Элеонора Алова - Странник удачи

Но я быстро прогнала странные мысли, сейчас важно другое. Разбойник не приходил в себя. Он мог умереть в любую минуту. Кровь не останавливалась. Кани что-то твердила о больнице в Граде. Выдумала еще.

– Лика, ты убьешь его, если не позволишь излечить его тут, – предупредительно заявила Рэтти, – поехали, положим его в больницу вместе с Буиссоном. Надеюсь, они друг друга не придушат.

Джонс на дрожащих ногах шел к крылолету. Сейчас ему было все равно, что случится даже с его господином и даже с его собственной жизнью. Наверняка он забьется куда-нибудь, чтобы добраться с нами до верхней летальни. А потом неделю не будет покидать какой-нибудь ресторан, пытаясь утопить в вине остаток своей души. Жалкий человек.

У меня кружилась голова, а во рту опять пересохло. Будто это состояние преследовало меня куда успешнее, чем центральские наемники. Катана выпала из ослабшей руки под ноги Сорро, и я, оседая на колени и теряя сознание, тихо прошептала:

– Кани, отвези нас в Нордстерн… пожалуйста.

Эпилог

– Принцесса Анжелика, проснитесь! – ласковый голос звенел у меня в голове. Нежные пальцы сжимали мою ладонь.

– Сорро, мой милый Сорро, – прошептала я, открывая глаза.

Меня словно холодной водой облили. Сначала мне показалось, что события последних семи лет – дурной сон. Я лежала на шелковых простынях собственной кровати. Да-да, в комнате, где я провела свое детство! Я подскочила на месте и огляделась. Передо мной на краешке кровати сидел мужчина-северянин.

Нет, он ни капли не походил на моего любимого разбойника. Несмотря на то, что он также был высок и плечист, его круглое лицо с густой золотистой бородой выражало исключительно благородство происхождения. На вид этому человеку лет тридцать, не больше, только взгляд многое повидавшего человека старил его. На черном костюм с золотым шитьем красовалось с десяток орденов. Много войн пришлось ему вести, не одну победу одержать. Почему-то я сразу поверила, что награды его честные, не купленные, как «Орден за заслуги перед Нордэрдом» у Карла. Эту высшую награду парень тогда получил только по милости родного отца.

Я боялась поверить в то, что я на самом деле дома, что больше никуда не надо бежать и ни с кем не предстоит сражаться.

– Извините, – шепнула я, пряча взгляд.

Мне стало стыдно, что я позвала разбойника при этом уважаемом благородном человеке.

– Дайте, пожалуйста, зеркало.

– Ты хочешь посмотреть на свой шрам? – я имела в виду не это, я думала, что стала на семь лет моложе, что кто-то решил переиграть мою жизнь. – Нет больше его. У нас в Нордстерне умелые маги-лекари, залечили, что даже и не заметишь.

– А Сорро, что стало с ним? – вдруг вырвалось у меня.

Мне в первую очередь следовало спросить, кто этот человек, как он появился в моем дворце, и как я сюда попала, а я почему-то прежде всего подумала о разбойнике.

– Этот чудесный господин лежит в соседней комнате. Поверь мне, он очень плох, и ему нужен покой. Ну, не печалься, мы вылечим его.

По моей исцеленной щеке прокатилась слеза, а благородный незнакомец вытер ее платком.

– Не плачь, все будет хорошо, Анжелика. Я повторила эти слова, будто они были заклинанием.

– А кто вы? Я не помню, чтоб вы служили при дворе.

Как я могла так сильно унизить этого человека – не понимаю. Он оказался не дождавшимся меня семь лет назад женихом, князем Ричардом с острова Хесты. Я даже перепугалась, когда услышала это имя. И он все эти годы ждал меня, никого не любил, ни на ком не женился, будто он заведомо знал, что я вернусь.

– У меня тетка – провидица. Когда я узнал о похищении, я был сам не свой от злости. Расспросив фрейлин о подробностях, я отправил своих лучших людей, чтобы они разыскали тебя и вернули из лап похитителей. Но мои лазутчики вернулись ни с чем. Признаюсь, в нашем роду больше привыкли доверять не предсказаниям, а закалке клинка и мастерству фехтовальщика. Увы, но мне пришлось обратиться к провидице. Это была единственная возможность узнать о тебе хоть что-нибудь.

«На твою долю выпало тяжелое испытание, Ричард, – сказала эта женщина, – если ты хочешь жениться на ней, возьми себя в руки. Она сбежит из плена, она вернется. А ты сохрани ее наследство!»

Тогда князь не понял до конца предсказания колдуньи. Он переехал в столицу и просил у короля службы при дворе. По молодости он не мечтал о высоких постах, тем более, о министрском жезле. Ричард проявлял немалые военные таланты на на родном острове, поэтому его и назначили Верховным Полководцем. Два года он верой и правдой служил моему отцу, а потом папа умер, и на трон взошел Карл.

– Я не поверил, что король умер своей смертью, – Ричард тяжело вздохнул, – не мог понять, как сильный здоровый мужчина мог так скоропостижно уйти! Он не страдал ни одним из недугов, его лекари всегда говорили, что он абсолютно здоров. Придворные и сам Карл утверждали, что твой отец скончался от сердечного приступа.

Но Ричард не желал верить россказням. Да и родственница подсказывала: «Ты прав, не своей смертью умер король!» И однажды он докопался до истины: моего отца уничтожил нынешний король Карл. Полководец заключил интригана под стражу и бросил в темницу. Карлу была прямая дорога на плаху, но он каким-то образом исхитрился и добрался до Централи. Там, думаю, начал подсиживать ничего не подозревающего Буиссона. История с наймом Сорро подтолкнула меня к мысли, что президент считал Карла на своей стороне, и именно люди из Центарли устроили побег.

– Это был маленький человек, желавший многого, – глядя на заснеженные ветки за окном, грустно сказала я.

После изгнания Карла, Ричарда провозгласили королем, но с одним лишь условием, что он найдет пропавшую принцессу и женится на ней. Условие сохранения власти полностью перекликалось с желанием его сердца. Князь каждое утро подходил к моему портрету и разговаривал с ним как со мной. Он влюбился в нарисованный образ, ни разу так и не увидев оригинала. Я очень боялась разочаровать его.

– Мне вас жалко, Ричард, – я сжала в руке его сильные пальцы. «Отчего же?» – читалось в его грустных глазах.

– Ваше величество, я могу выйти за вас замуж, чтобы узаконить ваше правление, вы так много сделали для Нордэрда в мое отсутствие. Ради своей страны и ее народы я сделаю это. Дворянство не поймет, если я откажу вам.

Он внимательно слушал меня. Он был искренен со мной, и теперь мне предстояло сказать ему всю ту правду, что тяготила душу.

– Принцессы редко выходят замуж по любви. Я очень уважаю вас, Ваше величество, но полюбить вряд ли смогу.

Я отвернулась. Мне было стыдно. Я боялась, что этот человек, чего доброго, отречется от власти, если узнает, что его невеста спуталась с разбойником.