Ольга Воскресенская - Глазами тьмы

Ознакомительный фрагмент

— Вы всегда так запросто распахиваете дверь перед незнакомцами? — с недовольным видом поинтересовался сыскарь у девушки.

— Сейчас всего шесть часов вечера, полночь еще нескоро, — пожала плечами Тэйра.

— А обычных бандитов вы, значит, в расчет не берете?

— Им нечем у меня поживиться. Из ценного — разве что одежда.

Мужчина скептически посмотрел на темно-синее невзрачное платье, в котором его встретила девушка.

— Если у вас вся особо ценная одежда выглядит так же, то бандитам, пожалуй, еще и приплатить надо, чтобы они ее украли, — хмыкнул сыскарь. — Но впредь все равно будьте осторожнее, если собираетесь у нас работать.

— Меня примут? — с надеждой спросила образница. Она уже решила, что это — наилучший вариант.

— После небольшого собеседования. Я могу войти или мы так и будем разговаривать на пороге?

— Ой, извините. Проходите, пожалуйста, — засуетилась Тэйра, отступая вглубь дома. — Хотите мятного чая? Я сама собираю и сушу травы.

— А обычного нет?

— Я сирота, росла в приюте, дом снимаю и экономлю, как могу, — со смущенным видом пояснила девушка и сделала приглашающий жест в сторону пары ветхих кресел с лоснящейся обивкой.

— У вас совсем нет родных? Даже каких-нибудь дальних, не слишком жаждущих общения?

— Нет.

— Может, хотя бы сердечный друг имеется?

— А какое отношение это имеет к работе? — вопросом на вопрос ответила Тэйра, не желая вдаваться в подробности и что-либо объяснять. Грубить было неловко, тем более что посетитель ей нравился, но это лучше, чем выдумывать слезливую и насквозь лживую историю про неверность или разлуку.

— Я должен заранее знать, если кто-то из вашего окружения, из отвечающих за вас людей возражает против трудоустройства в наш департамент. Все-таки небольшой риск для жизни и здоровья имеется даже у образников, хотя мы стараемся не вмешивать их в оперативную работу.

— Я вполне самостоятельна в решении любых вопросов и не нуждаюсь ни в чьем одобрении, — заверила девушка.

— Прекрасно. А то, что у нас нет четкого графика прихода и ухода, вам известно? Вызвать на место могут в любой момент дня или ночи.

— Как, даже после полуночи? — забеспокоилась Тэйра, которую это не устраивало.

— В других группах — да. Но моя команда, к которой вам предстоит присоединиться, по ночам не работает. Я добился от начальства небольшой поблажки, а то шеф сильно рискует однажды нас лишиться, — хмыкнул сыскарь и улыбнулся во весь рот так, что на щеках образовались ямочки. — Так уж вышло, что я мечом владею плохо, мое основное оружие — ум… и способность заболтать любого, — озорно подмигнул он. — А остальные — хрупкие дамы, от них тем более глупо требовать способностей к самозащите. Но вы не волнуйтесь, моя группа прекрасно справляется со всеми задачами и находится на хорошем счету. Нам ведь главное уметь думать, задавать вопросы и не лениться в сборе информации. Для ночной суеты и так народа хватает, многих манит повышенная зарплата.

— Я тоже не владею мечом, — на всякий случай предупредила Тэйра, обдумывая услышанное. В принципе она не будет возражать, даже если в департаменте придется проводить по шестнадцать часов в сутки — с семи до двадцати трех. Чем ей еще заниматься? Одиноко сидеть в кресле у окна в чужом, за несколько лет так и не ставшем ей родным, ветхом доме и предаваться грустным мыслям о будущем? Вернее, об отсутствии такового для одержимой.

— Стрелять из арбалета умеете? — уточнил мужчина.

— Никогда не пробовала, — честно созналась образница, начиная тревожиться, что производит не слишком хорошее впечатление.

— А как у вас с магией помимо основной профессии?

— В совершенстве знаю бытовые заклинания, но из них более-менее владею только одним, предназначенным для устранения пыли, — со вздохом ответила Тэйра. — Даже для простейших фокусов нужны знания, которых у меня нет, в приюте не научили. Только и умею — быстро переносить любые образы на бумагу.

— Не волнуйтесь, именно это нам от вас и нужно. Я готов завтра же утром отнести шефу на подпись документ о вашем приеме на работу. Согласны?

— Да! — решилась Тэйра, а темная половина почему-то при этом промолчала и никак не выразила своего отношения к подобному повороту в судьбе их общего тела.

— Прекрасно, — потер руки блондин и в очередной раз обаятельно улыбнулся, заставив сердце девушки стучать в два раза быстрее. — Кстати, я, кажется, забыл представиться. Иден ги Лэсс.

— Очень приятно. Тэйра ун Алина, — улыбнулась девушка в ответ, пытаясь ничем не выдать свою реакцию. Собеседник умел расположить к себе и внушить доверие, ничего при этом особо не предпринимая. На него хотелось любоваться и любоваться.

— Давай будем учиться общаться без официоза. Не возражаешь? — поинтересовался он. — Я не люблю церемоний между коллегами по группе. Хотя главному шефу тыкать не советую, — подмигнул сыскарь.

— Не возражаю, Иден, — согласилась образница, и у нее потеплело на душе. Она первый раз общалась с человеком так непринужденно, впервые на нее не смотрели холодно, свысока, не жалели из-за приютского прошлого, не воспринимали как безропотную исполнительницу. Ни Ларе, ни ее заместителю, ни девочкам-моделям ни разу не пришло в голову хотя бы в мелочах поинтересоваться мнением Тэйры. Они только просили, приказывали, требовали…

— Думаю, мы сработаемся, — доверительным тоном сообщил блондин. — Особенно если ты все-таки сбагришь свой гардероб грабителям!

— Лучше бы воры приблудную кошку унесли, — ляпнула Тэйра, не подумав. Она слишком расслабилась, подпав под обаяние своего будущего начальника.

— Если это то черное чудовище, что обшипело меня возле крыльца, то я не возражаю, — сказал Иден. — Бешеная она какая-то! Подумаешь… на хвост наступил!

Образница с облегчением улыбнулась, осознав, что ее слова не заставили сыскаря задуматься и насторожиться. Но впредь, похоже, лучше быть осторожнее.

— Когда мне надо явиться в департамент? — сменив тему, поинтересовалась Тэйра.

— Завтра к восьми тебя устроит?

— Да, конечно.

— Все необходимые бумаги я составлю, тебе останется только подписать. Заодно и с коллегами познакомишься.

После этих слов Иден встал из кресла, попрощался и осторожно направился к двери, непроизвольно морщась всякий раз, когда приходилось наступать на слишком скрипучую доску пола. Очевидно, ему совершенно не понравился ветхий домик Тэйры, он привык жить в других условиях. Девушка попыталась взглянуть на окружающее его глазами и поняла, что, наверное, большинство чувствовало бы то же самое. Они ведь не воспитывались в приюте, где быстро учишься не обращать внимания на обстановку и новизну вещей, чтобы зря не терзаться и не обострять чувство брезгливости.