Amberit - Под тенью темной луны (СИ)

- Karradarn darrast! - Мы втроем идем вперед, и наши заклятия сливаются воедино, вычищая путь перед нами. Зомби расплываются в неаппетитную жижу без стонов и крика. А как, скажите на милость, может стонать тот, у кого нет ни голосовых связок, ни горла? На их лицах – там, где еще существует хоть какое-то лицо – нет ни удивления, ни злобы, ни вообще каких-либо эмоций – только тупое покорство. Их подняло из могил – они встали, инстинкт погнал их за едой – они пошли, приказали умереть – они покорно умерли. И я очень надеялась, что мне не придется встретиться с зомби, которые встали не из-за побочного воздействия силы, а подняли специально, вложив в них необходимость следовать какой-нибудь цели. Таких мертвецов не упокоишь простым заклятием, они будут сопротивляться до конца.

- Karradarn darrast! Гхыр, надо будет написать завещание, чтобы после смерти мое тело предали огню, а не земле! - сообщила я идущему рядом Лежеку.

- Что, не хочешь стать такими, как эти? – понял он мою мысль. – А зря. Посмотри вот на эту девицу. Ты бы тоже неплохо смотрелась.

Я скривилась. Указанная девица, в настоящий момент простирающая руки к моему сокурснику, при жизни была красавицей. Об этом говорили и длинная, толщиной в мое предплечье, коса, и пышная грудь, кокетливо выглядывающая из полуистлевшего сарафана, и длинные ноги. Только вот сейчас, на мой вкус, ей не хватало нескольких фунтов плоти на костлявых конечностях, готовых прижать к себе Лежека и слиться с ним в страстном объятии. Скорее всего, последнем.

- Karradarn darrast! – Заклинание покончило с посмертным существованием и девицы, и еще нескольких ее соплеменников.

- А, похоже, все, - расстроенно сказал Терен. – А жаль. Я бы с удовольствием еще поколдовал.

- Успеешь... – Я устало махнула рукой и прислонилась к дереву, обозревая окрестности. Парень, похоже, был прав. Мы дошли до ограды небольшого кладбища, сейчас представлявшего собой странное зрелище – его словно вскопала армия трудолюбивых кротов, перемешав снег с прелой листвой и комьями земли. Я внутренне подивилась – это же какое надо было иметь желание вылезти, чтобы прокопать голыми, можно сказать, когтями, пару локтей промерзшей почвы?

И здесь, кроме нас, никого не было. Никто не тащился, приволакивая не слушающиеся ноги, никто не вытягивал шею, покрытую гниющей плотью, никто не скалил в приветственной ухмылке остатки зубов.

- Все? – Я посмотрела на братьев. – Тогда предлагаю возвращаться. Ален что-то там говорил про Вийск и Школу… А где он, кстати?

Ребята переглянулись.

- А его не было с нами, - пришел к выводу Терен и, чуть подумав, ликующе добавил. - Лежек, слушай, мы вдвоем упокоили целое кладбище!

- Ну, не вдвоем, а втроем, - поправил его брат. – И кладбище, прямо скажем, было небольшим.

- Все равно! - Терен не желал снижать степень своей радости.

Ален ждал нас на том же месте, где я видела его в последний раз.

- Поздравляю, - встретил он нас. – Можете записать в ваш послужной список упокоение вставшего кладбища.

«Видишь?!» - читалось во взгляде Терена, брошенного на Лежека. Его брат никак не отреагировал, вместо этого задав вопрос, который интересовал и меня.

- Ален, а если мы кого-то упустили? Что тогда будет?

- Не думаю, - равнодушно ответил Магистр. – У поднятых мертвецов в голове один инстинкт – идти туда, где живые. А здесь живых, кроме нас, нет. Так что не думаю, что кто-то удалился в сторону.

Лежек кивнул.

- Тогда нам, наверное, пора?

- Да. Здесь нам больше делать нечего. – Ален обвел взглядом сгоревший хутор, замерзшие лужицы, оставшиеся от зомби, и холодно усмехнулся. – Здесь мы уже сделали все, что могли.

Я поежилась. Мне не очень нравился такой вариант Магистра – жесткий, неулыбающийся, циничный, хотя и в нем была некая привлекательность. Князь Ариэн одд Шаэннар. Но меня больше бы устроил ласковый, нежный и шепчущий на ухо слова мелодичного языка Ален. Ладно, подожду, не вечно же он будет таким…

Я молча подошла к куче сумок, вытащила свою, забросила ее на спину Мышке и, поморщившись от боли в ноге, села сама. Остальные тоже не стали задерживаться, и вскоре мы уже ехали по лесной дороге. Парни не отъехали, по своему обыкновению, вперед, а держались рядом с нами, выясняя непонятные им подробности.

- Так откуда появились эти твари в доме?

- Там был еще один подпол, - мрачно ответил Ален. – Я не догадался проверить все. Но, с другой стороны, кто бы мог подумать, что хозяева сделают себе еще один? Причем в комнате. И на гхыра им это сдалось?

- Теперь, видимо, мы не узнаем, - глубокомысленно произнес Терен. – И спросить не у кого… Тел ведь тоже уже нет, правда?

- Да. Слайны обволакивают своих жертв и поглощают без остатка, с кожей, костями и одеждой, поскольку она сделана из натуральных материалов. Не уверен, но вроде бы и металлы они тоже могут поглотить.

- Могут, - вздохнул Терен. – Мой меч сожрали, гады.

- Это как? – заинтересовалась я.

- Я рубанул эту… амебу, когда она на Лежека кинулась. Так мало того, что из одной получилось две, так слайн, прежде чем разделиться пополам, успел лезвие растворить…

Я поспешно достала из ножен свой меч. Насколько помню, с ним ничего не случилось, но проверить лишний раз не помешает.

На клинке, блеснувшем в тусклом зимнем солнечном свете, не было заметно и следа воздействия слайна. Гравировка не светилась – нежить поблизости не бродила. И на том спасибо. Не знаю, выдержала ли бы я еще одну драку. Дело даже не в том, что энергия, полученная от огня, практически исчерпалась – ее можно и возобновить. Я устала, и физически, и морально. И пострадавшая нога начала ныть, похоже, действие зелья заканчивается...

- А твой меч слайны не тронули бы, - ответил на мой незаданный вопрос Ален. – В состав сплава, из которого он сделан, входит серебро. И магия, использованная при гравировке, не способствует хорошему аппетиту амебы.

- Ален, мне вот еще что непонятно, - проговорил Лежек. Я заметила, что он старается беречь обожженную руку. – Откуда взялось такое количество слайнов? Их же было не меньше полусотни?

- Я не очень большой специалист по слайнам, - признался Ален. – Вообще считалось, что они вымерли лет этак триста назад. Но в горах, точнее, в пещерах и рудных тоннелях, и сейчас живут их сородичи - оуззы. Они мгновенно регенерируют при разрубании на части, причем из каждого куска возникает взрослая особь.

- Ну и что? – хмыкнул Терен. – Люди же не полные лабарры, чтобы не понять этого и продолжать резать тварей на кусочки, увеличивая тем самым концентрацию амеб на квадратный аршин.

- Думаю, что нет, - пожал плечами Ален. – Но оуззы, пожрав определенное количество пищи, делятся самостоятельно. Похоже, для слайнов это тоже справедливо.