Nobody103 - Мать Ученья. Часть первая

[Ты напрасно все усложняешь,] — ответила матриарх. — [Мы планируем засаду, а не генеральное сражение. Поскольку наш враг до сих пор игнорировал провокации — думаю, заставить его заглотить наживку — важнее, чем беспокоиться о последствиях. Как ты сам сказал, и как Зак убедился на собственном опыте — есть пределы тому, что может один маг. Как бы ни был хорош наш противник, ему не уйти живым из нашей западни.]

[Угу,] — с сомнением сказал Зориан. Он был далеко не так уверен в успехе, но и не имел других вариантов. Опять же, если план сорвется, возможно, она будет с ним более откровенной в следующем цикле. — [Значит, мы заручились поддержкой Зака?]

[Да, он поможет нам,] — подтвердила матриарх. — [Мне даже не пришлось предлагать плату. И он сам спросил список целей, чтобы он мог ослабить войска захватчиков до дня сражения. Очень искренний и открытый юноша. Не то что кое–кто со свирепствующей паранойей, должна заметить.]

Зориан сощурился, сжав в руке диск–передатчик. И что это было? Матриарх хочет сменить его на Зака? На кого–то более доверчивого, кем легче управлять?

Может, когда они разделаются с третьим путешественником, он, Зориан, станет следующей целью?

Решено. Чем бы ни окончилась их затея, он расскажет Заку о себе. У анонимности есть свои преимущества, но они меркнут перед той угрозой, что представляет собой эксклюзивный доступ матриарха аранеа к Заку. Это все может очень плохо кончиться.

[Ты замолчал,] — заметила матриарх. — [Ты ведь понимаешь, что я просто дразнила тебя?]

[Я думал,] — откликнулся Зориан, радуясь, что они общаются через передатчики, и она не может прочитать его мысли, пока он сам не пошлет их к ней. Это не было намеренной предосторожностью — скорее, результатом несовершенства схемы, но очень удачным результатом. — [Что насчет денег? Мои сбережения скоро истощатся, знаете ли.]

[К концу недели я смогу передать тебе около двадцати тысяч. Этого хватит?]

[Для ингредиентов — несомненно,] — подтвердил Зориан. — [А вот для найма специалистов… Не уверен. Услуги экспертов дороги, особенно при срочных и конфиденциальных заказах. Надеюсь, Каэл согласится помочь нам, иначе придется искать алхимика.]

[Оставляю это на тебя,] — сказала матриарх. — [Ты разбираешься в этом куда лучше.]

Повисло короткое молчание — Зориан и матриарх решали, что еще можно сказать.

[Послушай,] — внезапно начала матриарх. — [Ты знаешь, что аранеа иногда оставляют небольшие пакеты памяти в разумах своих самцов?]

Зориан моргнул. Что? При чем тут это вообще?

[Нет,] — поколебавшись, ответил Зориан. — [Не сказал бы, что знаю об этом.]

[Так вот, мы это делаем,] — сказала матриарх. — [Хороший способ передать тайное послание, если знаешь, как это делается. Если разбить пакет на маленькие фрагменты и аккуратно вписать в мозги целей, то без ключа практически невозможно не то что собрать пакет назад — а даже просто обнаружить его.]

[Зачем вы мне это рассказываете?] — спросил Зориан.

[Просто на всякий случай,] — пояснила матриарх. — [Самцы аранеа меньше самок и очень, очень трусливы. Как и другие животные, они боятся огня и громких звуков, а большинство заклятий прорицания, предназначенных искать аранеа, не воспринимают их как цель. Чаще всего, когда уничтожается Паутина аранеа, множество самцов выживает. Пакет воспоминаний в их разуме — хороший способ передать последнее послание.]

Зориан нахмурился. То есть матриарх признает, что все может окончиться катастрофой… Но зачем передавать послание столь запутанным путем?

[Почему просто не сказать мне?] — спросил он.

[Скорее всего, это пустые опасения,] — ответила матриарх. — [А ты и слишком много так беспокоишься. Это просто предосторожность на самый худший случай. Новизна передаст тебе ключ при следующей встрече.]

И, прежде чем Зориан успел что–то сказать, она оборвала связь.

— Очень по–взрослому, — пробурчал он, отбрасывая диск–передатчик на кровать рядом с собой. И все же, как бы она ни раздражала его, матриарх по сей день была крайне полезна. Наверное, стоит трактовать сомнения в ее пользу. Вдруг у нее и правда есть причины скрывать информацию.

Но вот ему самому тоже стоит со следующего цикла озаботиться предосторожностями. Просто на всякий случай.

Зориан ждал на вокзале Сиории. До приезда Каэла с дочерью еще нескоро, так что он коротал время, докучая заполонившим перрон голубям.

Воздействовать на животных даром психика оказалось на удивление и проще, и сложнее, чем на человеческий разум. Сложнее, потому что примитивные мысли труднее почувствовать и коснуться, и проще, потому что если психик сумел установить связь — то понять или подчинить себе содержимое птичьего мозга уже значительно легче.

Почувствовать голубя не так уж сложно — во всяком случае, в прямой видимости и полностью сосредоточившись на задаче — так что ничто не защищало птиц от экспериментов Зориана. Он просто сидел на скамье и методично касался своим разумом одного голубя за другим. Иногда он пытался только прочитать их неуклюжие мысли, не привлекая внимания птицы, иногда — перехватить контроль над чувствами или телом голубя. Ничего из перечисленного не получалось идеально, но делать было нечего, а некоторые успехи все–таки были. После где–то пятидесятого голубя он научился различать голодных, больных или ушибленных птиц. Ему удавалось заставить голубя споткнуться, замереть на секунду или в испуге улететь прочь.

К слову, последнее было совсем просто. Наверное, не стоит удивляться — ведь эффект практически совпадал с простейшим заклятьем «Отпугнуть животное», которое он освоил еще на втором курсе. Если подумать… заклятия разума, разработанные против животных, достать куда проще, чем заклятия против людей. Черт, да некоторые есть даже в свободном доступе в библиотеке академии. Пожалуй, стоит опробовать их в следующих циклах и сравнить действие со способностью психика.

Сейчас же он увлекся другой идеей — не управляя голубем напрямую, просто приглушить страх птицы и приманить, чтобы она сама подошла к нему. Да уж, это оказалось в разы сложнее, чем распугивать. Голуби и сами по себе готовы улететь прочь при малейшей угрозе, так что отпугнуть их легко, но вот подойти к странному типу, не дающему еду, но неподвижно смотрящему на них… Это шло вразрез со всеми инстинктами.

Потребовалось больше двадцати попыток, но он постепенно научился подводить голубей все ближе к себе. Наконец, на двадцать четвертой попытке ему попался голубь, достаточно смелый, чтобы пройти до конца. Он неторопливо подошел и, взлетев, опустился на скамейку рядом с Зорианом.