Варвара Шихарева - Ирийские хроники. Заговорённый

Нет, Велд должен навсегда забыть Лакон и Херстеда! Вздохнув, Олден взглянул на бледное лицо эмпата. Если просто заблокировать Чующему воспоминания, он будет отчаянно пытаться вернуть себе память, и, учитывая его упорство, со временем добьётся своего. Но если в памяти Велда на месте произошедшего в Астаре будет не просто белое пятно, а другие воспоминания, пусть даже и расплывчатые, он не заподозрит подвоха... Эта мысль зародилась в голове сотника ещё утром, и теперь ему осталось дополнить придуманное им плетение лишь несколькими мелкими деталями. Произошедшее в Вильдно и Россе останется почти без изменений, а ложные воспоминания будут прочно привязаны к правде. За их основу Олден решил взять именно ту байку, которая уже не раз выручала Велда и в Вильдно и в Крейстете, только теперь он действительно будет считать себя чующим-крейговцем, а свой теперешний облик - данным ему от рождения!..

- Так будет лучше... Сынок. - Олден чуть склонил голову, словно прислушиваясь к звучанию доселе непроизносимого им слова, а его пальцы легко огладили мохнатую спинку паука - Я не причиню вреда - просто немного облегчу выпавшую тебе ношу и уберу несколько кошмаров... - и его ладонь полностью накрыла собою распластавшуюся на груди эмпата тварь.

Наконец-то дождавшийся разрешения паук жадно впился в детские воспоминания Велда и с губ эмпата сорвался тихий стон, но решение Олдена уже не смогла бы изменить даже самая горячая и отчаянная мольба. Все мучительные сомнения и чувства были отброшены в сторону и холодный , бесстрастный Знающий коснулся открытого ему сознания эмпата... Впрочем, не совсем бесстрастный: Олден так и не осмелился убрать из памяти Велда Истлу - лишь накинул на её облик лёгкую дымку. Зато образ Лекки был истреблён горбуном полностью, и, выкорчёвывая из сознания эмпата последние крохи воспоминаний о приёмном отце, Олден не мог сдержать кривящую ему губы злую ухмылку...

Чернота была тёплой и незлой: превратившись в крошечный комок, в ней можно было находиться сколь угодно долго - без чувств и мыслей покачиваясь в темноте безвременья, но крошечная искра сознания не желала подобного покоя и рвалась прочь из убаюкивающей её черноты. Велд отчаянно пытался проснуться, но тёплый чёрный уют никак не хотел его отпускать, и прошла бездна времени, пока темнота сменилась серой дремотой. Чующий плыл среди неясных теней, медленно пробираясь наверх - туда, где, как он чувствовал, его ожидало пробуждение...

Когда после долгого перерыва к Велду начали постепенно возвращаться чувства, он, застыв на тонкой грани яви и сна, осознал, что рядом с ним присутствует нечто чужеродное. Незваный гость вёл себя тихо, но Чующий понял, что именно он был ответственен за сковавшее его оцепенение и пробегающий по жилам колючий холод... Конечно же, подобное самоуправство эмпату не понравилось, и он отчаянно рванулся вперёд, разрывая последние связывающие его нити сна!

На балке низкого потолка дрожал солнечный зайчик, а на плацу десятник Сегин сердито распекал молодых "Ястребов" за неуклюжесть и нерасторопность. Его голос был хорошо слышен - наверное, невидное с кровати эмпата окно было открыто.... Велд с трудом перевёл дыхание: он лежал на жёстком матрасе - занемевший и вытянувшийся, точно на параде, а на сердце ему что-то давило... Чующий попытался приподняться и тут затаившийся в его разуме незнакомец подал голос: "Лежи спокойно! Не мешай!" По-прежнему непонимая, что с ним и откуда взялся нежданный гость, Велд опустил взгляд вниз и увидел, что прямо у него на груди восседает лохматый, золотистого цвета паук. "Не двигайся!" снова скомандовала тварь, но эмпат уже закусил губу, а его левая рука метнулась к груди. Паук сердито сверкнул алыми глазами - "Потерпи!", но как раз терпеть общество подобной мерзости Чующий не собирался. Его пальцы судорожно вцепились в спину твари, и в следующий миг он с силой сдёрнул её с себя. Из глубоких проколов на груди немедленно хлынула кровь, а отброшенный в сторону паук, ощутив все прелести свободного полёта, шмякнулся о стену. Удар не причинил ему вреда, но тварь ошеломлённо застыла в углу - ещё никто из людей не позволял себе так обращаться с нею!

Из-за резкого движения по спине Велда прошла волна боли - его позвоночник словно проткнули раскалённой спицей. Эмпат откинулся назад, неотрывно глядя на непонятно откуда взявшуюся тварь. Тем временем паук собирался закончить начатое: Олден велел ему восстановить истощённые борьбою с заклятьем жизненные токи эмпата и проверить, не осталось ли в его памяти ненужных воспоминаний, но Чующий обладал настолько беспокойным нравом!.. Из жвал паука выступили прозрачные капли яда - если эмпат не станет слушаться, придётся его успокоить!

Увидев, что паук снова ползёт к нему, Велд, ругнувшись, огляделся по сторонам в поисках чего-нибудь существенного, ведь ладонью восьминогую погань было точно не пришибить! В отличии от многих людей, Чующий не испытывал страха перед пауками или подобными им тварями - он попросту был к ним равнодушен, но сейчас к нему приближался не просто паук, а опасная мерзость. Даже при одном взгляде на тварь эмпата начинало подташнивать от отвращения и ненависти!.. Дотянувшись до сложенной на табурете одежды , Велд подцепил ремень с латунной пряжкой и быстро обмотал его вокруг руки.

- Сгинь!... Пошла прочь, погань!

Паук замер. Обычно страх и отвращение либо парализовали Чующих, превращая их в лёгкую добычу, либо заставляли их спасаться бегством, но этот эмпат проявил явную агрессию! Рубиновые глаза твари изучающее скользнули по перекатившемуся на бок и выставившему вперёд обмотанную ремнём руку Велду - для того, чтобы парализовать его, твари надо было нанести всего один укус!..

- Едва очнулся и уже буйствуешь? - усмешка возникшего в дверях Олдена положила конец начавшемуся противостоянию. Позабыв об эмпате, паук устремился к сотнику и , резво вскарабкавшись по ноге, застыл на его груди, вцепившись лапами в куртку! Наблюдая за тем, как Олден оглаживает приникшую к нему мерзость, Велд ощутил полнейшее замешательство, а сотник, взглянув на него, заметил:

- Тебе не следовало так обращаться с моим талисманом! Он ведь лечил тебя!

- Что?!.. - Велд почувствовал, что у него начинает кружиться голова. Только теперь до эмпата дошло, что он находится в лазарете, но почему и как он здесь оказался, Велд не помнил! Мысли и чувства постоянно путались и вращались, словно карусель, но потом, уловив в воцарившемся хаосе ускользающий от него обрывок, эмпат судорожно вздохнул. Перед его глазами снова возник испуганно бьющийся в невидимой паутине Верный - липкая мерзость причиняла ему боль!..