Елена Никитина - Вампиры здесь тихие

Ознакомительный фрагмент

Добравшись до спальни и включив свет, я поняла одно — справедливости в этом мире не существует и, скорее всего, пить придется. И не просто пить, а еще и сильно усугублять если не качеством выпитого, то количеством точно, желательно до полного отключения сознания, чтобы перестать лицезреть наглый клыкастый глюк, вольготно развалившийся в любимом компьютерном кресле Вадима. При этом у готического гада была такая обиженная физиономия, будто я его, обожаемого и положительного во всех смыслах супруга, в тридцатиградусный мороз нагишом из дома выгнала только за то, что он помог молоденькой незамужней соседке прибить гвоздь.

Интересно, у меня это безобразное видение от излишка выпитого появилось или от недостатка? Для верности я протерла глаза и даже ущипнула себя побольнее, чтобы уж наверняка. Но бессовестный глюк пропадать даже не собирался.

Какое-то время мы с вампиром молча смотрели друг на друга. Он — осуждающе, я — впав в среднюю степень прострации, потому что поверить в натуральность его повторного появления в моей квартире не могла никак.

— Ваша полиция меня сильно разочаровала, — первым нарушил гнетущую тишину вампирюга, медленно поднимаясь из кресла. — Бессильная, некомпетентная и… — Тут мой ночной кошмар лениво слизнул подозрительную алую капельку с уголка рта, брезгливо поморщившись. — Совершенно невкусная.

Происходящее окончательно перестало меня устраивать. Я завороженно следила за его неторопливыми движениями, не в силах произнести ни слова. Словно кролик, загипнотизированный удавом. Вот сейчас он приблизится и не только совершенно безнаказанно полакомится невинной девичьей кровушкой, но и со смаком похрустит моими же хрящиками.

— Светлана, давай попробуем все сначала…

Вампир несколько раз прошелся по комнате, сцепив за спиной руки и что-то тщательно обдумывая. От напряжения мысли он покусывал клыками нижнюю губу, вызывая у меня чувство нервного напряжения и глубокой тоски по спокойной и размеренной жизни, всего несколько часов назад оставшейся в прошлом. О том, что что-то в моей судьбе сильно изменилось, внутренний голос уже не просто осторожно подсказывал, а откровенно вопил. И у меня не было причин ему не верить, хотя где-то в глубине души я очень рассчитывала на обычный кошмарный сон, после которого пусть и просыпаются в холодном поту, но довольно быстро забывают за ненадобностью.

— Что ты вообще знаешь о вампирах? — излишне высокомерно спросил навязчивый кровосос, видимо уже сильно сомневаясь, что я владею хоть какой-то информацией по заданному вопросу.

— Э… Ну… Вампиры пьют кровь, — не очень уверенно начала я, но, заметив его одобрительный кивок, продолжила более смело: — Они все бледные, потому что никогда не бывают на солнце, оно их сжигает заживо. У них длинные клыки. — Снова кивок. — Вампиры злые, жестокие, вечно голодные, с красными горящими глазами и длинными острыми когтями, которыми они вспарывают своей жертве вены. — Вампир бросил удивленный взгляд на свои руки с аккуратным маникюром и принялся их тщательно рассматривать, а у меня так и стоял перед глазами классический образ знаменитого графа Дракулы. Поэтому я продолжила, стараясь как можно подробнее вспомнить недавно показанный по телевизору одноименный фильм: — Они устраивают оргии, никогда не отпускают свои жертвы, кусая, превращают невинных людей в себе подобных монстров. А еще вампиры умеют лазить по стенам и потолкам. Вот!

Кажется, все. Упоминать о защитной роли чеснока, креста и святой воды я благоразумно не стала. Так же как и о способах умерщвления осиновым колом и серебряной пулей, тем более ни того ни другого у меня под руками все равно не было, а потому избавиться от вампирюги общеизвестным способом в любом случае не получится.

— И что из всего вышеперечисленного тобой я должен сделать, чтобы ты наконец убедилась в истинности моего происхождения? — забавно наморщив нос, поинтересовался вампир.

Я задумалась. Убеждаться не было ни малейшего желания, особенно если вспомнить, что именно я наговорила… Псих, он и есть псих, так думать гораздо приятнее. И как-то даже спокойнее.

— На стену залезь, — с видом победителя потребовала я.

Уж что-что, а этого человек точно сделать не сможет без подручных средств, каким бы сумасшедшим он ни был.

— Ну смотри, — загадочно улыбнулся вампир и под моим о-о-очень ироничным взглядом повернулся лицом к стене.

Потолки у нас в квартире, конечно, оставляют желать лучшего, всего-то два с половиной метра, но и на такую высоту залезть нужно еще умудриться. Представляю, как он сейчас корячиться будет, а я посмеюсь.

Вампир тем временем намотал на локоть свой длинный плащ, дабы не мешал, положил ладони с растопыренными пальцами на стену, согнул ногу в колене и… без каких-либо усилий пополз вверх. Затем с такой же завидной легкостью переместился на потолок, оставляя на побелке четкие следы своих конечностей, и темным пятном завис прямо надо мной. Я потрясенно смотрела на него, задрав голову. А ведь мы с Вадимом только в прошлом году ремонт сделали…

— До сих пор по моему потолку ползали только комары да мухи…

— Слюной покапать? — участливо поинтересовался он, поворачивая шею почти на сто восемьдесят градусов и заглядывая мне в лицо сверху вниз. Впечатляло до умопомрачения, мой материализм дал капитальную, не поддающуюся реставрации трещину.

Я еле нашла в себе силы выдавить:

— Не стоит, я полы сегодня уже мыла.

— Думаю, демонстрировать жестокость, неконтролируемое чувство голода или кого-нибудь кусать у тебя на виду тоже не стоит? — Он оскалился в издевательской улыбке, сверкнув идеальной белизной клыков.

«И почему у вампиров зубы такие белые? — отстраненно подумала я. — Я вот свои сколько не чищу, а они все равно со временем желтеют, приходится к стоматологу ходить, налет счищать, а эти упыри ТАКОЕ в пищу употребляют, и хоть бы хрен по деревне».

— Мне долго еще висеть, пока ты будешь убеждаться, или уже слезть можно? — ненавязчиво напомнил о себе вампир.

— Что, голова закружилась? — не осталась в долгу я, уже немного придя в себя и пытаясь рассмотреть, как же он все-таки ухитряется держаться. Мне казалось, что подвох где-то совсем рядом и повода для паники нет, но никак не могла понять, в чем он заключается, а потому холодно потребовала: — Ладонь покажи.

Он оторвал одну руку от потолка и резко свесил вниз, задев самый кончик моего носа. Подозреваю, что специально, но я решила пока не отвечать на подобное издевательство и придирчиво принялась осматривать предоставленную моему вниманию конечность. Ни присосок, ни скрытых крюков обнаружить не удалось. Рука вампира была совершенно гладкой и прохладной, я даже положенных линий, так любимых хиромантами, найти не смогла. То есть они, конечно, были, но располагались и проходили совсем не так, как у нормальных (да и у ненормальных, подозреваю, тоже) людей.