В поисках солнца (СИ) - Мария Дмитриевна Берестова

Дерек посмотрел на неё с укором, и поэтому не заметил, что Райтэн покраснел. Илмарт, напротив, смотрел именно на Райтэна — его реакции казались ему нетипичными, а потому — интересными.

— На самом деле, — с вдохновенным лицом проповедника начал развивать наступление Дерек, — нам действительно требуется консультант, который прекрасно разбирается в северных землях!

— Зачем? — просто спросила Олив, складывая руки на груди и откидываясь назад. Ей, определённо, казалось, что ей тут дурят голову из жалости.

— Планируем торговлю по Кантаэнь, — буркнул Райтэн первое же пришедшее ему в голову объяснение.

Дерек, который собирался было расписать, как прекрасен проект с кармидерскими картами, бросил на друга странный взгляд — возможность торговли в этом направлении они точно ни разу не обсуждали — и тут же поддержал:

— Я всё ещё мечтаю сбывать каменный уголь в Эрмиду!

Олив задумалась.

Нерешительно взглянула на Илмарта в поисках поддержки и совета.

Тот демонстративно уставился в окно: мол, моё дело — наблюдать за улицей, а свои дела сама решай.

Дерек и Райтэн переглянулись, мысленно договариваясь, кто из них начнёт следующий раунд уговоров, если она откажется.

Наконец, Олив нерешительно сказал:

— Ну, возможно, как отдельные консультации…

Довольный Дерек хлопнул в ладоши и заявил:

— Отлично! Это нужно отметить прекрасным обедом! — и подорвался ловить трактирщика.

Илмарт хмыкнул чему-то своему.

2. В какие игры играет Михар?

Существовало три вещи, которых Аренсэн Михар не терпел в людях: неспособность отвечать за свои слова, небрежение к взятым на себя обязанностям и, наконец, эгоцентризм. Поскольку господин Михар притом полагал, что не он должен страдать от подобных проявлений человеческой лени и глупости, поскольку ему это не по чину, — страдали обычно те, кто имел безрассудство проявлять означенные качества при нём.

Кроме того, было ещё три вещи, которые выводили этого сурового господина из себя: срыв сроков, многоходовые сложноуровневые комбинации и непредвиденные случайности.

Ситуация с Райтэном собрала четыре из шести — и господин Михар полагал, что это, право, чересчур, поэтому неплохо бы снизить количество раздражающих факторов.

Начать свою программу оптимизации он решил с Дерека, поскольку Дерек оказался самой раздражающей случайностью в, казалось бы, отлично выверенном плане, и предварительная разведка не очень-то тут помогла.

У господина Михара было достаточно людей, в том числе и весьма толковых, но недостаточно полномочий, чтобы сравниться с государственной разведкой — в отсутствие прямой необходимости господин Михар предпочитал действовать в рамках законов. Поэтому он, конечно, попытался разведать, что там за господин Анодар приобрёл такую близость к интересующему его объекту — но раскопать эту историю не сумел. Его людям, впрочем, удалось установить, когда именно этот господин Анодар появился в Аньтье, но на этом дело и подвисло. Рабочей гипотезой Михара была та, что Райтэн во время своей поездки за корабельными соснами присмотрел в Ниии интересного коммерсанта и прихватил его с собой. Коммерсант, судя по всему, имел какие-то проблемы с законом — иначе непонятно, зачем бы ему вздумалось брать анжельское имя.

В целом, даже этой версии хватало, чтобы господин Михар находил Дерека раздражающим — для плана было бы лучше, чтобы Райтэн не был так уж успешен в торговых делах. Однако здесь было ещё полбеды: перестроить план с учётом коммерческого успеха оппонента было несложно.

Но вот успех Дерека на научном поприще, во-первых, ставил под сомнение гипотезу о том, кем, собственно, является Дерек, а во-вторых — грозил рядом непредсказуемых случайностей. Одно дело, когда главный советник противника — обыкновенный, пусть и успешный, торгаш. Логику торгаша просчитать просто. Но если этот торгаш ещё и учёный — возникают вопросы.

Господин Михар считал необходимым выяснить, является ли Дерек коммерсантом, который по ряду причин подался в науку и нежданно в ней преуспел, — или же человеком с мозгом учёного, который за какими-то демонами полез в торговлю. Либо, как вариант, он мог совмещать в себе поровну тех и тех черт — что делало ситуацию особенно неприятной, потому что просчитать её делалось гораздо сложнее.

В общем, требовалось, в первую очередь, посмотреть, что там за проект с картами — возможно, дело выеденного яйца не стоит.

Господин Михар решил направиться к университет лично, разыграв карту скучающего мецената-интеллектуала, который услыхал о новом проекте и желает ознакомиться с ним ближе. Поскольку ему уже случалось финансировать отдельные исследовательские проекты — в том числе и в Кармидере — ректор встретил его весьма приветливо. Узнав, в чём интерес господина Михара, он почуял, что дело запахло инвестициями, и красноречиво описал свою свежеприобретённую команду как оплот молодых гениев. В его рассказе господин Анодар выступал как монстр аналитической деятельности, господин А-Ранси виделся гениальным картографом, какие рождаются не в каждом столетии, а некая госпожа Рубийэнь Декстар — под этим именем её знал ректор — обладала истинным декораторским даром, который придавал готовым картам своеобразность и законченность.

Когда важный гость изъявил желание посмотреть на работу гениев лично, ему тут же выделили секретаря с тем, чтобы проводить к нужному кабинету.

В настоящий момент там вели работу только Дерек и Илмарт: преподаватели и Руби были на парах, семестр уже начался. Отличить, кто есть кто, было легко с первого взгляда: один корпел над кипой справочников, другой рисовал карту.

Привычным к быстрому анализу глазом господин Михар выхватил важные нюансы: одежда недорогая, но опрятная, руки интеллигентные, с ухоженными ногтями, лицо подвижное, волосы и борода ровно подстрижены. Для учёного слишком аккуратен, для купца слишком небросок.

Дерек поднял на посетителя взгляд дружелюбный и умный; в глазах его стояли обычные искорки азарта исследовательской работы («Довод в пользу учёного», — подумал Михар).

Илмарт тоже разглядел посетителя и досадливо поморщился. От Дерека не укрылась эта гримаса — бросив на друга короткий встревоженный взгляд, он уловил лёгкий кивок, и посмотрел на господина Михара уже более настороженно.

«Сообразительный», — сделал внутреннюю заметку Михар и вежливо, дежурно улыбнулся.

Секретарь представил присутствующих друг другу — хотя всем уже и так всё было ясно — и умчался по дальнейшим делам.

— Чему обязаны? — взял на себя переговоры Дерек, поскольку Михар не спешил обозначать цель визита.

Вопрос был задан дружелюбным без грамма фальши тоном, и даже первая настороженность, которая успела мелькнуть во время переглядок с Илмартом, ушла из взгляда. Ровное дружелюбие без капли издевки или холодности.

«Интересно», — слегка наклонил голову набок Михар и мягко ответил:

— Интересуюсь вашим проектом, господин Анодар. Господин ректор, — мимоходом ввернул он имя авторитета, — любезно разрешил мне ознакомиться с результатами ваших трудов.

— Разумеется! — с готовностью вскочил Дерек и