Линн Флевелинг - Месть Темного Бога

Серегил глубоко вздохнул:

— Ты имеешь право знать. Я предпочитаю скаланцев, но и ты, и я будем в большей безопасности, если не станем особенно об этом распространяться.

Алек покачал головой:

— Три Царства далеко отсюда. Трудно поверить, что война между ними затронет и здешние края.

— Ради золота и плодородных земель люди готовы на все, а и того, и другого на юге, особенно в Пленимаре. давно уже не хватает.

— И ты собираешься остановить их?

— Едва ли, — фыркнул Серегил. — Мне такое не по силам, но я сделаю все, чтобы помочь тем, кто может это сделать. Что еще ты хочешь знать?

— Куда мы отправимся после Вольда?

— Ну, в конце концов в мой родной город — Римини, хотя сначала…

— Что? — Глаза Алека расширились. — Ты хочешь сказать, что живешь в Римини? В том самом городе, где обитают волшебники?

— Так что же ты решаешь?

Остатки прежних сомнений заставили Алека помолчать еще несколько секунд. Потом, глядя Серегилу в глаза, он спросил:

— Почему?

— Что почему? — недоуменно поднял бровь тот.

— Ты ведь совсем меня не знаешь. Почему же ты хочешь, чтобы я отправился с тобой?

— Как тебе сказать? Пожалуй, дело в том, что ты мне кое-кого напоминаешь.

— Кого-то, кого ты знал раньше? — недоверчиво переспросил юноша.

— Того, кем я когда-то был. — Кривая улыбка снова появилась на лице Серегила. Он снял перчатку с правой руки и протянул ее Алеку. — Ну так что, решено?

— Пожалуй. — Алек с изумлением заметил в выражении глаз спутника что-то похожее на облегчение, когда пожал ему руку. Но в следующее мгновение оно исчезло, и Серегил начал обсуждать планы на ближайшее будущее:

— Прежде чем мы доберемся до Вольда, нам нужно кое о чем позаботиться. Насколько хорошо тебя знают в городе?

— Мы с отцом всегда останавливались в торговом квартале, чаще всего — в «Зеленой ветке». Но, кроме хозяина гостиницы, там сейчас не должно быть никого, кто меня знает.

— Все равно не стоит рисковать. Нужно правдоподобное объяснение того, почему ты вдруг путешествуешь вместе с Ареном Виндовером. Вот тебе первое задание: придумай три убедительные причины Алеку Охотнику оказаться в компании барда.

— Ну, наверное, можно рассказать о том, как ты меня спас…

— Нет, нет, это совсем не годится! — перебил его Серегил. — Во— первых, совершенно ни к чему сообщать, что я — а точнее, Арен — был поблизости от владений Асенгаи. Во-вторых, у меня есть твердое правило: никогда, никогда не говорить правду, разве что только не останется другого выхода или правда окажется столь неправдоподобной, что в нее все равно никто не поверит. Запомни это на будущее.

— Ну хорошо, — еще раз начал Алек, — на меня напали бандиты, а ты…

Серегил кивнул и знаком предложил ему продолжать. Алек повозился с уздечкой, перебирая в уме варианты.

— Это, конечно, в какой-то мере правда, но можно было бы сказать, что ты нанял меня в качестве проводника. Отец иногда нанимался…

— Неплохо. Продолжай.

— Или, — Алек довольно улыбнулся, — Арен взял меня в ученики.

— Совсем недурно для первой попытки, — снисходительно кивнул Серегил. — Особенно хорош был бы рассказ о том, как я тебя спас. Преданность человеку, которому ты обязан жизнью, понятна и не вызывает вопросов. К несчастью, репутация Арена такова, что никто в эту историю не поверит. Боюсь, Арен трусоват. А вот вариант с проводником едва ли годится. В окрестностях Вольда Арен Виндовер хорошо известен, и раз уж барды зарабатывают себе на жизнь, кочуя от ярмарки к ярмарке, с какой стати нанимать проводника, если и так знаешь дорогу?

— Ох… — разочарованно протянул Алек.

— Зато идея взять ученика как раз в духе Арена. К счастью, ты неплохо поешь. Только вот способен ли ты и думать, как бард?

— Что ты имеешь в виду?

— Ну, предположим, ты оказался в придорожной таверне. Какие там у тебя окажутся слушатели?

— Торговцы, конюхи, солдаты.

— Прекрасно! И предположим, что все они уже крепко нагрузились и требуют от тебя песни. Какую балладу ты выберешь?

— Что-нибудь вроде «Смерти Арамана».

— Хороший выбор. А почему именно ее?

— Ну как же — это песня о сражении и чести, солдатам понравится. И ее все знают, так что смогут подпевать. Припев легко запомнить…

— Молодец! Арен часто выбирает именно эту балладу, и как раз по названным тобой причинам. А теперь предположим, что ты — менестрель и пришел в замок барона, чтобы поразвлечь знатных господ и их толстых жен.

— Может быть, подойдет «Лилия и роза»? Весьма изысканная канцона.

Серегил со смехом хлопнул Алека по плечу:

— Похоже, это Арен должен пойти к тебе в подмастерья! Вот только ты ведь, наверное, ни на каком музыкальном инструменте не играешь?

— К сожалению, нет.

— Ну что ж, Арен извинится перед слушателями за своего ученика.

Весь остаток дня они провели, пополняя репертуар Алека.

К вечеру путники достигли склона, спускающегося к реке Бритуин. Вдали виднелись квадратики голых полей и разбросанные между ними фермы — признак близости Вольда. Река — тонкая черная линия, повороты которой повторял ряд прибрежных деревьев, — далеко впереди впадала в Черное озеро. В нескольких милях к востоку от ее устья располагался город. На северном берегу озера — играющей бликами уходящей к горизонту водной поверхности — тянулся огромный и непролазный Озерный лес.

— Так ты говоришь, что Гетвейдский океан даже больше, чем это озеро? — спросил Алек, из-под руки оглядывая открывшиеся дали. Всю свою жизнь он охотился на этих берегах и не мог представить себе ничего огромнее.

— Во много раз, — жизнерадостно ответил Серегил. — Давай поспешим, пока не начало смеркаться.

Вечернее солнце лило мягкий свет на речную долину. Осторожно спустившись по каменистому склону, путники выбрались на дорогу, ведущую по берегу реки к Вольду. Уровень воды в Бритуине был низок, всюду виднелись галечные отмели. Вдоль берега густо росли ясени и ивы, иногда скрывая реку от взгляда.

Примерно за милю до устья дорога поворачивала в сторону от русла, огибая густую рощу. Натянув поводья, Серегил некоторое время вглядывался в чащу, потом спешился и знаком предложил Алеку сделать то же самое.

Голые ветки ив хлестали путников и цеплялись за одежду и сбрую лошадей, пока наконец Серегил и Алек не выбрались на поляну у реки. На самом берегу оказался маленький каменный домик, окруженный обмазанным глиной плетнем.

Когда Серегил подошел к калитке, из-за угла дома с рычанием вылетела пятнистая собака; Алек поспешно отступил туда, где они оставили лошадей, но Серегил не двинулся с места. Тихо пробормотав что-то, он сделал левой рукой какой-то странный знак. Собака замерла на месте, не добежав до калитки, потом повернулась и поплелась обратно.