Маркус Хайц - Повелитель гномов

Раненый, споткнувшись, выругался на непонятном языке и попал под лучи солнца, так что его темно-синие глаза мгновенно превратились в две черные дыры.

Но это было не единственное изменение, происходившее с альвом на свету. На его бледном лице появились тонкие линии, кожа покрылась тонкими трещинами. Прижав руку к ране, порождение Тиона понеслось по переулку. Рюкзак подпрыгивал у него на спине.

— Я тебя догоню! — Боендал уже хотел пуститься в погоню, когда Тунгдил его остановил.

— Нет, оставь его. Вдруг он хочет заманить нас в ловушку.

— Но у него же рюкзак!

Отерев кровь с носа, Тунгдил гордо поднял руку с сигурдацией.

— Только это имеет значение. Полено я вернул.

— Как ты умудрился потерять рюкзак, книгочей? — удивленно спросил Боендал.

— Я тебе по дороге расскажу. — Он кивнул Гоимгару. — Не волнуйся. Эти два ворчуна тебе ничего не сделают.

— Но я и вправду сказал, чтобы они закрыли двери только после того, как вы войдете, — тихо сказал он.

— Ну и ладно, — пожал плечами Тунгдил, хотя и не был уверен, что ему стоит доверять словам ювелира.

Златорукий ему больше не верил и решил не оставлять Гоимгара одного до тех пор, пока тот не поймет истинной цели путешествия.

— Нужно сообщить стражникам о том, что в стенах Мифурдании творит свои бесчинства по крайней мере один альв, — сказал Боендал. — Он наверняка задумал предательство, которое облегчит оркам проникновение в город.

— И он знает, что мы здесь, — мрачно добавил Гоимгар. — Они теперь будут на нас охотиться?

— Они уже давно это делают, — честно ответил ему Тунгдил. — Но, к сожалению, сейчас они узнали, где мы. Мы должны как можно скорее проникнуть в тоннели. До тех пор пока альвам о них ничего неизвестно, там мы будем в безопасности.

Поспешно пробежав по улицам, гномы добрались до южных ворот, где Тунгдил рассказал стражнику о том, что видел в городе альва. Затем они отправились в таверну, где их должны были ждать Баврагор и Боиндил.

Подойдя к зданию, они услышали дикие крики Боиндила. Слышно было, как ломается дерево и громко кричат люди.

— Во имя Враккаса! Его нашли альвы! — ужаснулся Боендал, бросившись на помощь брату.

И тут, проломив ставни, на улицу из таверны вылетел человек. Не успел он упасть на брусчатку, как за ним последовал еще один, на этот раз сорвав с петель дверь. Отряхнувшись, упавший бросился бежать.

Трое гномов ринулись в таверну, где царил полный хаос. Все вокруг валялось в беспорядке, столы и лавки были перевернуты или сломаны. Завсегдатаи таверны были избиты.

В центре всего этого, будто карликовый бог мести, стоял Боиндил, выдирая какому-то человеку один клок бороды за другим. Баврагора в таверне не было.

— Что ты делаешь? — опешил его брат, ошеломленно осматривая окружавший его беспорядок. — Это все ты натворил?

Бешеный обернулся, и они увидели его всклокоченную бороду.

— Судите сами, — пробурчал он. — Они подожгли мою бороду. Так что пришлось им испытать крепость моих кулаков. — Захихикав, он выдрал у своей жертвы еще один клок волос. — Этот долговязый все и начал. Он подпалил мою бороду, а когда я решил его за это наказать, остальные пришли к нему на помощь. И правильно сделали. Стало гораздо веселее.

— Пожалуйста, скажите ему, что мне очень жаль. Пусть он меня отпустит, — взмолился несчастный. — Все это просто недоразумение. Я хотел протянуть ему лучину для трубки!

Схватив человека за уши, Боиндил взглянул на него своими мутными глазами.

— И что, ты никогда больше не попытаешься оскорбить гномью гордость, поджигая бороду? — выдохнул он.

— Никогда! — жалобно пробормотал лишившийся половины бороды завсегдатай таверны.

— Клянешься?

Он поклялся, и Боиндил его отпустил.

— Ну ладно. Вали отсюда, долговязый. — На прощанье гном выдрал у него еще один клок и пнул беднягу под зад.

Рассмеявшись, Боиндил плюхнулся за стол, схватил свою кружку и громко допил ее содержимое.

— Давненько я так не веселился. — Он рыгнул и тут увидел Гоимгара. — А, вот и наш неженка появился!

— Да он пьян в стельку, — прищурился его брат.

— Где Баврагор? — недовольно спросил Тунгдил. «Легче усмотреть за пригоршней блох». — Нам теперь еще и его искать?

— Этого? Нет, он сам придет. Одноглазый пошел покупать пони, чтобы наши сокровища…

— Боиндил! А ну-ка, молчи! — прикрикнул на брата Боендал и, отобрав у него пиво, оттащил от стола. — Что ты себе думаешь? Мы тут в окружении врагов, а ты ведешь себя так, будто это ты у нас каменотес!

— Вот как? Может быть, он тоже ходил на рынок, чтобы покупать пони?! — обиженно спросил Баврагор, показавшийся в дверном проеме. — В отличие от него, я делаю хоть что-то полезное, а не дерусь с долговязыми.

— А вот и одноглазый! — радостно заорал Боиндил и, выхватив у брата кружку из рук, сделал еще несколько глотков. — Вот так! Это пивко ты у меня не отнимешь! — Ухмыльнувшись, он рыгнул.

— Орки! — донеслось с улицы. Мимо таверны пробежал стражник. — Орки на улицах города! Все к оружию! Южные врата открыты! Спасите Мифурданию! Поспешите, граждане города! — Стражник увидел избитых посетителей таверны. — А что здесь…

— К оружию! — ликуя, воскликнул Боиндил. — У-и-и! У-и-и! У-и-и! Бежим, пора сражаться со свинорожими! — Сорвав с пояса топоры, он бросился к двери, но его брату удалось его остановить.

Пока Боендал успокаивал Боиндила, Тунгдил повернулся к Баврагору, пытаясь предотвратить очередную ссору.

— Прости его. Он не имел в виду ничего плохого.

— Он может иметь в виду все что угодно. И в чем-то он может быть даже прав, — спокойно возразил каменотес. — Снаружи нас ждут два пони, которых я купил по дешевке. Они нам пригодятся.

— Нужно поскорее убираться отсюда, — приказал Тунгдил, решивший рассказать о произошедшем в театре, как только они выберутся из города. «Вот только как?» — Альвы знают, где мы. Они начнут на нас охоту.

— И как же нам отсюда выбираться? — осведомился каменотес.

— Все в порядке, книгочей, — заявил Боендал. — Сейчас бой наверняка идет у ворот. Нам нужно найти боковой выход в крепостной стене. Выберемся за город, а дальше пробьемся. — Он посмотрел на своего внезапно успокоившегося брата, который прислонился к дверному косяку и уже начал похрапывать. — Хотя, учитывая сложившиеся обстоятельства, сделать это будет нелегко, — вздохнув, добавил он.

Гоимгар побледнел.

— Пробьемся? — повторил он.

Очевидно, он уже представлял себе град стрел, мечи, копья и штыки, хрюкавших орков, визжащих богглинов и невероятно тихих альвов, которые все гнались за ним одним.