Кассандра Скай - Странники.

— Ну, говори! — Ноэрэ прилегла у камина и насмешливо посмотрела на волка.

— Здесь был Тен, — Сэллифэр глядел прямо в глаза Ярту.

«И что?»

«Он видел вас».

«И?»

«Он жутко разозлился…»

«Это его проблемы».

«Вожак, он — горец. Он может вызвать тебя на поединок за волчицу. Это будет по их законам. Тогда она, если ему удастся тебя победить, станет его женой».

— У него же есть жена? — удивился Ярт.

— У них может быть несколько жён. Это старый закон, но он всё ещё действует, несмотря на то, что его никто не соблюдает. Разве что в самых удалённых племенах, — волк опустил морду, задумчиво глядя в пол. — Жена побеждённого становится женой победителя.

— Но Фэль мне не жена, — вздохнул Ярт. — Она этого не хочет признавать, и теперь я этому рад.

— Ты живёшь с ней, вы спите вместе. Для их суда этого достаточно, чтобы признать вас супругами.

— Ну, а если победу одержу я? — поинтересовался Ярт.

— Ты волен делать с его женой всё, что захочешь, — Сэллифэр помолчал. — Вот только…

— Что? — Ярт уловил нерешительность в его голосе.

— По правилам такого поединка ты должен будешь убить его, а значит — занять место вождя племени. Это тоже закон, — волк отвёл глаза. — Значит, ты навсегда останешься здесь.

— То есть, или он убьёт меня и возьмёт Фэль, или я убью его и останусь здесь, запертым в золотой клетке вождя племени? — Ярт расхохотался и упал на подушки, выдавив. — Какой ужас!

— Прости, что не подумал об этом сразу, — повинился волк.

— Что случилось? — Фэль протёрла глаза и сонно посмотрела на Ярта.

— Мне только что обрисовали самые весёлые перспективы на будущее, — Ярт усмехнулся. — Здесь был Тен.

— Он нас видел?! — ужаснулась девушка.

— Ага. И теперь, похоже, горит желанием выяснить со мной отношения. Скорее всего, при помощи поединка, — Ярт взглянул на неё.

— Из-за меня? — упавшим голосом спросила Фэль.

Ярт кивнул.

— Но ведь комната была закрыта? — она повернулась к парочке.

— Когда это у хозяев не было ключей от комнат собственного дома? — Ноэрэ опустила голову на её ладонь.

— Нет, я могу отказаться от поединка, если ты хочешь, — задумчиво протянул Ярт. — Хотя у меня просто руки чешутся всыпать ему как следует.

Фэль нервно рассмеялась:

— Не советую, мой мальчик.

— Ты хочешь сказать, что одобришь поединок, если этот одержимый страстью медведь вызовет меня? — удивлённо посмотрел на неё Ярт. — Это на тебя не похоже.

— Я не одобрю этот поединок ни за какие блага, — фыркнула Фэль. — Просто, если ты откажешься, тебя опять-таки ожидает не самое лучшее будущее. У горцев есть закон, что тому, кто отказался от вызова, отсекают… сам догадайся, что. Потому что такой человек недостоин называться мужчиной, — Фэль закусила губу. — Ещё более весёленькая перспектива, не правда ли? Я уже как-то привыкла к нашим отношениям, и лишиться их мне бы совсем не хотелось.

— Значит, остаётся только одно — избегать вызова, — Ярт заложил руки за голову и посмотрел в потолок.

— Это получится только в том случае, если ты до самого отъёзда не выйдешь из этой комнаты, — усмехнулась Фэль. — Да и то я в этом не уверена.

— Я бы умер за тебя, лишь бы знать, что ты не достанешься ему, — тихо проговорил Ярт.

— Спасибо, милый, — она задумчиво накручивала на палец прядь волос. — Но умереть я тебе не позволю. Ты ведь Странник, помимо всего прочего. Нас и так осталось мало. Я придумала кое-что получше. Завтра мы пойдём к старейшинам племени. Пусть они охладят его пыл. Они меня помнят и знают, на что я способна.

— Это хорошо. Мы с Сэллифэром уже думали над этим. Пусть он смирится с тем, что в пределах его земель вы неприкосновенны, как гости, как Странники, — вмешалась Ноэрэ. — А когда мы выйдем за границы его земли? Что тогда?

— А вот об этом я поговорю с учителем, — девушка ткнула её в кончик носа. — Он нам чем-нибудь поможет. Я в этом уверена. Не беспокойся, мы уйдём отсюда в целости и сохранности, как и пришли сюда.

— Так же, как ты уходила в последний раз? — ехидно поинтересовалась пантера. — Тогда его даже отец не удержал.

— Тен не сможет нам помешать, — категорично ответила Фэль и усмехнулась. — Как и в прошлый раз.

— Вот за что я тебя люблю, так это за твой несгибаемый характер, — Ярт обнял её. — Всегда найдёшь выход.

— И это всё? — Фэль состроила обиженную рожицу. — А больше меня любить не за что?

— Ну, почему же? — он улыбнулся. — Ещё за твою смелость, например.

— А ещё? — она лукаво смотрела на него.

— За твою красоту, — Ярт гладил её по спине.

Девушка потянулась и снова спросила:

— А ещё?

— А ещё за то, что ты просто есть в моей жизни, — он обхватил её лицо ладонями. — За то, что ты такая, какая есть. Другую тебя я бы полюбить не смог.

— А ты меня любишь?

— Безумно, — он прикоснулся к её губам.

— Нам выйти? — поинтересовалась Ноэрэ, и, не дожидаясь ответа, покинула комнату.

Тен с размаху рухнул на кровать и сгрёб подушку. Швырнув её в стену, он застонал от ярости и бессилия. Его, вождя одного из сильнейших племён севера, променяли на какого-то мальчишку! Ну, ничего. Этот недоносок ещё пожалеет, что вообще родился на свет, что однажды встретил на своём пути Пламя. Он ему за всё заплатит. И за прошлые унижения, и за то, что встал между ним и Фэль. Тен никогда не отступал от своего.

— Что? — Найя приподнялась на локте и посмотрела на мужа. — Она тебя выгнала?

— Заткнись, женщина! — рявкнул Тен.

— Я тебе говорила, что у неё есть избранник, — Найя убрала волосы с плеча и грустно посмотрела на Тена. — Оставь её, муж мой. Человеку не дано удержать в руках огонь. Обожжёшься.

— Не каркай, ведьма! — он смерил её тяжёлым взглядом. Его всегда злило, как сочувственно смотрела на него Найя. Она его жалела, а он в жалости не нуждался. В ней нуждались слабые, а Тен себя к таковым не причислял.

Найя вздохнула и снова опустилась на кровать, которую никто не мог назвать супружеским ложем со дня свадьбы. Тен брал её тело только тогда, когда ему требовалось выпустить пар, выместить свою ярость. Вот и сейчас она покорно ждала, когда он накинется на неё. В том, что это случится, у Найи не было ни малейших сомнений.

А ведь когда-то всё было по-другому. Когда их только познакомили, во взгляде Тена читалось восхищение. И когда она, молодая и счастливая, вкладывала свою руку в его ладонь, ей казалось, что так будет всегда, что счастье будет вечным, что в глазах мужа всегда будет гореть этот огонёк. Но он очень быстро угас. Как только на следующий день после свадьбы на его глазах её чудесную длинную косу иссиня-чёрного цвета срезали чуть пониже плеч.