Майкл Салливан - Персепливкис

— Если бы не ты, Эмери умер бы на площади.

— А Гилфред? — резко спросила принцесса.

— Гилфред сделал собственный выбор, как и ты. Я уверен, он понимал, что рискует. Ты ни в чем не виновата.

— И все равно я чувствую, что на мне лежит проклятие, словно я не могу быть счастлива в любви.

Адриан ждал продолжения исповеди. Они просидели в молчании несколько минут, но Ариста так ничего и не сказала. Адриан увидел, что она закрыла глаза, и сделал еще один глубокий вдох. Все оказалось еще труднее, чем он ожидал.

— Но главная причина, по которой я ей ничего не говорил, — продолжил он, и его голос прозвучал как-то странно, — если уж быть честным с собой, состоит в том, что мне страшно.

Она повернула голову и искоса посмотрела на него.

— Страшно? Тебе? Правда?

— Наверное, я боялся, что она посмеется надо мной. Или того хуже, разозлится и возненавидит меня. А ее ненависть я бы не перенес, просто не смог бы с этим жить. Понимаешь, я очень сильно ее люблю и предпочел бы утонуть или быть четвертованным, чем принять ее ненависть.

Он увидел, как поникли плечи Аристы. Она посмотрела ему в глаза и сурово поджала губы.

— Похоже, ей повезло. Как жаль, что ее нет с нами. Сейчас тебе было бы нечего терять. Возможно, у тебя хватило бы мужества рассказать ей о своей любви, ведь страдать пришлось бы совсем недолго.

Адриан улыбнулся и кивнул. Ариста поджала губы и выпрямилась.

— А я ее знаю?

Она напряглась, словно ожидала удара.

Адриан тяжело вздохнул.

— Значит, знаю? — спросила она. — Иначе ты бы уже назвал имя. Ну давай, расскажи мне, ведь сейчас уже нет смысла хранить тайну.

— Ты права, — сказал он. — Именно по этой причине я и задумался. — Адриан замолчал, посмотрел ей в глаза и решил, что они похожи на озеро, в которое он собрался броситься, не зная, насколько холодна в нем вода. Он приготовился к шоку. — Единственное, о чем я сожалел всю жизнь, еще не поздно изменить.

Ариста прищурилась, слегка склонила голову набок, как собака, услышавшая странный звук.

— Но как ты собираешься… — Она не договорила.

Ариста стиснула зубы и молча смотрела на него, превратившись в статую. Адриану даже показалось, что она перестала дышать.

Потом у нее задрожала нижняя губа, за ней шея, плечи и все тело. Из глаз потекли слезы. Она все еще молчала и не шевелилась, но ее плащ стал ярко-пурпурным, озарив их своим сиянием. И что это значит?

— Ариста? — испуганно прошептал он.

Ее лицо все еще походило на маску. Страх? Шок? Отвращение? Что это?

Он должен был немедленно понять, что означает ослепительное сияние плаща, ведь он только что прыгнул с утеса, и дна все еще не было видно.

— Ты огорчена? — спросил он. — Пожалуйста, прости меня. Я не хочу умирать, зная, что ты меня ненавидишь. Именно по этой причине я никогда ничего не говорил. Я боялся, что…

Ариста положила ему палец на губы, заставив замолчать.

— Чш-ш-ш, — прошептала она, продолжая плакать и не сводя глаз с его лица.

Потом взяла его руки в свои.

— Я не испытываю к тебе ненависти, — прошептала она. — Просто я…

Она замолчала и прикусила губу.

— Что? — в отчаянии спросил Адриан.

Широко раскрыв глаза, он пытался уловить хоть какую-то подсказку в ее лице. Он не сомневался, что она специально его мучает.

— Мои слова прозвучат глупо, — сказала Ариста и едва заметно покачала головой.

— Мне все равно, скажи вслух!

— Я… Никогда в жизни я не была так счастлива, как сейчас…

Она тихонько рассмеялась. Теперь пришел черед Адриана молча смотреть на Аристу. Он утонул в ее глазах, но понял, что снова обрел способность дышать.

— Если бы ты знал, что я… Как сильно я надеялась. — Она наклонила голову, и волосы закрыли ее лицо. — Никогда не думала, что для тебя я больше, чем работа. — Она подняла голову и всхлипнула. — И то, как вы с Ройсом говорили про аристократию…

Адриан понял, что его сердце снова бьется. Оно стучало в груди, рубашка пропиталась потом, несмотря на холод, царивший в склепе, руки дрожали.

— Мы здесь умрем, — сказала ему Ариста и неожиданно рассмеялась. — Но теперь мне все равно. Никогда не думала, что могу быть такой счастливой.

Адриан облегченно рассмеялся в ответ. Его охватила неимоверная радость, которая пьянила сильнее, чем вино. Он словно захмелел, у него кружилась голова, и он почувствовал необычайный прилив сил.

— Знаешь, что я чувствую? — прошептала она и смущенно засмеялась.

— Что? — спросил Адриан, вытирая ей слезы.

— Такое ощущение, словно я больше не замурована заживо в гробнице. Как будто вернулась домой.

— Впервые после долгого отсутствия, — добавил он.

— Да, — ответила Ариста, и слезы снова хлынули из ее глаз.

Он протянул к ней руки, и Ариста прижалась к его груди. Она показалась ему совсем маленькой. Он всегда считал ее сильной и представить не мог, что она окажется такой изящной и хрупкой. Сейчас он мог бы умереть. Адриан снова прислонился к камню, наслаждаясь тем, как в такт его дыханию поднимается и опускается голова Аристы у него на груди. И тут они услышали, что скала начала рушиться…

Когда Адриан и принцесса в ее сияющем плаще присоединились к остальным участникам миссии, все они сгрудились вокруг Аристы. Пурпурный свет сменился белым, озарив бледные призрачные лица. Снова послышался оглушительный грохот и скрежет.

— Что происходит? — спросил Адриан.

Шум доносился со стороны Склепа дней и эхом отражался от стен подземелья.

— Я не знаю. Может быть, гоблины пытаются пробиться к нам сквозь толщу скал? — предположил Мовин.

Потом он посмотрел на Аристу и прищурился:

— С тобой все в порядке?

— Со мной? — с улыбкой ответила Ариста. — Да, у меня все замечательно.

Мовин слегка удивился, но пожал плечами.

— Может быть, нам стоит построить баррикаду?

— Какой в этом смысл? — удивился Адриан. — Если они способны разобрать завалы, то несколько золотых стульев их не остановят.

— Так что же мы будем делать? — спросил Гонт.

Адриан огляделся по сторонам.

— А где Ройс?

В круге света, который испускал плащ Аристы, стояли Майрон, Магнус, Гонт, Мовин, Ариста и Адриан. Не хватало только Ройса. Адриан уловил какой-то звук и направился в его сторону. Остальные последовали за ним. Когда все добрались до Склепа дней, он немного сбавил шаг, и они вместе с Аристой вошел в соседнее помещение.

— Где он? — спросил Адриан, обращаясь ко всем сразу.

— О чем ты? — спросил Мовин.

— Чудовище покинуло свой угол.