Юрий Ижевчанин - Прелюдия: Империя

— Конечно же, подумаю, брат! — с облегчением ответил Тор.

В тот момент, когда Мастер со своим маленьким отрядом грабил логово грабителей, в Зоор вернулся с сейма король, сопровождаемый еще двумя кораблями эскорта, на которых прибыли по сотне отборных воинов из всех королевств и отряды некоторых княжеств. Как только отплыли от Имперского Острова, король явился к своим женам, объявил им, что они отныне не являются его женами, поскольку Совет королей дал ему санкцию на развод, опасаясь, что эти женщины сведут своего господина и мужа в могилу. Он велел сорвать с них королевские одеяния и приковать в трюме с гребцами. Дознаватели получили от них признания, что они изменяли мужу и что умышляли убить его. Канцлер, еще ничего не зная, явился в порт встречать короля. С корабля, как и полагалось, сначала сошла охрана, состоявшая, чтобы подчеркнуть торжественность момента, из семидесяти иностранных воинов (по десяти от каждого из королевств Империи и десяти из личной охраны Императора), которая сразу же схватила канцлера. Король, сойдя на берег, объявил, что тайным судом Совета Королей под председательством Императора канцлер за узурпацию власти и за покушения на жизнь сюзерена приговорен к смерти, а участь его семьи дано право решать королю. Канцлера обезглавили прямо в порту, и отряды иностранных воинов отправились по домам членов его семьи.

Тем временем наскоро собранный суд приговорил бывших королев к распятию, но король, ввиду того, что они некоторое время делили с ним ложе, милостиво заменил казнь на обезглавливание. Сыновья от бывших королев были признаны незаконными и было постановлено, ввиду их младенчества, отдать их на усыновление в другие королевства в семьи баронов. Тем самым Клингор оказался вторым по очереди наследником престола, а на самом деле первым, поскольку первый наследник был старый и бездетный принц Ансир. Как только приволакивали очередных мужчин из семьи канцлера, суд сразу же приговаривал их к смерти через обезглавливание. Король помиловал лишь младшего брата канцлера, которому уже было больше семидесяти лет и который, как запасной наследник, никогда не лез в политику (впрочем, его имущество тоже было конфисковано, но почтенному старцу выделили имение, чтобы он мог достойно кончить свои дни). Все женщины старше семи и моложе сорока лет были проданы в рабство, точно так же поступили с мальчиками от семи до четырнадцати лет. Дети, не достигшие указанного возраста, должны были быть отданы на усыновление в семьи незнатных дворян из других королевств. Женщинам старше сорока лет было выделено одно небольшое имение на всех. Тем самым из рода канцлера остались лишь две девушки-правнучки, отданные в школу гетер, но над ними король власти не имел. Все остальное имущество канцлера и членов его семьи было конфисковано, и король радовался пополнению казны.

Так за один день сменилась власть в королевстве.

На следующий день король созвал Совет Королевства и направил вождям рокоша, а также всем мятежным провинциям и городам послание, в котором объявлял полное прощение за рокош и за деяния в ходе военных действий, обещал справедливое и беспристрастное расследование всех дел, связанных с тем, что толкнуло на участие в мятеже, и возникших в ходе рокоша. Он приглашал делегатов от мятежных провинций и мятежных знатных персон занять места в Совете Королевства, который должен обсудить положение в стране после рокоша, гарантируя полный иммунитет и свободу на период проезда на Совет, участия в Совете и проезда обратно в свои владения.

Принц Клингор вел свой весьма амбициозно задуманный Северный поход, восстанавливая в правах владения принцев и знатных персон-рокошан, захватывая богатства, которых очень и очень сильно не хватало, и набирая новую армию. У него уже было не меньше чем три тысячи конников, с которыми он начинал, а более двадцати тысяч бойцов, хотя, конечно же, гораздо худшей выучки, вооружения и верности, чем его собственные элитные войска оставленные под Линьей. Он уже избавился от двух из четырех принцев, оставив их усмирять собственные лены. Словом, настроение у него улучшалось. К весне он был намерен вернуться к Линье и решить исход рокоша в последнем решающем сражении.

Но принца Клингора за короткое время подстерегали два неожиданных известия. Первое из них поразило его в самое сердце, а второе привело даже во временную растерянность.

Когда Клингор узнал о взятии Линьи, он изобразил бурную радость, демонстративно выпил несколько больших кубков вина и убежал к себе, где вцепился зубами в подушку, стал дико рычать и ругаться. Теперь принц Крангор тоже славен, Линья его, а не Клингора, и вряд ли он ее уступит кому-то. Принц предвидел, что Линья потребует восстановления старинных вольностей и изберет Крангора консулом. Но надо было радоваться успеху общего дела. Принц закатил большой пир, щедро наградил гонца и составил длинное и сердечное послание Крангору, в котором, в частности, ненавязчиво подтвердил свое руководство, приказав отпустить основное войско к Нотрану под командованием преданного Клингору генерала Бара Косъэтайя, а самому набрать войско в Линье и сосредоточиться на ее обороне и на контроле путей из Зоора. Теперь тем более надо было завершать поход по дуге, обойти Ломо с востока и как можно быстрее вернуться к Нотрану.

Вскоре вслед за этим прибыло торжественное посольство от самого короля, извещавшее о казни канцлера и всего его семейства, включая жен короля, о признании сыновей казненных жен незаконными и о предложении принцу Клингору немедленно явиться с войском на службу королю, а также для решения важнейших вопросов устройства королевства. Принц устроил в честь посольства большой прием и распорядился на неделю прекратить военные действия в знак доброй воли, пока он составляет поздравление и ответ.

Обдумав ситуацию, принц понял, что он допустил ту же ошибку, что и казненный канцлер. Он недооценил короля. Тот успешно прикидывался безвольной и равнодушной марионеткой, заботящейся лишь о собственных развлечениях, но в критический момент показал ох какие крепкие когти и зубы! Формально теперь нет никаких поводов продолжать рокош. Власть свалилась в руки человека, которого хоть и готовили с детства к власти, но опыта-то он не имеет… Сейчас все будут смотреть на короля как на мессию и ожидать от него чудес. А чудес ведь не будет! И принц принял решение: написать письмо с поздравлениями, объявить автоматически продлеваемое каждые десять дней перемирие и двинуться не спеша с войском к королю. Заодно он продумал еще несколько действий, которые его никак не компрометируют, но могут многое прояснить. Словом, нужно предоставить привилегию действовать и делать ошибки королю. А самому быть наготове, чтобы использовать любую сложившуюся ситуацию в полной мере. Самое главное сейчас — не ошибаться, а затем точно выбрать момент, предлог и способ возобновления активных действий.