Катарина Керр - Дни знамений

– Хорошо, серебряный кинжал. Мы будем ждать твоего сигнала.

Родри спешился, передал поводья Ираэну и уверенно зашагал вниз по склону. Вскоре он вышел к ручью и увидел Джилл, уже в человеческом облике. Она была босиком, но одетая – в штаны и тонкую серую тунику, какие носят в Бардеке. Позади нее на траве лежала пустая сумка. Стоя на коленях, чародейка черпала родниковую воду ладонями и медленно пила. Родри показалось, что Джилл стала еще тоньше и прозрачнее, чем раньше.

– Тебе холодно?

– Сейчас нет. – Она отряхнула ладони, и встала. – Но будь уверен, ночью я потребую твое одеяло. Понимаешь, соколу много не поднять.

– Верю. – Несмотря на все годы, прожитые бок о бок с магией, Родри все еще не постиг, как может Джилл так легко относиться к своим превращениям. – Я так понимаю, мы на верном пути?

– Точно. Разбойники рядом. Думаю, отряд может расположиться возле ручья и дать лошадям передохнуть, а потом уже – атаковать. Конечно, бандиты выставили стражу, но лучники Дара смогут их убрать без лишнего шума.

– Да уж, это правда. – Родри рассмеялся. – Я сейчас схожу за остальными, а потом мы перемолвимся с гвербретом.

– Хорошо, и скажи Кадмару, чтобы никто не разжигал костры. Дым нас выдаст быстрее всего. Ладно, разбивайте лагерь, я скоро вернусь.

Похлопав его по плечу, она скрылась за деревьями, и даже его эльфийские глаза не смогли определить, куда она подевалась. «Магия», подумал он, возвращаясь к отряду.

Выяснилось, что разбойники стоят лагерем в пяти милях от холма. На закате, когда Джилл вернулась, она провела Родри и гвербрета вниз по течению ручья, до места, где ручей водопадом стекал с обрыва и впадал в речку, протекавшую ниже.

Тщательно вглядываясь сквозь деревья, они увидели, как река, будто серая лента, вьется по зеленой равнине и скрывается за горизонтом. Далеко на западе поднималась дымка, словно подожженная заходящим солнцем.

– Вон там! – крикнул Родри, показывая вдаль. – Дым от костров! Прямо за изгибом реки, на западе, ваша милость.

– Клянусь богами, в твоих жилах течет эльфийская кровь, серебряный кинжал! – Кадмар прикрыл ладонью глаза. – Ничего такого я не вижу, но поверю тебе на слово.

– Я уже провела разведку, ваша милость, – сказала Джилл. – Около пятидесяти человек, стоят на реке, наглые донельзя. Лагерь самый настоящий, с палатками, и даже есть несколько телег – видимо, для добычи.

Кадмар выругался.

– Ничего, скоро мы их немного укоротим. Что с пленниками?

– Они крепко связаны и прикованы друг к другу. Их держат между лагерем и телегами.

– Думаю, мы нападем на рассвете. Ехать ночью будет трудно, но если мы атакуем утром, мы сметем их как крыс – кем они и являются, на самом деле.

Джилл взяла у Родри одеяло и еду, но отказалась идти с ним в лагерь. Отведя гвербрета обратно к лорду Гвинарду, Родри начал искать Ираэна. Нашел он его рядом с лордом Матиком, на краю лагеря. Лорд рассказывал Ираэну длинную историю о родословной своего коня. Было видно, что он изо всех сил старается сократить рассказ, но Ираэн продолжал задавать невинные простодушные вопросы, и Матику приходилось отвечать на них. Наконец, когда солнце совсем закатилось, и на лагерь спустились сумерки, Ираэн поблагодарил его светлость и позволил ему, наконец, сбежать. Родри, давясь от смеха, подождал, пока Матик не скроется на противоположном конце лагеря, и лишь тогда подошел к Ираэну.

– Ты чего это? – обратился он к другу, вытирая проступившие слезы.

– Ты про Матика? А, ерунда. Просто ты сказал приглядеть за ним. Ну, я расстелил постель и все такое, и пошел его искать. Он как раз вышел к вон тем деревьям, и я уже готов был подумать, что он отошел по нужде, или что-нибудь в этом роде, но вдруг заметил его кинжал.

– То есть?

– Он держал в руке обнаженный кинжал. Как будто рассматривал клинок. Вертел его туда-сюда, будто зайчики пускал.

– Боги! Он мог подавать сигналы! Если бы кто-то следил за нами, когда солнце садилось…

– Именно это я и подумал, – Ираэн угрюмо кивнул. – Но мы не можем это доказать, да и вполне может оказаться, что мы ошибаемся, и он просто нервничал. Многие люди играют с оружием, чтобы успокоиться.

– Да, может быть.

– Ну, я и подумал, что если он нервничает, ему нужно отвлечься и поговорить с кем-нибудь. А остальное ты видел.

– Будь я знатным господином, сегодня вечером ты сидел бы на почетном месте и получил бы лучший кусок жареной свинины!

– Ну, ты не лорд, так что пойдем есть хлеб с сыром. Я бы сейчас съел волка, с шерстью и костями.

В тот же вечер Родри удалось поговорить с Даром наедине. Дар был принцем, но принцем народа Запада, и никому не разрешил бы осматривать своих лошадей вместо себя. Так что Родри улучил минутку и спустился в долину, где паслись лошади, следом за ним.

– Рад снова тебя видеть, – сказал Дар по-эльфийски. – Мы все очень скучали по тебе, с тех пор, как ты оставил нас.

– А я скучал по Народу. Как твой отец?

– О, с ним все в порядке. Сейчас он с Калондериэлем. А я захотел попутешествовать в одиночку, и никак не возьму в толк, почему старшие настояли на этом эскорте.

– Они не сказали, почему? Вы ведь не люди, стража не ходит за вами просто так – для красоты или почета.

В слабом свете звезд Родри увидел, как принц улыбается.

– Я тоже так подумал. Но Калон сказал, что во сне к нему пришла чародейка и сказала сделать именно так.

– Даландра?

– Правильно, так ее зовут.

Родри встряхнулся, как мокрая собака. Воистину, грядут великие события! Дар посмотрел по сторонам, на его лице блуждала задумчивая улыбка.

– Что ты скажешь о моей Каррамейн?

– Она красивая, добрая, чуткая девушка.

Улыбка Дара стала еще шире. Он опустил глаза и стал ковырять в земле носком сапога.

– Слушай, я не очень хочу об этом говорить, – нахмурился Родри. – Но не будет ли это большим горем для тебя и для нее? Я имею в виду, ты выглядишь молодо, но ты проживешь в десять раз больше, чем она.

– Не хочу об этом слушать! – огрызнулся Дар. – Все твердят мне об этом. Мне наплевать. Мы будем счастливы, сколько сможем, это все, что я знаю! Хватит!

– Прости, пожалуйста…

– Да нет, ты прав на самом деле. Но, веришь ли, с момента, как я ее увидел – она была такая красивая, тогда, на рынке, и так нуждалась в помощи, из-за своего поганого брата, и… я пытался сказать себе, что все это неправильно, а потом поехал узнать, все ли с ней в порядке, и… – Он пожал плечами. – Знаешь что, Родри? Она первая взрослая девушка в моей жизни, младше меня по возрасту. В этом есть что-то удивительное, правда?

Родри выругался сквозь зубы, но не из-за Дара. Молодой принц говорил правду, среди эльфов молодежь стала редкостью. Интересно, подумал он, сколько лет пройдет, прежде чем Народ уйдет навсегда?