Джонатан Стрэн - Драконы

Ледяной дракон услышал и понял ее слова. Он раскрыл широкие полупрозрачные крылья и сделал взмах, и над летними полями завыл ледяной арктический ветер. Они поднялись над землей. Пещера осталась внизу. Река осталась внизу. Они летели над лесом, все вверх и вверх. Ледяной дракон, описав круг, направился на север. Внизу мелькнула отцовская ферма, но она уже была очень маленькой и становилась все меньше. Они повернулись к ней спиной и взмыли в небо.

Затем до Адары донесся какой-то звук. Невероятный звук, слишком тихий и слишком далекий, чтобы его можно было услышать, особенно из-за хлопанья крыльев дракона. Но она все-таки услышала его. Она услышала крик отца.

По щекам ее заструились горячие слезы; падая на спину ледяного дракона, они протапливали в изморози небольшие дырочки. Внезапно Адара ощутила под руками обжигающий холод и, отняв одну руку, обнаружила след, оставленный ею на коже дракона. Она испугалась, но не выпустила его шею.

— Поверни обратно, — прошептала она. — О, прошу тебя, дракон, отвези меня обратно.

Она не видела глаз дракона, но знала, что увидит в них. Он открыл пасть и выпустил бело-голубую струю холодного воздуха. Он не производил шума — ледяные драконы не ревут. Но сердцем она чувствовала, как он страдает, и понимала его горе.

— Прошу тебя, — зашептала она снова. — Помоги мне. — Голос ее был тихим и тонким.

Ледяной дракон повернул назад.

Когда Адара вернулась, три дракона сидели у хлева, объедая почерневшие, обугленные трупы коров ее отца. Рядом с ними, опираясь на свое копье, стоял один из наездников и время от времени подгонял своего дракона.

Когда над полями просвистел порыв холодного ветра, солдат поднял глаза и что-то крикнул, затем бросился к черному дракону. Чудовище оторвало последний кусок мяса от трупа отцовской лошади, сглотнуло и неохотно поднялось в воздух. Всадник взмахнул кнутом.

Адара увидела, как дверь дома распахнулась. Во двор выбежали двое других наездников и бросились к своим драконам. Один из них на бегу натягивал штаны. Больше на нем ничего не было.

Черный дракон взревел и изрыгнул в сторону Адары языки пламени. Она ощутила прикосновение раскаленного воздуха; ледяной дракон содрогнулся, когда огненная волна пронеслась у него под брюхом. Затем он изогнул свою длинную шею, устремил на врага зловещий взгляд своих пустых глаз и открыл покрытый изморозью рот. Из пасти, усаженной ледяными зубами, вырвался поток воздуха, и дыхание это было холодным и белым.

Холодная волна коснулась левого крыла угольно-черного дракона, пролетавшего под ними, и черное животное издало пронзительный крик боли; когда оно снова забило крыльями, то, что было покрыто изморозью, сломалось. Дракон и его всадник начали снижаться.

Ледяной дракон дохнул снова.

Они были мертвы и превратились в кусок льда, еще не долетев до земли.

Но на ледяного гиганта уже устремились дракон цвета ржавчины и дракон цвета крови с полуодетым всадником. Адару оглушил злобный рев, она чувствовала их огненное дыхание, раскаленный воздух дрожал, в воздухе пахло серой.

Два длинных огненных меча скрестились в воздухе, но ни один из них не коснулся ледяного дракона, хотя он съеживался от жара, и каждый раз, когда он делал взмах крыльями, с него дождем лилась вода.

Кровавый дракон подлетел слишком близко, и дыхание ледяного чудовища обожгло всадника. На глазах у Адары его обнаженная грудь посинела, на нем осела замерзшая влага, он покрылся инеем. Он вскрикнул, и умер, и свалился со спины дракона, но его удерживала упряжь, примерзшая к шее его животного. Ледяной дракон приблизился, и его крылья насвистывали тайную зимнюю песню; волна огня встретилась с волной холода. Ледяной дракон снова содрогнулся всем телом и развернулся, обливаясь водой. Враг умер.

Но под ними оказался последний вражеский солдат, в полном вооружении, на драконе с ржаво-красной чешуей. Адара закричала, и в этот миг язык огня обжег крыло ее животного. Пламя тут же погасло, но вместе с ним исчезло и крыло — оно растаяло.

Дракон яростно забил оставшимся крылом, чтобы остановить падение, но это не помогло — он с ужасным грохотом рухнул на землю. Лапы его рассыпались, крыло раскололось надвое, и от удара девочка слетела с его шеи. Она покатилась на мягкую землю поля, затем с трудом поднялась — она была вся в синяках, но цела.

Ледяной дракон казался сейчас очень маленьким и жалким. Его длинная шея склонилась к земле, голова упала на пшеничные колосья.

Вражеский дракон стремительно приближался, издавая торжествующий рев. Глаза дракона горели. Человек размахивал копьем и что-то кричал.

Ледяной дракон в последний раз с трудом поднял голову и издал единственный звук, какой слышала от него Адара, — ужасный тонкий крик, полный скорби, подобный свисту северного ветра среди башен и бастионов белых замков, пустующих в стране вечной зимы.

Когда смолк крик, ледяной дракон в последний раз дохнул холодом — он породил длинный дымящийся бело-голубой язык льда, снега и мертвой тишины, несущий гибель всем живым существам. Дракон и его всадник оказались на пути ледяного дыхания — всадник все еще размахивал копьем и кнутом. Адара смотрела, как он упал и раскололся на куски.

Затем она побежала — побежала прочь с поля, обратно домой, к своей семье, побежала так быстро, как только могла, задыхаясь и глотая слезы, как любой семилетний ребенок.

Отца прибили гвоздями к стене спальни. Они хотели, чтобы он смотрел, как они по очереди надругались над Тери. Адара не знала, что делать, но она развязала Тери, которая уже не могла плакать, и вместе они освободили Джеффа, а потом сняли отца. Тери обняла его, промыла его раны. Когда он открыл глаза, то увидел Адару и улыбнулся. Она сжала его в объятиях и плакала, глядя на него.

К вечеру он сказал, что готов идти. Они выбрались из дома под покровом темноты и отправились на юг по королевской дороге.

Тогда, в те часы, полные тьмы и страха, родные ни о чем ее не спрашивали. Но позднее, когда они оказались на юге, в безопасности, посыпались бесконечные вопросы. Адара отвечала правдиво. Но никто не поверил ей, кроме Джеффа, да и тот перестал верить ее рассказу, когда вырос. В конце концов, ей было всего семь лет, и она не понимала, что ледяные драконы не приходят летом, что их нельзя приручить и на них нельзя летать.

А кроме того, когда они уходили из дома в ту ночь, поблизости не было никакого ледяного дракона — только гигантские трупы трех боевых чудовищ и тела их всадников в черной с оранжевым форме. И еще пруд, которого раньше там не было, — небольшой тихий пруд с очень холодной водой. Они осторожно обошли его, направляясь к дороге.