Владимир Клименко - Воспитанник богов

— Эйнвейнское! — расхохотался Темный. — Вина никогда не пил? Привык к пиву?

Вино оказалось грубоватым на вкус, немного горчило, но Млый выпил его легко, как воду, словно желал просто утолить жажду.

— Ты, я вижу, парень не промах — хлещешь не хуже меня, — Темный удовлетворенно хлопнул рукой по столешнице. — Зачем пришел?

— Просто посмотреть, — признался Млый. — Отдохнуть.

— Без денег? — удивился Темный. — Здесь бесплатно можно получить только по шее. Хотя, — он оценивающе оглядел крепкую фигуру Млыя, — по шее ты и сам можешь дать. Хочешь, помогу с работой. Я с этим трактирщиком хорошо знаком, — он небрежно ткнул пальцем в сторону хозяина, рыхлого невысокого мужчины с лысиной, обрамленной скобочкой темных волос. — Это такая бестия, — продолжил он, — но платить будет. Ему нужен вышибала.

— Кто нужен? — не понял Млый.

— Охранник, — терпеливо пояснил Темный. — А ты парень сильный, вон и меч у тебя…

— Не знаю, — замялся Млый.

— Тогда, чтобы заработать, у тебя путь один — к храмовым проституткам.

— Зачем?

— Ой, уморил! — Темный даже схватился за живот, чтобы унять спазмы смеха. — Ничего не знаешь. Пойди к храму, возьми проститутку. Если ты ей понравишься, хорошо заплатит.

Млый уставился на Темного, как на сумасшедшего.

— А разве не наоборот? — наконец сказал он.

— Это у вас в горах наоборот. А здесь платит храмовая шлюха. Ведь ублажая ее, ты ублажаешь Эгеру.

— Кого?

— Тьфу! — Темный раздраженно сплюнул на пол. — Зря я связался с тобой, парень. — Он налил еще вина себе и Млыю. — Но есть идея. Через два дня в городе устраивают бои. То, что ты — воин, нет сомнения. Все горцы — воины.

— Ты хочешь заставить меня биться с людьми?

— Не с людьми, чудак. С медведем. Корнейцы привезли здоровенного медведя специально для боев. А с ним никто связываться не хочет. Слабоват народ, — презрительно сморщил нос Темный. — Тебе же к схваткам с медведями не привыкать. У вас в горах их полно. По всему видно, что в таких делах ты не новичок. Завалишь медведя — получишь пятьсот монет. Кстати, и долг отдашь.

К этому времени Млый выпил уже три полных кружки. В голове с непривычки шумело, но это был приятный нераздражающий шум. Новый знакомец казался ему удивительно симпатичным, и Млый порадовался, что ему так повезло. А долги отдавать надо, надо быть благодарным. Этому его учили и Род, и Велес. Что, медведь? Подумаешь, медведь?

— Хорошо, — слова легко слетали с языка. — Медведя, так медведя. Доброе вино.

— Попробовал бы он принести плохое, — Темный угрожающе взглянул на хозяина трактира, но в глубине его глаз промелькнули насмешливые искорки. Еще вина. И девочек! — крикнул он в глубину зала.

Последнее, что Млый запомнил, было то, как он показывал приемы владения мечом, взобравшись на стол. Публика восторженно ревела, к нему липли какие-то девицы, он поил их вином в счет будущего заработка. Потом зачем-то посшибал мечом все светильники со стен и едва не разрубил потолочную балку. Начавшийся пожар тушили уже без него. Млый спал.

Проснулся он в полной темноте, так и не поняв вначале, где находится. Сначала ему показалось, что он, намаявшись на охоте, вернулся домой, распряг Рыжего и завалился от усталости спать тут же, в конюшне. Пахло прелой соломой. Потом приподнялся и тут же схватился за голову. В черепе гудело, как в пустом колодце. В следующее мгновение вспомнилось вчерашнее буйство в трактире. Живот сводили судороги, как при отравлении ядовитыми грибами — был такой случай однажды, еле Род его выходил.

Млый выскочил из чулана, куда его отнесли, когда он утихомирился и уснул прямо на полу трактира. Он промчался через весь зал на улицу и склонился над ближайшей канавой.

Когда он выпрямился, вытирая тыльным концом кисти рот, сзади него уже стоял хозяин трактира.

— Эй, горец, никак не могу запомнить твое имя, — в руках хозяин держал кружку дополна налитую вином. — Вот твое лекарство. Прими и послушай, что я тебе скажу.

Млый взглянул на кружку и вновь кинулся к канаве.

— Так не блюют даже корнейцы, — удивился хозяин, когда Млый мутными глазами опять взглянул на него. — Но платить все равно придется. Ты чуть не сжег трактир, а когда тебя попытались связать, оторвал последнее ухо Карноухому. Как его теперь прикажешь называть? Увечье налицо. Потом разогнал девиц и едва не обрушил крышу. Спасибо вмешался Темный, без него не знаю, как бы мы с тобой сладили.

— Прошу простить, — Млый, шатаясь, пошел к входу в трактир, но хозяин загородил ему дорогу.

— И не вздумай, — встав в дверях, сказал он. — Больше я тебя сюда не пущу. Но заплатить за ущерб надо будет завтра, сразу после боя.

— Какого боя? — не сразу вспомнил Млый.

— С медведем, — хозяин хихикнул и разгладил скобочку волос вокруг лысины. — Со здоровым таким корнейским медведем. Ты что, забыл?

Постепенно Млый стал припоминать вчерашний разговор с Темным. Действительно, он согласился тогда сразиться с медведем. Но разве это была не шутка?

— Отказаться не удастся, — в голосе хозяина послышались издевательские нотки. — Или с медведем, или на виселицу.

Левая рука Млыя привычно скользнула за плечо, но вместо рукоятки меча схватила пустоту.

— Твой меч в надежном месте. После борьбы с медведем отдам. Если он тебе, конечно, понадобится.

— Лучше отдай сейчас, — пригрозил Млый.

Потеря меча окончательно отрезвила его, он двинулся к хозяину трактира, угрожающе протянув вперед руку.

— Люди! — завопил трактирщик. — Стража!

Стража появилась из дверей трактира мгновенно, словно только ждала приглашения. Вокруг стал собираться народ.

С тремя стражниками Млый смог бы справиться и голыми руками, но устремленные на него со всех сторон взгляды повергли в растерянность.

— Он обещал биться с медведем, — продолжал кричать трактирщик. Подписал бумагу. В случае гибели его деньги отдадут мне. И это справедливо. Посмотрите только, во что он превратил мой прекрасный трактир…

Хозяин кричал, переходя от одного любопытствующего к другому, вздымал руки, колотил себя кулаками в грудь, одним словом, выглядел, по представлению Млыя, полностью невменяемым. К таким сценам он не привык. К тому же его действительно мучила совесть. Как же он умудрился вчера так напиться? Что натворил?

— Тихо, тихо, — попытался урезонить он трактирщика. — Я не отказываюсь платить. Но и с медведем бороться не хочу.

— Откажешься, — сказал один из стражников, не уступавший Млыю ни в росте, ни в ширине плеч, — принесем на площадь на копьях. Здесь тебе не горы!