Фиона Макинтош - Мост душ

— Королем, не забывай этого. — Аремис увидел на лице Кайлеха кривую улыбку. — А знаешь, тебе очень подходит этот образ.

Уил не испытывал гордости по поводу того, что только что убил человека.

— Я не думал, что придется совершать такое перевоплощение.

— И я не думал. Когда услышал твой крик, посчитал, что ты наступил на сломанную ногу.

Уил не удержался от смеха.

— Кайлех боролся со мной, и я не был уверен, что выиграю.

— Ты имеешь в виду внутри?

— Да, именно внутри. Столько злости. Не знаю, кого он видел. Может быть, настоящего Уила Тирска или Ромена. Но я видел его. Во время предыдущих перевоплощений все капитулировали сразу, от испуга, а Кайлех отчаянно сражался за свою жизнь. Но дар Миррен слишком силен.

— Жаль, что ему пришлось умереть. Кайлех обладал превосходными качествами. Большую часть времени он был отличным королем.

— Если бы не Рашлин, он мог стать величайшим королем своего времени, — согласился Уил.

— Сейчас нам придется позаботиться еще об одном короле, — напомнил Аремис.

— Бедная Илена. Мне так хотелось сохранить ей жизнь.

— Она бы гордилась тобой, Уил. Не думай об этом. Сейчас она наконец в мире с собой, а мы нет. Полагаю, мы направляемся в Перлис?

Уил покачал гордой головой Кайлеха.

— В Веррил. Мне необходимо увидеться с Валентиной прежде, чем она уедет к Селимусу в Стоунхарт.

— Ты не можешь предотвратить этот брак, — машинально предупредил его Аремис, понимая, что напрасно тратит время на уговоры.

— Знаю. Просто хочу ее видеть. Послушай, ты знаешь, куда мы идем?

— Знаю. Сейчас вверх по ступенькам, потом пересечем внутренний двор и дойдем до башни, в которой живет барши. А почему ты думаешь, что королева Бриавеля доброжелательно отнесется к визиту короля Скалистых гор?

— Хороший вопрос. Придумаю что-нибудь. Между прочим, здесь Нейв; я видел его, когда мы подъезжали к крепости.

— Значит, и мальчик где-то рядом? — Прежде чем Уил успел ответить, Аремис очень тихо добавил: — Не забывай узнавать своих людей, король Кайлех. — Он кивнул в сторону приближающейся группы воинов.

Уил с достоинством ответил на их приветствия, использовав выражение лица и жесты Кайлеха.

— Да, Финч скорее всего тоже здесь, хотя, клянусь своей жизнью, не понимаю зачем.

Больше людей — больше вежливых приветствий. А затем с ними поздоровался Ферл, тот парень, которому Аремис позволил победить себя в играх с мечами в первый свой визит в Горное Королевство.

— Приветствую вас, ваше величество… Фарроу, — едва дыша от волнения, сказал он и поклонился.

Уил кивнул ему в ответ.

— Как себя чувствует Мирт?

— Точно сказать не могу. Некому оказать ему помощь, Рашлина мы так и не нашли.

— Разве нельзя было позвать другого целителя?

— За ним послали минуту назад.

Уил быстро взбежал по ступенькам, оставив позади Ферла и Аремиса. Дверь охраняли люди Ролло, по, завидев короля, они сразу отошли в сторону. Уил вошел в комнату. Он ожидал самого худшего и удивился, увидев сидящего Мирта.

Первым заговорил Аремис:

— Надеюсь, Мирт, ты не просто так заставил нас бежать по этим чертовым ступенькам?

Его слова несколько разрядили обстановку, Ролло с Миртом усмехнулись, на лице Кайлеха появилось его обычное выражение, как всегда, когда что-то отвлекало его от мыслей. Уил понял, что ему все еще необходимо возвращать доверие Ролло и прояснить ситуацию с барши и его влиянием на короля.

Он решил немедленно заняться этим вопросом.

— Ролло, нам нужно поговорить.

Парень поднял руки вверх.

— То, что Фарроу до сих пор жив, говорит о многом. Простите меня за непочтительность, проявленную в разговоре с вами.

— Все уже забыто, но поговорим о том, что тебя беспокоит, — ответил Уил.

Подойдя к Мирту, он обратил внимание на собаку, лежавшую на полу рядом с телом Борка. Она тоже не подавала никаких признаков жизни, на боку виднелись многочисленные раны. Уил почему-то почувствовал головокружение и тошноту. И произошло это не от вида крови, он сразу ощутил, что животное находится под влиянием магии.

— С вами все в порядке, ваше величество? — спросил Аремис, заметив внезапное изменение в поведении короля.

— Это собака Рашлина? — спросил Уил, преодолевая сильный позыв к рвоте.

Аремис уже дал знак Мирту, что король теперь на их стороне и ему можно доверять. Воин не мог понять, что изменилось, но безоговорочно верил гренадинцу, и ему очень хотелось так же доверять и своему королю. Он взглянул на Аремиса, затем кивнул Ролло, тут же прикрывшему дверь.

— Лучше пока все это сохранить между нами, ваше величество.

Уил нахмурился.

— Говори, — сказал он, отходя от животного и располагаясь ближе к открытому окну, чтобы иметь возможность вдохнуть свежего воздуха.

— Если верить барши, собака — это… — Мирт помедлил, смутившись, и снова посмотрел на Аремиса. Наемник только сейчас ощутил запах магии. Не потребовалось даже прикасаться к животному, он чувствовал этот запах на расстоянии; не такой сильный, как от Галапека, но все же. Можно себе представить, каково сейчас Уилу, подумал Фарроу.

Король, проследивший взгляд Мирта, почувствовал неловкость.

— Говори, Мирт.

— Да, ваше величество. Ну… Рашлин хвастался, что это животное и есть моргравийский узник. Он использовал магию, чтобы превратить его в собаку.

Лицо короля внезапно превратилось в маску ярости.

— Что он сделал?

Аремис толкнул его в бок.

— Осторожнее, Уил, — пробормотал он. — Ты хочешь сказать, как и Лотрина? — громко спросил гренадинец, уже зная правду, потому что посмотрел на Мирта, и тот кивком подтвердил его догадку.

Аремис решил, что пора несколько поубавить у воинов сомнений насчет короля. Они явно испытывали тревогу в его присутствии, кстати, не без оснований.

— Мы можем говорить свободно, — сказал он им. — Король признал, что находился под влиянием Рашлина, и тот, воздействуя на него магией, заставлял его соглашаться с вещами, которые в других обстоятельствах никогда бы не одобрил. Но мы пришли к выводу, что чары действуют, только если барши находится рядом с королем, иначе его величество всегда бы находился под его влиянием, а сейчас мы видим, что это не так. Рашлин будет казнен, когда и если мы его найдем.

Он посмотрел прямо в глаза Ролло.

— С помощью колдовских чар Рашлин получил у короля разрешение… превратить Лотрина, — сказал он осторожно. — Это была идея Рашлина, не короля. Он никогда бы не согласился на нечто столь ужасное, идущее вразрез с нашими законами.