Волчьи игры. Свет моей души - Александра Салиева

это значит? Когда это я успела выйти за кого-то замуж? Погоди! Это за тебя, что ли? Кайл! Ты издеваешься? Мне же нет ещё и восемнадцати! Как ты…

И в этот момент я посмотрела на прописанный в документах возраст, где дата рождения была завышена на целых четыре года. То есть получалось, что мне по этим бумагам уже двадцать один.

— Ты! Ты! Нет, я, конечно, подозревала, что моё мнение для тебя так… чистая формальность, но это… Это… — притопнула ногой в порыве злости, в бессилии рыча почти как эти оборотни, чтоб их всех разорвало на молекулы!

Всего мгновение и тяжёлые ладони мужчины легли на плечи, притягивая к себе.

— Тише, малышка, тише… — миролюбиво проговорил он, прижимая к себе крепче. — Что касается твоего имени — его всего лишь адаптировали под то место, где мы будем жить. А фамилия… я так решил: мои дети унаследуют абсолютно всё, что мне принадлежит и, если со мной что-нибудь случится, это облегчит жизнь вам всем. Всего лишь подстраховка на непредвиденный случай, ничего больше. Зачем так переживать из-за каких-то бумажек? Я тоже от своего нового имени не в восторге, но мой бета решил, будто оно будет символично, учитывая, что я возглавляю клан белых волков на русской территории.

— Нет, я всё понимаю, Кайл, правда! Но ты же мог просто изменить мой возраст, и всё! А остальное решается простым составлением завещания. Но зачем вот так? — помахала перед ним свидетельством. — А если мы с тобой не уживёмся? Или один из нас полюбит кого-то?! Что тогда? Разводиться? Ну, что за бред? И эти Кристина и Николай, — по слогам произнесла имена. И если с женским проблем не возникло, у нас в Америке встречается такое имя часто, то вот мужское вызывало смех. — Слушай, а как сокращённо будет Николай? Ник или Никола? А если по-русски? — если минуту назад во мне пылала досада напополам со злостью, то теперь мне хотелось хохотать отчего-то.

— М-м-м… — задумчиво протянул Кайл, крепче стискивая в объятиях, — а кто сказал, что символичный штамп в паспорте предусматривает обязательство уживаться вместе? Нет, конечно, если ты настаиваешь… Так и быть позволю тебе называть меня, как тебе захочется. Как там говорят, надо же уступать друг другу, чтобы в семье царил мир и покой…

— Ты невыносим! — усмехнулась я, покачав головой и греясь в его объятиях. Несмотря на тёплую погоду, меня знобило. — Я вовсе не это имела в виду! И вообще думала, что мы будем жить отдельно… — устало вздохнула. — Когда там уже вылетаем?

— Отдельно? — теперь смеялся уже Кайл. — Твоя наивность меня убьёт, Кристи. Ты будешь жить в моём доме. И это не обсуждается. Или как, по-твоему, я должен удостовериться в том, что с тобой и малышами всё в порядке? Заделаться твоим личным телохранителем с круглосуточным присмотром? — он немного помолчал, потеревшись щекой о мои волосы. — Вылетаем, как только погрузят машину и заправят самолёт… И что ты там имела ввиду? А то, кажется, у меня возникают проблемы с пониманием.

— Ну что ты делаешь! — возмутилась, отворачиваясь от его лица и приглаживая волосы. — А имела в виду только то, что сказала: хотелось бы жить отдельно. Тебя уже слишком много, а ведь мы знакомы всего ничего! Мне не нравится такой контроль, хоть я его и принимаю. Я не привыкла, чтобы меня тискали и обнимали без спроса. Мне не нравится!

Тут я, конечно, лукавила, но хотелось немного свободы, чтобы нормально дышать. Ещё память то и дело подсовывала картины нашей первой встречи. Правильно говорят, что первый мужчина для девушки навсегда остаётся особенным, тем более я помнила, как хорошо мне было тогда, пусть и немного туманно. Именно поэтому стремилась создать между нами дистанцию. Было бы куда проще забудь он о нашей близости. Возможно, сделала бы даже аборт… От такой мысли поёжилась, сильнее прижимаясь к телу Кайла.

Кощунственная мысль! Но и я всего лишь семнадцатилетняя девочка, которая совершенно не видела себя матерью, да ещё сразу двоих малышей. Ну, вот что я с ними буду делать? У меня даже воображения не хватало, чтобы представить себя в этой роли!

— Не нравится? — в удивлении отозвался мужчина, вырывая меня из раздумий, вновь уткнувшись в мои волосы. — М-м-м… очевидно я совсем не разбираюсь в женщинах, раз так… — притворно печально вздохнул оборотень. Это он о чём? — Ладно, раз тебе не нравится, больше не буду к тебе прикасаться… пока сама не попросишь, — резко развернул меня к себе спиной, тут же положив руки мне на низ живота. — Но ведь прикасаться к моим детям ты мне не запретишь?

— Н-нет, — кое-как выдавила я из себя, чувствуя, как горячие ладони обжигают мою кожу даже сквозь одежду. Нервно дёрнулась из его рук, стараясь разорвать это прикосновение. Слишком близко, слишком интимно, слишком… всё слишком! — Вот родятся, и сможешь к ним прикасаться сколько захочешь!

Господи, да отпусти же ты меня уже! Ну, пожалуйста!

Сердце в груди отбивало бешеный ритм, а по телу беспрерывно бегали мурашки… и я соврала бы себе, сказав, что не от удовольствия. А именно этого мне не нужно! В конце концов, он взрослый мужчина, ну что ему до обычной несовершеннолетней девчонки, которая даже целоваться толком не умеет? А вот надумать себе и влюбиться может! У него там этих женщин пруд пруди, вот и пусть шёл бы к ним. Несмотря на шрамы, Кайл был очень красивым оборотнем, плюс — это его звериное обаяние… Но… Не надо мне этого!

— Боюсь, у меня нет столько терпения… — пробормотал Кайл, шумно втягивая в себя воздух.

Он отнял одну ладонь от живота, тут же запустив её в волосы, оттягивая назад. Мягкие массирующие движения в районе затылка вынудили откинуться ему на грудь, в то время как вторая рука продолжала покоиться на прежнем месте, придавливая меня к его телу.

— К тому же ты только что сама дала мне зелёный свет, малышка, — добавил он тихим обжигающим полушёпотом, касаясь губами мочки уха.

Он о чём вообще?.. От прикосновений я буквально таяла и готова была даже мурлыкать от удовольствия. Прикрыла глаза, наслаждаясь его действиями. И мне до безумия хотелось, чтобы он меня развернул и уже поцеловал в губы, как в прошлый раз: