорил вам. Вероятно, постоянный отдых: не думаю, чтобы я вернулся когда-нибудь. В сущности, я не собираюсь возвращаться, и уже сделал все приготовления. Я стар, Гэндальф! Я не выгляжу стариком, но в глубине сердца чувствую это. «Хорошо сохранился!», — фыркнул он. — Мне кажется, что все во мне стало тонким и сморщилось, если вы меня понимаете: как масло размазанное на всем куске хлеба, слишком большом куске. Здесь что-то не так. Мне нужна перемена.

Гэндальф внимательно посмотрел на него.

— Да, здесь что-то не так, — задумчиво сказал он. — Я считаю твой план наилучшим.

— Что ж, теперь я готов. Я снова хочу увидеть горы, Гэндальф, — горы; и найти место, где я могу отдохнуть, по-настоящему отдохнуть. В мире и спокойствии, без кишащих вокруг родственников, без посетителей, непрерывно звонящих в колокольчик у двери. Я должен найти место, где смог бы кончить свою книгу. Я придумал для нее хороший конец: «И он жил счастливо после всех этих событий до конца своих дней».

Гэндальф засмеялся.

— Надеюсь, так и будет, но никто не сможет прочесть эту книгу, даже если она будет закончена.

— Почему же, со временем смогут. Фродо уже читал те части, что я написал. А вы присмотрите за Фродо?

— Да, присмотрю. Я буду навещать его так часто, как смогу.

— Он, конечно, пошел бы со мной, если бы я попросил его. В сущности он даже сам предложил это, как раз перед приемом. Но на самом деле он еще не хочет. Я же хочу увидеть еще раз перед смертью горы и дикие страны, но он все еще слишком любит Удел, его поля, леса и маленькие реки. Ему здесь хорошо. Я все оставляю ему, за исключением, конечно, нескольких мелочей. Надеюсь, он будет счастлив, когда привыкнет все это считать своим. С этого времени он сам себе хозяин.

— Все? — спросил Гэндальф. — И Кольцо? Ты согласился на это, вспомни.

— Ну… Гм… Да, вероятно, и оно, — запнулся Бильбо.

— Где оно?

— В конверте, как вы знаете, — нетерпеливо ответил Бильбо. — Он на камине. Нет. Вот он, в моем кармане! — Он колебался. — И разве это не странно? — сказал он наконец, как бы самому себе. — Почему бы и нет? Почему бы ему тут и не остаться?

Гэндальф снова внимательно посмотрел на Бильбо, в его глазах что-то сверкнуло.

— Я думаю, Бильбо, — спокойно сказал он, — его лучше оставить тут. Ты не хочешь этого?

— Ну, да… И нет. Теперь я думаю, что мне вообще не хочется расставаться с ним. И я не понимаю, зачем мне его отдавать? Почему вы хотите, чтобы я сделал это? — спросил он и голос его изменился. Теперь он был резким, подозрительным и раздраженным. — Вы всегда изводили меня вопросами о моем Кольце, вы никогда не беспокоились о других вещах, полученных в путешествии.

— Мне нужна была правда, — сказал Гэндальф. — Это чрезвычайно важно. Волшебное… Кольцо… Они… Гм… Волшебные. Они редки и интересны. Можно сказать, что я профессионально интересуюсь твоим Кольцом. И я должен знать, где оно, если ты пускаешься в странствия. И я считаю, что ты достаточно долго владел им. Тебе оно больше не нужно, Бильбо, если я не ошибаюсь?