Ксения Чайкова - Светлым по Темной

— Видишь ли, солнышко, Светлый Император давно планировал военный поход на вашу проклятую богами Темную Империю. Но все осторожничал: а что Запад скажет, а что Восток подумает, а хватит ли у нас сил, дабы раз и навсегда разрушить этот очаг зла и скверны? Ну, в политике всего, конечно, не предугадаешь, а вот с последним я решил ему помочь. То, что некоторые темные искусники способны превращаться в каких-то жутких монстров, навело меня на интересную мысль: а что, если попытаться скрестить этого самого монстра с потусторонней тварью? Согласись, результат должен быть любопытным. Человеческий разум в сочетании с силой потусторонних созданий, их невероятной живучестью и магией, которую обеспечивает человеческая ипостась, создадут нечто совершенно непобедимое, верное и преданное, способное как к разрушению, так и к созиданию. Как ты смотришь на предложение стать матерью первого такого создания?

Мне стало плохо. Боги, на что только не способны рвущиеся к власти мужчины, на какие гадости они не готовы пойти для достижения своих целей! Вот зачем светлым понадобилась темная искусница, умеющая принимать боевой облик! И вот почему от меня так требовали обучать всех окружающих, особенно девочек, этому искусству — светлый Мастер просто хотел подготовить как можно больше потенциальных вместилищ для жутких созданий-мутантов! О Увилла, защити меня!

— Ты даже, наверное, успеешь взглянуть в лицо первого стража нового порядка, прежде чем умрешь, выполнив свой долг, — с надменным пафосом сообщил мне Мастер, с садистским удовольствием раз за разом демонстрируя мне жуткие гравюры. Я отвернулась и закрыла глаза, дабы не видеть этого кошмара, но уши заткнуть была не в состоянии, подлый голос тек в них, как жидкий мед — в чашку:

— Кто вспомнит об обычной темной искуснице, кому она может быть интересна? А так у тебя есть все шансы войти в хроники и летописи в качестве матери первого стража нового порядка. Этот порядок наступит сразу же после завоевания Темной Империи и сопредельных государств. Мы применим самые сильные заклинания, способствующие удачному сочетанию генов — и создадим очаровательное создание, безоговорочно преданное Светлому Императору и мне…

— Почему вы столько ждали? Почему не сразу после моего приезда?.. — тихо спросила я, глядя в глаза Мастеру. Отчего-то этот вопрос очень мучил меня.

— Солнышко, ты, видно, в Темной Школе плохо успевала по управлению стихиями, — укоризненно заметил Мастер. Отложив книгу, он наклонился и запечатлел на моем лбу отеческий поцелуй и вновь вернулся к подготовительным работам на пентаграмме, не прекращая размеренно-спокойного объяснения, будто сидел в мягком кресле у камина, а не корпел над закрытым проходом между мирами, — Впрочем, это же не твоя специализация, поэтому, думаю, мы вполне можем простить то прискорбное неведение, в коем ты пребываешь относительно самых элементарных вопросов. Сегодня же Баньт'тан — самая длинная ночь в году, наиболее оптимальное время для проведения магических обрядов и экспериментов.

Вот оно что! Ну конечно. Даерт обеспечит контроль надо мной, Шерринар — необходимую энергию, черпая ее прямо из воздуха, а сам Мастер наверняка займется открытием прохода между нашим и потусторонними мирами и обузданием тамошних тварей, призванных… ой нет, лучше об этом не думать, рассудок целее будет.

— Кроме того, — продолжал тем временем Мастер, — возможно, ты будешь смеяться, но нам и впрямь нужен преподаватель по управлению внутренними резервами — Даерт и Наянна не справляются со всем факультетом и дополнительными лекциями у стихийников, целителей и прорицателей. И что теперь делать, где искать нового сотрудника — ума не приложу…

— Что было в том вине, которым вы напоили меня в кабинете архивариуса?

— Ничего особенного, просто легкое снотворное, притупляющее бдительность и отнимающее магические силы. Не волнуйся, оно полностью безопасно как для тебя, так и для будущего малыша, — с готовностью отозвался Даерт, вновь подходя к алтарю и протягивая ко мне алчные ручонки. Я дико вскрикнула и, совершенно позабыв и про веревки, про заклинания, продолжающие меня сдерживать, как пресс — подложенный под него листок бумаги, в неуправляемом бешенстве рванулась к отвратительному крысятнику, подспудно ожидая, что меня сейчас дернет назад и опять приложит спиной к алтарю. Но на этот раз я достала. Всего самую малость — но достала! И этого оказалось вполне достаточно. Убить, к сожалению, не убила, но моральный ущерб нанесла немалый! Да и физический кое-какой…

Даже моя человеческая ипостась может похвалиться очень белыми крепкими зубками. А тут каким-то невероятным усилием воли мне удалось их еще и заострить…

Заклинание и впрямь дернуло меня обратно так, что едва не оторвало голову и не переломило пополам (оказывается, подлые искусники меня не только вокруг талии, но и шею повязали). Но до этого…

Честное слово, никогда бы не подумала, что мужчина способен так пронзительно и истерически визжать. Можно подумать, я его не за нос, а за кое-что другое цапнула.

Мастер, коршуном бросившись к месту происшествия, явно решил, что темная жертва сбегает, но увидев, что произошло, громко захохотал. Шерринар поддержал веселье начальства кислыми улыбками и принужденным смехом, зато уж Даерт завывал так, что волки обзавидовались бы. Все мужчины — страшные неженки… То ли дело мы — девушки! Да нам даже выносить и родить потустороннюю тварь — тьфу, раз плюнуть!

Пока Мастер ехидничал над охающим и кривящимся Даертом, а Шерринар делал вид, что пытается оказать коллеге посильную помощь, я, поняв, что от меня отвлеклись, с грехом пополам перевернулась на бок и попыталась скатиться с алтаря. Пускай мне даже голову оторвет какой-нибудь магической гадостью, на которую не поскупились коварные искусники — это в любом случае лучше, чем исполнять роль безропотной и бессловесной свиноматки. Ишь ты — стража нового порядка им роди! А шиша не желаете ли? Вам он нужно — сами и рожайте! А то, видите ли, вздумали свою верность Светлому Императору доказать! За чужой счет оно всегда легко и просто было.

Ни головы, ни чего другого мне, паче чаяния, не оторвало. Заклинание даже позволило мне неуклюже брякнуться на пол и, держась за свое недавнее ложе, встать на ноги. И даже сделать несколько шагов. И только потом потянуло назад. Я с готовностью запрокинула голову, ожидая мученической кончины, но ее не последовало — магия омерзительного Шерринара бережно и нежно, как руки возлюбленного, приподняла меня над плитами пола и осторожно уложила на надоевший мне до тошноты алтарь. Трясясь от негодования, рванулась, и вдруг почувствовала, как ногти чуть-чуть, самую малость, но все же удлинились и заострились. Неужели Увилла услышала мои молитвы?