Мэри Джентл - Древний свет

— Патри…

— Даннор бел-Курик был не без друзей, — сказал Патри, ведя, нас по следующему ряду хирузетовых ступеней. Воздух стал прохладнее. Серо-голубые стены испускали свечение, замечаемое лишь периферийным зрением. Ни Патри, ни стражники не спотыкались так, как мы с Кори, а когда он повернул ко мне лицо, его темные глаза не были прикрыты перепонками и казались бездонными.

Мы все шли и шли вниз по ступеням, кромки которых были столь остры, будто их лишь недавно вырубили, хотя эти лестницы были ровесниками Империи; через помещения со стенами, покрытыми барельефами, где в каком-нибудь изгибе или углу мелькали какие-то вспышки света. Воздух казался наполненным кружащимися в водовороте зернистыми частицами, он был насыщен запахом гари и невидимого гниения. От напряжения я тяжело дышала, сердце колотилось, мышцы дрожали.

Последний ряд ступеней закончился входом в обширное помещение с низким потолком. Я ступила на хирузетовый пол. Свет был тусклым. Случайно я взглянула налево. Возле стены лежал обитатель Харантиша со светлой гривой, уткнувшись лицом в согнутую руку. Черное пятно на полу не было тенью. Я сделала шаг в ту сторону, но остановилась: иллюзию движения тела создавали ползавшие по голой спине похожие на жуков насекомые. Они шуршали.

— Линн, — сказала Кори.

Я отвернулась. Ее лицо с резкими чертами было спокойным. «Ты привыкла к такому, — подумала я и добавила про себя: — Я видела подобное раньше. Да. И так и не смогла к этому привыкнуть».

В приступе чего-то между черным юмором и истерией, я поймала Патри за черно-золотой рукав мантии.

— Так сколько же друзей было у Даннора бел-Курика?

— Так много, что лучше бы их было меньше, — ответил Патри Шанатару. — Думаю, что в действительности некоторые из них сами того не знали.

Кори поднесла к губам свой наручный коммуникатор. В тишине я услышала, как отвечает Джэмисон, а через секунду ответ с орбитальной станции. Еще один человеческий голос в этом склепе подействовал на меня успокаивающе.

— Патри, Калил разрешила?

Он ответил:

— Сейчас вы увидите Повелительницу-в-Изгнании, шан'тай .

Мы продолжали идти. По сторонам от нас двигались двое стражников в коричневых доспехах. В сводчатом конце помещения стал заметен более яркий свет, желтое свечение обрисовывало контуры изгибов и закруглений хирузета . Громко звучали наши шаги, но босые ноги Патри ступали бесшумно.

— Останьтесь здесь, — приказал он стражникам возле арки. Я увидела, как те обменялись взглядами, в которых читалось облегчение. Затем мы вошли под арку, и я поняла: здесь мы виделись с Даннор бел-Куриком. Это низкое, обширное помещение, ниши по обе стороны, до сих пор заваленные сором тысячелетий… Мы спустились по узкому центральному проходу между горами этих остатков к огням и теснившимся группами обитателям. Свет свечей на огромных железных подставках отражался от артефактов из хирузета , от металлических поясов на мерцавших красных, голубых и изумрудно-зеленых мантиях, от металлических гребней в незаплетенных белых гривах. При нашем приближении к нам стали оборачиваться. Одна молодая обитательница Харантиша засмеялась, но замолчала, когда пожилая женщина коснулась ее руки; перешептывались трое мужчин в черных мантиях. Я смотрела на их лица с узкими подбородками, в их карие или черные глаза без белков, на выкрашенные в белый цвет гривы и видела, чему они подражали…

На террасе, выходящей к Шести Озерам, стройные тела в мантиях из металлической сетки, они, которые ходят как танцоры, с белыми незаплетенными гривами на ветру.

…но это Кель Харантиш, а не Архонис. Кель Харантиш, жесткий и покрытый белой оболочкой, но обнаруживающий внутри все нежные цвета разложения.

— Чем раньше мы вызволим отсюда Представителя, тем лучше, — вполголоса сказала Кори. — Медицинская помощь здесь на примитивном уровне и… — Ее голос затих.

Патри с высоко поднятой головой провел нас между возвышающимися подставками для свечей, толстых от застывшего воска, между собравшимися ортеанцами из Харантиша, на свободную часть пола между толпой и сводчатым окончанием помещения. Я почувствовала, что ботинки стали прилипать, быстро взглянула вниз, увидела, что хирузетовый пол был покрыт чем-то черным… и какое-то мгновение не видела ничего иного. Свет свечей уступил место светло-голубому и сиреневому свету. То было свечение сферических огней.

— Приветствую вас, — приглушенно сказал голос; говорили с набитым ртом. Я шагнула вперед. На хирузетовом полу влажно чернели пятна крови. Мой взгляд переместился по жидкости туда, откуда она все еще медленно текла…

В холодном свете белела куча округлых предметов, высотой мне по пояс. Две другие кучи лежали вблизи возвышения и резного трона из хирузета , на котором, как я теперь смутно заметила, кто-то сидел. Белые предметы были яйцеобразной формы и забрызганы черным. Затем я увидела узкие щелки раскосых глазниц, зубы в сломанных челюстных костях, не свойственные земному человеку швы между черепными костями, неземные черепа. Останки передо мной были старыми, иссохшими до желтизны, и потому…

Я задержала взгляд на одном уровне, не желая смотреть (я не могла) на другие кучи останков, отдавая себе отчет в том, что они не были древними…

— Приветствую вас, — повторил голос. Ко мне что-то полетело. Я отступила в сторону. Огрызок плода арниака ударился о хирузетовый пол и подкатился к краю груды останков. Я подняла голову.

Она жевала, откинувшись на спинку резного трона из хирузета , и отхлебывала небольшими глотками вино дел'ри из резного бокала. На узком лице играла ухмылка. Белая грива была грубо заплетена, а ноги босы и грязны. Короткая белая мантия запачкана на груди пролитым вином из дел'ри . Тонкие медные цепочки, опоясывавшие талию, — зелены от ярь-медянки. В пустом воздухе над этим троном висели сферические огни, лившие свет цвета сирени и молнии.

Она встала, сошла с трона и, идя ко мне, пинками отшвыривала в сторону фрагменты останков. Ее желтые глаза излучали лучезарное веселье. Она вытерла запачканные арниаком руки о подол мантии. «Дитя, — подумала я, — маленькое и грязное, блестящее и дурное. Калил бел-Риоч. Калил бел-Даннор» . Затем ее глаза встретились с моими, и я увидела, что то была женщина, Золотая Женщина: Повелительница-в-Изгнании.

Патри Шанатару шагнул между мной и Кори.

— Я сказал им, что шан'тай Рэйчел была здесь и пострадала…

Ее рука хлестнула его один раз, ожесточенно и быстро. Звук удара отдался эхом в помещении с низким потолком. Голова Патри откинулась назад, затем он коснулся рта и посмотрел на темную кровь на пальцах. В толпе позади нас кто-то засмеялся. Я быстро оглянулась. Даже в этом тусклом свете я смогла увидеть растущее с каждой минутой множество обитателей Харантиша.