Кристоф Хардебуш - Битва троллей

— К сожалению, народ влахаков боится леса; поэтому здесь будет не так-то просто получить это дерево.

— А марчег Ласцлар?

— А масриды берут себе все, что хотят. Он об этом даже не будет задумываться.

— Тогда для нас будет более выгодна его победа.

На что Сарган возразил с бесстрастным выражением лица:

— Но наши отношения с влахаками лучше. Мы не можем сказать, насколько хорошо марчег Ласцлар будет выполнять договор. У всего есть свои преимущества и недостатки.

— Кто хочет осла без малейшего изъяна, тот идет пешком, — сказала Аттага, на что Сарган невольно усмехнулся.

В последние годы в Золотой империи эта старая поговорка стала фактически крылатым выражением. В сложной политике двора редко бывали ситуации, которые хотя бы одному из ее участников давали только выгоду. Весь этот клубок интриг давно превратился в запутанную сеть, в которую очень легко мог попасть каждый. Поэтому постоянно нужно было оценивать получаемые преимущества по сравнению с неизбежными потерями. «Вот теперь и я спрашиваю себя, кто из спорящих сторон здесь осел, на котором мы поедем».

Хотя церемониймейстеру не позволялось смотреть в лицо легата, казалось, что Аттага заметила задумчивую улыбку на губах Саргана, так как почти незаметно она замерла.

— Должна ли я подготовить послание?

Сначала Сарган хотел согласиться с ней, но затем передумал.

— Нет. Как ты говоришь, ситуация постоянно меняется. Пока что нам еще не виден результат, и мне бы не хотелось через какое-то время корректировать свои сообщения. Но позаботься о том, чтобы у нас были свои глаза и уши на улицах больших городов. Я хочу знать, что думает простой народ о войне, союзе и обо всей этой запутанной ситуации.

— Конечно, повелитель.

— Ты можешь удалиться.

Аттага молча попятилась до середины зала, чтобы там ненадолго преклонить колени, после чего вышла, оставив Саргана наедине со своими мыслями.

— Должен ли я позвать наложницу? — раздался вдруг низкий голос охранника.

Сарган рассеянно взглянул на него и покачал головой.

— Нет. Мне нужно подумать, так что не мешай мне.

Если такое замечание и задело силка, он не подал виду. Сарган раздраженно посмотрел на большого воина в золотых доспехах, который только тогда показывал бессловесную критику поведения Саргана, когда легат не мог упрекнуть его в этом. «Давай уже, можешь скривиться», — подумал дириец, но Балаос не доставил ему такого удовольствия. Тогда Сарган прогнал от себя все мысли о солдате и снова сконцентрировался на проблемах, которые сейчас были перед ним. «Аттага хотела послать сообщение. Надеялась ли она на то, что я соглашусь с ней, а потом мне придется исправлять его? Тогда могут появиться сомнения в моей полезности. Хочет ли она подорвать таким образом мой авторитет?»

Вздохнув, Сарган потянулся за кувшином с медовым напитком, который стоял рядом с его диваном. Во-первых, ситуация в Ардолии была гораздо сложнее, чем он ожидал, во-вторых, ему грозят интриги со стороны его собственной делегации. «Я не должен называть эту страну Ардолией, — поправил дириец сам себя. — Здесь она называется Влахкисом. Кроме того, когда-то она была провинцией Влахкис. И только потому, что масриды называют так эту страну, я не должен делать точно так же. Иначе получается, что я признаю их притязание на это». Это все еще было больным местом влахаков. Было бы гораздо разумнее пересидеть войну, дождаться ее исхода и уже потом вести дела с ее победителем. Однако Сарган слишком хорошо знал, что вряд ли победа будет однозначной и окончательной. Скорее всего, это снова будет тлеющий конфликт. И тогда обе стороны придется рассматривать как равнозначные для империи. «Если только Золотая империя не решит поддержать какую-то одну сторону. Но тогда возникает вопрос, чье слово будет признано более веским — мое или шпионов в моей делегации, которые передают свои сведения в другие места. Если бы все зависело только от меня, то тогда я бы просто помог Стену и бывшему мятежнику и тем самым создал факты. Но если я поставлю не на того, то значит я добровольно засуну свою голову в петлю, которой меня привяжут к колесу».

Дириец невольно пожалел о старых временах, когда его задания хоть и были опасными, но он, по крайней мере, знал, откуда ждать предательства. Теперь же ему приходилось бороться с интригами двора, которые были настолько всеобъемлющими, что простирались далеко за пределы страны до самого отсталого Влахкиса. «Нужно тщательно взвешивать каждое слово, а каждое движение продумывать до самых мелочей. Потому каждая ошибка может стать еще более смертоносной, чем разъяренный тролль. Ну, ладно, такой же смертоносной», — подумал Сарган, вспомнив о мощной силе Парда и о пресловутом плохом нраве троллей.

Неожиданно дверь вновь открылась, и Аттага вернулась в зал. Сарган понаблюдал за коротким разговором шепотом между нею и Балаосом. После чего она пошла через зал быстрее, чем это разрешалось по протоколу, и даже подняла взгляд. Сарган удовлетворенно наблюдал за этим нарушением протокола с высоко поднятой бровью, заметив это, церемониймейстер сразу же опустила голову. Вероятно, то, что произошло перед этим, привело ее в замешательство, так как для начала она смогла пролепетать лишь извинения:

— Я прошу прощения, повелитель.

— Прощаю, — великодушно ответил Сарган.

Такое поведение может повлечь за собой даже физическое наказание. «Но теперь она чрезвычайно обязана мне».

— Есть новости. Только что прибыл гонец с востока.

— Сообщай.

— Воевода вместе с марчегом Тамаром приняла бой. И их объединенная армия потерпела поражение; скорее всего, воевода погибла. Здесь сообщение несколько неточное, гонец в замешательстве. Но марчег Ласцлар преследует остатки объединенной армии и хочет завершить войну одним решительным ударом.

Оттенок торжества промелькнул на лице церемониймейстера, когда Сарган с каменным лицом слушал новости. «Кажется, боги повернулись против влахаков. Но, по крайней мере, Аттага проявила себя как сообщник одного из моих врагов. Что же мне теперь делать?»

— Нам нужно больше сведений. Удвой свои старания, чтобы получить их, — приказал он дирийке и отпустил ее.

«Неужели Ионна могла не победить? Теперь мое положение становится еще более щекотливым, когда Аттага знает о моей связи с влахаками. Мне нужно время».

— Позови наложницу, — приказал дириец охраннику и подпер рукой подбородок.

Хотя его лично такие новости и не касались, ситуация все равно развивалась не так, как ему хотелось бы.

39