Александр Тув - Ходок VIIl

Кстати говоря, многие ошибочно полагают работниками гужевого транспорта кучеров, возниц и прочий персонал, подвизающийся на козлах. А это в корне неправильно. Все они являются менеджерами гужевого транспорта, потому что они управляют истинными работниками этого вида транспорта: лошадками, мулами, осликами, оленями, слонами, волами и прочим четвероногим рабочим классом.

– Ну, что делать будем? – нарушил молчание Шэф.

– В смысле – где жару будем пережидать? – уточнил, на всякий случай, Денис.

– Нет. В глобальном смысле.

– Валить надо из Бакара… – с ощутимым сожалением, выговорил Денис.

– Почему?

– Ну-у… у меня такое ощущение, что мы бросили камень в болото. Круги пошли по зеркалам чистой воды, ряска заволновалась, газовые пузыри начали со дна подниматься и лопаться на поверхности, птицы смолкли…

– Дэн, – ухмыльнулся командор, – из тебя получится настоящий писатель. Уйдешь на пенсию – садись за мемуары.

– С чего это ты решил? – насторожился старший помощник. Он хорошо знал своего начальника и испытывал большие сомнения в искренности его комплимента.

– Да видишь ли в чем дело, – начал с серьезной миной объяснять главком, – я, когда читаю классиков, Тургенева там, Бунина, Пришвина, когда дохожу до описаний природы, меня в сон начинает клонить. – Он ехидно посмотрел на старшего помощника. – И представляешь, как ты начал про болото – чувствую засыпаю! Так что – ты будущий классик! – резюмировал главком. – Дерзай!

– Тьфу на тебя, – беззлобно огрызнулся Денис. – А ты сам не чувствуешь?

– Чувствую, конечно – был вынужден признаться Шэф, после чего ненадолго задумался и снова заговорил: – Но, «валить» – это стратегический план, а меня интересует его пошаговая реализация, тактические, так сказать, шаги. С чего начнем? – поставил вопрос ребром верховный главнокомандующий.

Теперь призадумался Денис и думал довольно долго – примерно минуту. Конечно же, эта минута пошла не на тактическое планирование. О том, кто виноват и что делать, Денис задумывался довольно часто и определенные наметки у него были. Эта минута ушла на упорядочивание домашних заготовок и придания им более-менее литературной формы.

– Думаю, что начинать надо с продажи «Арлекина», – осторожно начал старший помощник.

– Думаешь с собой денежки прихватить в Высокий Престол?

– Шэф, – хмыкнул Денис, – ты часом не в курсе, есть у них в столице… – тут он запнулся. – Кстати, как она называется?

– Паранг.

– Тем более. Так вот, есть там отделение Банка Гильдии Магов? – Командор в ответ только пожал плечами. – Хорошо… Допустим, что есть и что туда являются два человека… или один – неважно, и начинают менять бакарские векселя. Может есть лучший способ привлечь внимание всех спецслужб, но я его не знаю. Согласен?

– Да.

– Следовательно, есть там банк, или нет, но золото мы потащим на горбу и не в виде векселей, а полноценной звонкой монетой. Как говорится: плачу наличными! – Верховный главнокомандующий бросил на старшего помощника одобрительный взгляд. Пока все его рассуждения совпадали с собственными мыслями главкома. – Идем дальше – престольский эмар немного тяжелее нашего риала…

– Нашего? – ухмыльнулся главком.

– Не придирайся. Так вот, с собой брать придется эмары, чтобы сразу не спалиться с риалами. Ферштейн?

– Ферштейн-ферштейн, – проворчал Шэф.

– Тогда давай считать. Риал весит примерно…

– Девять граммов, – пришел на помощь командор.

– Отлично! – обрадовался Денис и тут же с подозрением уставился на любимого руководителя: – А откуда ты знаешь!? – Главком, в ответ, завел привычную песню акына: «Долго живу… много видел… много знаю…», поэтому старший помощник решил не заморачиваться и продолжил: – Для простоты будем считать, что эмар весит десять граммов. Из этого следует что? – задал Денис риторический вопрос. – Из этого следует, что тысяча эмаров весит десять килограммов!

– И что? – прикинулся валенком мудрый руководитель.

– И то, что все золото придется тащить на горбе, а я и так еле рюкзак поднимаю!

– Ты – немощный лентяй! – вынес свой вердикт верховный главнокомандующий, и уточнил: – Доходяга.

Денису сильно захотелось послать любимого руководителя с его подколками куда подальше, но мудрость и благоразумие взяли верх – а вдруг командор не шутит? Шэфу ничего не стоило резко интенсифицировать тяжелоатлетическую подготовку личного состава, а в планы старшего помощника это никак не входило. К поднятию тяжестей, как виду спорта Денис относился скептически. Он считал, справедливо, или нет – это другой вопрос, что кроме преждевременного износа сердечно-сосудистой системы никакой другой «пользы» от занятий тяжелой атлетикой нет. Поэтому он не стал углубляться в такую деликатную проблему, как свое трудолюбие и физическая подготовка, а перевел разговор в практическую плоскость:

– Даже если мы удвоим нагрузку и взвалим на себя по пятьдесят лишних килограммов, то это будет всего по пять тысяч золотых на брата. Согласен?

– А как же.

– Из этого следует что? – Денис вопросительно уставился на главкома, но командор сделал вид, что вопрос адресован не ему и Денис ответил сам: – Из этого с неизбежностью следует, что продавать «Арлекин» надо вовсе не из-за денег. Нам столько не унести.

– А из-за чего?

– А из-за того, что мы больно сильно нашумели. Излишне даже… И надо, чтобы про Северных Лордов немножко позабыли, а пока «Арлекин» будет торчать у причала, как «Аврора» на Петроградской набережной, про нас вряд ли забудут. Я так полагаю.

– Правильно полагаешь, – согласился главком. – Надо навестить Алхана в «Ржавом якоре».

– Прямо сейчас?

– А чего тянуть?

– Давай. Заодно и перекусим. Не знаю, как ты, а я уже проголодался.

– Ну, ты и проглот! – сокрушенно покачал головой командор. – Такой маленький, а столько трескаешь.

– Да не больше тебя, – нагло ухмыльнулся Денис. В ответ Шэф только сокрушенно покачал головой, как бы скорбя о падении нравов среди современной молодежи.

– Сделаем так, – главком заговорил серьезно. – Я сейчас прыгну на Королевскую Горку – она сейчас покажется из-за домов, а оттуда по-быстрому доберусь до «Ржавого якоря», а ты поезжай куда-нибудь поешь. Потом встретимся.

– А чего не вместе? Не хочешь время терять?

– И это тоже, – согласился Шэф, – но главное в другом. Ничего не чувствуешь?

– В смысле слежки?

– Да.

Дэн прислушался к своим ощущениям. Что-то неопределенное, на уровне фона, вроде бы присутствовало, но мелиферы молчали, как коммунисты на допросе. Короче говоря – ничего конкретного.