Сергей Осипов - Ночная охотница

– Ужас, – сказала Настя.

Взнос за однокомнатую квартиру перестал быть конечной целью проекта под названием «Стасик», конечной целью стал сам Стасик, а ради этого Монаховой надо было ни много ни мало…

– Женат? – переспросила Настя.

– Уже нет, – сказала Монахова и улыбнулась той скупой улыбкой героя, за которой следует фраза типа: «Мы не могли выиграть эту битву. Но мы проиграли ее достойно, и трупы врагов в тот вечер заслонили солнце…» – Был женат, но потом… Наверное, можно целую книжку написать про то, как я заставила его развестись… Я была… – Монахова снова улыбнулась, вспоминая былые подвиги. – Я была как танк. Я… Ох, какая же я была дура…

При том, что женой Стасика тоже была особа при калькуляторе, Монахова добилась своего; она провела блестящую многоуровневую кампанию и разрушила этот брак. Месяц назад жена Стасика в слезах уехала к маме, предварительно подписав все необходимые бумаги. Монахова снимала этот поворотный момент войны на видеокамеру: потом останется наложить звуковую дорожку, какой-нибудь марш со словами типа: «Так громче, музыка, играй победу, мы победили, и враг….»

Когда Монахова готовилась отпраздновать победу торжественным ужином при свечах, обнаружилась одна неприятная деталь: Стасик исчез. То есть вообще. Он не появлялся дома, он не отвечал на звонки. Торжественный ужин пришлось исполнить соло, самой съесть холодную форель, запить ее бутылкой шардоне и убедить себя, что это лишь временные переживания Стасика по поводу завершения одного этапа его биографии и начала нового…

Пять дней спустя они все-таки встретились.

– Привет, – сказала Монахова, покачивая сумочкой.

– Привет, – сказал Стасик. – Это… Короче, познакомься. Это Алена.

– Хм, – Монахова задумалась. – То есть… Ты хочешь попробовать втроем? Ну не знаю, не знаю… Я могла бы сама подобрать девочку для такого случая… Поприличнее.

– Стас, а кто это? – пискнула Алена.

– Старая знакомая, – ответил Стасик и пошел открывать гараж.

Монахова сделала паузу и посмотрела на Настю, ожидая адекватной реакции. Та пожала плечами:

– Что тебе сказать? Что он сволочь? Ты это и без меня знаешь.

– Старая знакомая, – повторила Монахова. – Да, мне двадцать, а ей семнадцать, и у нее больше тут и тут и меньше тут… Но ведь это не главное, правда?! Разве из-за такой ерунды можно вот так повернуться и уйти?!

– Ты знаешь, что можно. Ты освободила его, и он воспользовался свободой по своему усмотрению, а не так, как ты хотела.

– У меня все равно болит вот здесь. Может быть, еще сходить к врачу?

– Я думаю, это пройдет. Это у тебя выпал осколок зеркала.

– Какого еще зеркала?

– Как у Снежной королевы.

– Ты совсем спятила, подруга. Какие еще королевы? Какие зеркала? Мне за квартиру платить нечем, я снова живу в общежитии, как последняя…

– Студентка? – предложила вариант Настя.

– Ненавижу, – ответила со вздохом Монахова. – Тебя ненавижу. Его ненавижу. Общагу эту. Всех ненавижу. Но его больше. Давай его убьем, что ли?

Видимо, Настя как-то изменилась в лице, потому что Монахова отставила пиво в сторону:

– А у тебя-то как? Ходили слухи, что ты вышла замуж за грузинского миллионера, а еще, я помню, был какой-то иностранец, Денис, да?

– Было, – согласилась Настя.

– Ну и…

– Грузинский миллионер погиб, а Денис… Он в больнице.

– Bay, – сказала Монахова. – Ты умеешь обращаться с мужчинами. А поподробнее? Сначала ведь был Денис, да?

– Сначала был Денис, но в сентябре мы… потеряли друг друга. Потом был этот грузин, хороший человек, но там всплыла какая-то старая история, и он погиб. Потом я познакомилась с семьей Дениса, пожила у них какое-то время. Отец ко мне хорошо относился, а сестра – не очень. А Денис… Мы снова встретились, и сначала я думала, что у нас все будет как прежде… Но потом оказалось, что у него есть другая девушка. Не то чтобы он ее сильно любил, просто… Просто он не мог ее взять и бросить. Потому что она беременна.

– Да, – вздохнула Монахова. – Что тебе сказать? Одна и та же старая история. Только ты думаешь, что все начинает налаживаться, как – бац! И ты снова по уши в дерьме.

– Насчет «бац!» – это точно, – сказала Настя. А насчет старой истории… Интересно, стала бы эта история новой, если добавить, что грузинский миллионер происходил из древнего рода магов, Денис был наследником Лионейского престола, а его беременная под-рута – новообращенной Горгоной? И если уточнить, что в больнице Денис оказался после удара тесаком в исполнении вампира по имени Марат, который от имени всего ночного народа мстил Андерсонам за смерть графа Валенте? Будет это чем-то новым или же…

«Только ты думаешь, что все начинает налаживаться, как…»

– Пойдем сходим за сигаретами, – сказала Монахова. – Я еще недорассказала тебе про Стасика.

Она встала с кровати, потянулась и вдруг обняла Настю за талию, притянула к себе и чмокнула в щеку. Это было неожиданно, но в то же время знакомо, словно любимая детская игрушка, считавшаяся потерянной и вдруг обнаруженная под шкафом. Это было словно кодовое послание, сообщавшее, что Монахова более или менее пришла в себя, что она рада снова видеть Настю, снова делиться с ней печалями и радостями, пусть даже печали пока имели явное численное превосходство…

Затем Монахова вышла в коридор, и на несколько секунд Настя осталась в комнате одна, словно никакой Монаховой не было и в помине, словно не было никаких кодовых посланий…

А если и были, то другие послания, другие мимолетные касания с совершенно другими последствиями. Одним прекрасным вечером в Лионее, ее последним вечером в Лионее…

– Извините, – прошептал посол Детей ночи и разжал пальцы. – Не знал, что вы так спешите. Не буду мешать…

За минуту до этого он настойчиво просил уделить ему время для какой-то важной беседы, а потом ему вдруг стало это не нужно. Вытянутое бледное лицо вампирского посла пропало из виду, и Настя самозабвенно бросилась вниз по лестнице, к лимузину и дальше, навстречу приключениям…

А посол, видимо, тоже отправился по своим делам, очень срочным делам, ибо только что послу стало понятно, что эта глупая девочка по имени Настя рано или поздно приведет его к Денису Андерсону. То есть не самого посла, а отправленных им мстителей, которые должны будут сквитаться за смерть графа Артура Валенте. Настя привела их сначала в Прагу, а потом и в российские леса, где собрались в ожидании новой эры Горгоны…

Теперь можно было не ломать голову над вопросом – кто перерезал глотки охранникам Альфредовой могилы, теперь все становилось проще и в то же время гораздо сложнее, теперь…