Кристофер Банч - Король-Провидец

— Я думал то же самое, — ответил домициус. — Нам следовало ожидать нападения с той минуты, когда мы отправились вниз по реке. Но мы проявили беспечность... и поплатились за это.

Однако перейдем к делу. Сэр, я имею честь представить вам объединенные силы, направленные на усмирение никейского мятежа. Всего тринадцать полков — шесть кавалерийских и семь пехотных. Мы ожидаем ваших распоряжений.

Генерал Турбери медлил с ответом, погрузившись в раздумье. Тенедос выступил вперед.

— Сэр, могу я высказать предложение?

Домициус Ле Балафре мрачно покосился на него.

— Прошу прощения, сэр, а кто вы такой, черт побери?

— Провидец Лейш Тенедос, специальный советник генерала армии... сэр.

Двое мужчин обменялись жесткими взглядами. Домициус Ле Балафре первым отвел глаза, но я чувствовал, что столкновение характеров только началось.

Генерал Турбери повернулся к Провидцу.

— Говорите, сэр. Вы всегда первым подаете дельные идеи.

— Сэр, — начал Тенедос. — Думаю, нам не следует медлить и разрабатывать подробный план. Нужно выступать немедленно. Разместите полки в парках и начинайте очистку города завтра на рассвете. Товиети этого не ожидают.

Генерал Турбери заморгал и повернулся к Ле Балафре.

— Это возможно?

Домициус был так же удивлен, как и генерал. Он немного подумал и улыбнулся уголком рта.

— Да, это нам по силам. Быстрый, резкий удар должен усмирить этот сброд. Сэр, я могу гарантировать, что к завтрашнему утру мой Варенский полк будет готов, и большинство других тоже. А может быть, и все, — он размышлял вслух. — Я предлагаю оставить в резерве только одно подразделение. 17-й Уланский полк не может идти в бой.

Мой собственный полк! Меня пронзило недоброе предчувствие. Что случилось? Ле Балафре пустился в объяснения, и мы наконец узнали, почему армия прибыла так поздно. Они не смогли плыть вниз по реке с той скоростью, на которую рассчитывали, так как снаряжение и новые приводные ремни для транспортов типа «Таулера» почему-то не ждали их в порту, как было условлено заранее. Но настоящие неприятности начались после того, как они вошли в огромную дельту Латаны, вверх по течению от Никеи, сразу же за городом Чигонар. Там их застиг плотный речной туман, из-за которого пришлось потерять несколько дней.

— Вы не почувствовали колдовства, сэр? — поинтересовался Тенедос.

— Раньше я не уделял внимания чародеям и всему, что с ними связано, — мрачно отозвался Ле Балафре. — Как выяснилось, это было ошибкой.

Генерал Вель, командующий экспедицией, прекрасно понимал, что время поджимает, и поэтому, несмотря на погоду, отдал приказ плыть дальше. В результате флот заблудился в Великой Дельте: суда упирались в тупики или сворачивали в постепенно мелеющие русла. В одном длинном узком проливе мы были атакованы. Во флагманский корабль полетели огромные валуны, выпущенные из катапульт, «хотя как эти чертовы мятежники смогли построить их, а тем более перетащить через проклятые богами болота, — остается превыше моего разумения». Флагман получил пробоину и начал тонуть. Затем из укрытий появились лучники и принялись осыпать стрелами людей, пытавшихся доплыть до берега.

— В тот день погиб генерал Вель, и уланский полк понес тяжелые потери. Их домициус, э-э-э...

— Херсталл, — вставил я. Ле Балафре угрюмо покосился на меня — капитанам не разрешается перебивать домициусов — но ничего не сказал.

— Да, Херсталл, а кроме того, полковой адъютант и более половины старших офицеров собрались на совещание на флагманском корабле. Нам удалось выловить из воды лишь горстку людей, и офицеров среди них не было.

Итак, мой старый противник, капитан Ланетт, расстался с жизнью. Как ни странно, я был разочарован — я с нетерпением ожидал возможности доказать, как жестоко он ошибся во мне.

Еще три судна затонуло, но большинство людей удалось спасти. Атакующие исчезли в болотах так же быстро, как и появились, а наши суда поплыли дальше и нашли главное русло, затем снова потеряли его.

— Тогда у меня появилась идея, — с невеселой улыбкой продолжал Ле Балафре. — Знаете, до меня доходили слухи об ублюдках, что расхаживают со шнурами-удавками. В Варене они еще не показывались, иначе мы бы устроили им теплый прием.

Тем не менее, я на всякий случай решил порыться в пожитках матросов и их офицеров. Вы ни за что не догадаетесь, что я обнаружил в восьми рундуках.

— Что вы сделали с теми Товиети, которых вам удалось поймать?

— Повесил их, разумеется. Из них получились очаровательные украшения на мачтах — они болтались и раскачивались, как спелые гранаты на ветру.

Он пристально посмотрел на Тенедоса, вероятно, ожидая потрясения от человека, непривычного к убийствам.

— Прекрасно, сэр, — с улыбкой сказал Тенедос. — Обещаю, что у вас будет возможность полюбоваться на множество таких фруктов, прежде чем вы покинете Никею.

Ле Балафре одобрительно кивнул.

— После этого у нас больше не возникало проблем. Мы приплыли в Никею вчера, поздно ночью, но не стали причаливать, поскольку, откровенно говоря, не знали, какой прием нам окажут на берегу. Рад, что вы смогли продержаться до нашего прибытия.

— Ну что же, — генерал Турбери огляделся. — Теперь давайте высаживать солдат. У нас есть еще день для отдыха и подготовки к завтрашнему утру.

— Еще два слова, сэр, — вмешался Тенедос. — Это касается 17-го Уланского полка.

— Да?

— Я горжусь тем, что эскадрон этого полка охранял меня во время пребывания в Кейте, и...

— Так вы тот самый Тенедос? — перебил Ле Балафре. — Примите мои извинения за грубость, сэр. Вы тогда проявили себя с самой лучшей стороны.

— Благодарю вас, — Тенедос повернулся к Турбери. — Итак, в Кейте я имел возможность убедиться в том, какие они превосходные солдаты. Думаю, сейчас нам никак нельзя потерять их.

— У вас есть предложения?

— Да. Назначьте капитана а'Симабу их домициусом. Он служил в этом полку и отлично зарекомендовал себя.

Домициус и генерал смерили меня взглядами.

— Это противоречит уставу, — произнес генерал Турбери. — В высшей степени необычно. Хм-мм... — он ненадолго задумался. — Повышение сразу на два чина... Не вызовет ли это путаницы в армейских списках?

— К дьяволу списки, — отрезал Ле Балафре. — Мы с вами потратили бо льшую часть своей карьеры, сражаясь с толстозадыми бюрократами, которые вечно роются в своих бумажках и беспокоятся о том, как распределить места на банкете. Надеюсь, Товиети передушили большинство из них, а остальные поджали хвосты.

Генерал Турбери криво усмехнулся.

— Я и забыл о том, как дипломатично ты умеешь выражаться, Мирус, — он снова задумался. — А знаете, ведь генерал Протогенес говорил, что после подавления мятежа он собирается повысить капитана а'Симабу... если будет кого повышать.