Юлиана Суренова - Дорогой сновидений

— Что же тогда двигало тобой?

— То же, что всегда подталкивало тебя. Месть.

— Мне?

— Я уже сказал — дело не в тебе! Сколько можно повторять! Право же, мне надоело!

— Значит, Шамашу?

— Да с чего мне мстить ему? Он мне даже симпатичен!

— Что-то я не понимаю, — вздохнув, качнул головой Губитель. — На чьей ты стороне?

— На своей собственной.

— Ты собираешься участвовать в бою как третья сила?

— Я пока еще в своем уме, — хихикнул Лаль. — И слишком хорошо представляю себе, что такое бой между двумя великими богами. Нет, я не буду участвовать в той игре, которая не оставляет мне ни единого шанса не только победить, но даже уцелеть… — на мгновение он умолк, поднял голову, взглянул на Шамаша, кивнул, довольный тем, что тот, покинув наконец место, где оставался столь долго, подошел к ним на расстояние нескольких шагов. — Еще несколько мгновений, — обращаясь к богу солнца, промолвил он. — Последнее слово перед боем. То, что я хотел, чтобы ты тоже услышал. Шамаш, я ничего не имею против тебя лично. Когда-то мне хотелось даже подражать тебе во всем, стать таким, как ты… Но… Право же, я не вижу другого способа отомстить моей сестрице…

— Айе? — перебив его, удивленно воскликнул Нергал. — Но причем здесь она?

— Она любит Шамаша. Что может быть больнее, чем терять любимого? Тем более, во второй раз! — довольная улыбка легла ему на губы.

— Вот значит как, — пробормотал Нергал, бросив быстрый взгляд на замершего, с безразличием слушая Лаля, Шамаша. Что же, такое объяснение было ему понятно. И, потом, разве не так Кигаль отомстила своей сестре Инанне за ее предательство?

— Месть слепа… — замолчав на миг, бог сновидений повернулся к Шамашу. — Надеюсь, ты понимаешь меня…

Колдун молчал. Ни один мускул не дрогнул на его лице. Он ожидал чего-то подобного. Впрочем, что бы там ни было, происходившее не трогало его душу, когда Шамашу было все равно, что случится с ним. Главным было другое. И исполнению этого главного Лаль не помешал, но, наоборот, помог.

— Жалкий червь! — сорвались с губ Нергала полные презрения слова.

— Всего лишь твой младший брат, повелитель зла. Ты должен бы гордиться мной: я так быстро учусь!

— Убирайся прочь! Пока я не забыл об этом!

— Исчезаю! — и тот пропал, растворившись облаком в черном небе.

— Не везет мне с союзниками, — пробурчать Губитель. — Вечно попадаются… Впрочем, я сам таких выбираю… Эх, — качнув головой, Эрра шагнул навстречу Шамашу. Тот предостерегающе поднял руку:

— Тебе не следует подходить ближе, — тихим, вкрадчивым голосом проговорил бог солнца. Однако за этой вкрадчивостью чувствовалась такая сила, что даже ее мимолетное прикосновение прошло дрожью по невидимому стихийному телу повелителя демонов.

— Ты не нападешь первым, — проговорил Нергал, однако же, остановившись. — Кто может знать это лучше заклятого врага? — грустная улыбка легла на его побелевшие стянутые в тонкие нити губы.

— Ты уже нанес свой удар.

— Малышка? — он качнул головой. — Я просто хотел хоть немного продлить ее жизнь.

— Если бы не ты, ней бы ничего не случилось…

— Возможно. А, может быть, Лаль добрался бы до нее и сам… Он избрал ее своей жертвой.

Шамаш опустил голову на грудь. Его глаза прищурились, став сгустком темноты.

— Куфа — не место для нее.

— Да, — легко соглашался с ним Губитель. Он сам думал так же. — Но ведь ничего иного нет. А назад вернуться она не может, когда там ее подстерегает пустота… Давай не будем об этом, — попросил он… — Ты хотел вызвать меня на бой? Если так, к чему разговоры? Давай поскорее покончим со всем этим, — он не собирался ни нападать, ни защищаться. Он и думал-то не о сражении, а лихорадочно искал способ помочь маленькой смертной, сделать для нее еще что-нибудь, когда та смерть, которую он мог ей подарить, не казалась больше ему достаточно светлой и счастливой… Если подобный эпитет вообще возможно отнести к смерти. Вот бы найти возможность сохранить ей жизнь…

Колдун скользнул по нему быстрым взглядом. На миг их глаза встретились.

Губитель провел ладонью по лицу, словно смахивая капельки пота. В его глазах было что-то… Необычное, не соответствовавшее сущности повелителя демонов, чужое и, вместе с тем, столь глубокое, что никто, даже самый закоренелый скептик не смог бы усомниться в истинности отражавшейся в них грусти.

— Перемирие? — вдруг спросил Шамаш.

Нергал менее всего ожидал услышать нечто подобное. Он даже вздрогнул, а затем, вскинув голову, несколько мгновений, не понимая, что происходит, в упор смотрел на бога солнца.

— Да… — наконец, неуверенно произнес он. Ему нужно было время, чтобы во всем разобраться, прийти в себя, вернее — вновь стать самим собой.

— Вы что? — Лаль возник из пустоты, так, словно на самом деле никуда не уходил, просто стоял в сторонке и ждал, что будет дальше. Пораженный, он переводил взгляд с одного противника на другого. — Вы это серьезно? Упустите столь удачный для вас обоих момент разобраться с извечным врагом?

Впрочем, на него никто не обратил внимания.

— Если враг есть в вечности, — пробормотал повелитель демонов, — значит, он нужен… — затем он вновь взглянул на противника: — Надеюсь, ты понимаешь, что это именно перемирие? Я не собираюсь припадать к твоей груди, и, покаявшись во всех грехах, просить о вечной дружбе.

— Ты искалечил слишком много невинных душ, чтобы я мог простить тебя. Я знаю, что ты не остановишься, будешь продолжать губить смертных, мстить и мне, и другим. Сражения не миновать. Но сейчас оно нам не нужно.

— Да о чем вы…

— Замолчи, Лаль, — оба противника повернулись к нему. Затем Нергал продолжал: — Я вообще не понимаю, чего ты добиваешься? У меня создалось такое впечатление, что тебе все равно, кто из нас победить. Двойное предательство — хитрая штука. Как не поверни — все хорошо. И, в то же время, плохо. Ибо подобного не прощаю даже я.

— А, ладно тебе, — махнул рукой Лаль, — никого я не предавал! Лишь дал вам обоим то, чего вы хотели! Я помогаю, а ты, вместо благодарности, лишь обвиняешь меня невесть в чем!

— Скажи, какой тебе от всего этого прок? Только не говори о мести. Я устал о ней слышать. Конечно, она — движущая сила. Но кроме этого должно быть еще что-то. Что же? Только не пытайся меня убедить, что ты «помогаешь» совершенно бескорыстно.

— Да так, пустячок…

— Убей ты меня сейчас, — тихо проговорил Шамаш, отвечая на вопрос врага вместо не торопившегося с объяснениями бога сновидений, — и вся моя сила перешла бы к Лалю.

— Это еще почему? — подозрительно глянул на него Эрра.