Ирина Цыганок - Печать смерти

Остановился на пороге, мучительно соображая, куда мог отправиться юный эльф. И тут ушей достиг приглушенный лязг металла. Покрутив головой в поисках источника звука, я бросился к окну. В саду шел неравный бой. Десяток эльфов в черных колпаках с прорезями для носа и глаз, с мечами в руках наседали на прижавшегося спиной к стене дома Ярвианна. Правда, благодаря избранной им позиции атаковать одновременно всем десятерым не удавалось. Так что пока он отбивался от троих, остальные кружили с клинками наготове, ожидая своей очереди и надеясь углядеть брешь в обороне.

«Живой!» Но мгновенное облегчение тут же сменилось новой волной страха: самое ужасное будет, если Ярви погибнет сейчас, у меня на глазах. Вовремя подавил готовый сорваться с губ крик. Любая мелочь, оклик, неожиданный звук могли отвлечь одинокого бойца и помешать ему в схватке. Быстро, но осторожно я поднял раму, взобрался на подоконник, оттуда переступил на карниз. Убийцы внизу были слишком заняты схваткой или чересчур уверены в себе, никто не глядел на окна. Я продвинулся, сколько смог, вдоль фасада в сторону Ярви, а потом прыгнул. Собирался сбить своим телом сразу троих, но один в последний момент глянул вверх и успел, гад, увернуться. Эльфы, на которых я свалился, смягчили падение лишь отчасти. Я резко ударился ступнями о землю, боль пронзила до самых коленок. Не удержавшись, повалился на бок. Тут же перекатился, вскочил на ноги. Вроде ничего не сломано, хотя правую ногу, кажется, все-таки отбил или подвернул. Приволакивая ее, отступил к стене, по пути отразил мечом удар, направленный в голову. Мое падение внесло-таки сумятицу в ряды нападавших. Один из сбитых мной так и не поднялся, другой сидел на земле, зажимая ладонью глаз, – очень удачно получилось приложить его рукоятью меча по лицу. Кроме того, еще один эльф на мгновение отвлекся, и клинок Ярвианна вонзился в его руку. Пока его место занимал другой, я умудрился придвинуться к Ярви вплотную.

– Прывет! – бросил он, когда мы оказались плечом к плечу.

– Привет. Мягче первый слог, – поправил я по привычке. Отбитая нога мешала свободно двигаться, к тому же, несмотря на частые тренировки с Ярвианном, я все еще не достиг эльфийских высот фехтования. Семеро облаченных в черное парней явно превосходили меня в этом искусстве. Однако я пока держался и намерен был держаться, пока не прибудет подкрепление. Хотелось верить, что Ильяланна правильно истолковала мое восклицание, хотя теперь я уже начал жалеть, что не разъяснил ей свою догадку. Замешательство нападавших длилось совсем недолго, и теперь они удвоили усилия, пытаясь подавить наше сопротивление. Мне все сложнее становилось отражать удары. Странно, что никто из них не принес с собой арбалет. «Ах да, убить соперника вне поединка считается позорным… – припомнил я одно из вычитанных мною в последнее время эльфийских правил. – А вдесятером на одного, выходит, ничего, нападать можно, урона для чести – никакого!»

Эльфийская сталь уже оставила на моем теле несколько отметин, пока, по счастью, не слишком серьезных. У Ярви был вспорот камзол на боку, но крови я не заметил.

– Иль фэса, оттари![30]

Ильяланна совершила ошибку, которой я сумел избежать. Она решила заранее предупредить брата о своем появлении. Ярвианн машинально задрал голову на крик и пропустил выпад. Клинок должен был войти справа у основания шеи, я не успевал отвести его. Все, что я мог сделать из своей позиции, – это подставить под удар собственную руку. Сталь с хрустом вошла в плоть, двинулась вниз, рассекая мышцы. Я еще подивился легкости, с которой закаленный клинок проходит сквозь тело. За мгновение до того, как потерять сознание, я вогнал свой меч в левое межреберье противника. Дальше была темнота.

– Держись за свет, – донеслось до меня откуда-то издалека.

«Как можно держаться за свет?» – хотел возмутиться я, но не сумел открыть рта. К тому же во тьму, в которой я пребывал, не проникало ни единого лучика. Не считать же светом это красноватое марево, давящее на глаза? Или все же стоит присмотреться? Я напрягся, вглядываясь в мутно-багровые пятна, и темная стена вдруг раскололась, в узкую щель ударило нестерпимое сияние – я с трудом разлепил веки.

– Молодец! Продолжай держаться. – Знакомое, но какое-то изменившееся лицо склонилось надо мной. Леди Ильяланна.

– Ярви… – едва слышно выдавил я. Разомкнуть губы оказалось еще тяжелее, чем открыть глаза.

– Он здесь. С ним все в порядке. – В поле моего зрения немедленно появилась расстроенная физиономия ее брата. У меня же с души разом отлегло.

– Что с моей рукой? – спросил я хоть и тихо, но почти весело. Я прекрасно помнил, как нацелившийся в Ярвианна эльф врубился в мое левое плечо, странно, что он не развалил меня до самого пояса! Сейчас же я совершенно не чувствовал свою левую половину.

– Рука на месте. – Ильяланна откинула край прикрывавшего меня одеяла, и, скосив глаза, я смог увидеть свою забинтованную конечность. Повязка переходила на грудь, дальше я разглядывать не стал. Что-то все же не то было с лицом феи, у нее было такое выражение, такое… такое лицо могло быть у моей матери. (Я не про внешность, как вы понимаете!) – Я сложила расколотые кости и сшила сухожилия. Но печать пришла в движение, Бурый, у тебя совсем не осталось времени.

– Ничего, – постарался я улыбнуться.

Я и вправду не испытывал ни малейшего сожаления: главное, я успел: Ярвианн спасен, теперь можно спокойно дожидаться нового перерождения, пусть даже не на склонах Незримой Горы, а в Бездне. Хотя нет, было еще кое-что, что я должен сообщить Ильяланне.

– Кирианн, – прошептал я наклонившейся надо мной фее. – Кирианн подбросил ту записку. И он дал мне книгу о ваших обычаях, где говорилось, что приглашение, присланное с диким ирисом, – просьба о тайном свидании. Если бы не это, я бы не был в лесу сегодня… – Столь длинная речь далась мне нелегко, к тому же я боялся, что леди мне не поверит. Но в серых глазах вспыхнуло понимание.

– Значит, Кирианн… – Идеально очерченные ноздри точеного носика хищно раздулись.

– Миледи, я хотел бы, чтобы родители узнали, где моя могила, – попросил я напоследок им майру дарро.

– Прости, Бурый, у тебя не будет могилы. – Рука с тонким кинжалом поднялась и опустилась, отточенный клинок легко проник сквозь грудину. Резким движением Ильяланна обломила подпиленную у самой рукояти сталь. Тело на деревянном ложе дернулось и тут же затихло.

ИЗ ИСТОРИИ ЭЛЬФИЙСКИХ СЕМЕЙСТВ

Клан Золотых Листьев (Эдор Элил) – один из старших кланов эльфов. Однако в нем осталось только двое наследников старшей ветви – Ильяланна и Ярвианн.