Маркус Хайц - Война племен. Проклятые земли

— Это бесстыдная ложь! — Мюр взмахнула кинжалом. — Перед смертью ты хочешь поссорить нас. Это ты из племени Лоримбура, не я.

— В Пористе она инсценировала покушение на себя, чтобы передать Ромо записи о наших городах, не вызывая у тебя подозрений. Иначе зачем ему было оставлять ее в живых? — Занда говорила все тише, ее глаза закрылись. — А она говорила тебе, Тунгдил, что уже дважды была замужем? Первый ее муж умер от лихорадки, а второй заболел и погиб во время пожара, когда загорелась его спальня. Она уже подбиралась к Геммилю, но я сумела остановить ее.

Тунгдил не видел лжи в ее карих глазах.

Мысли лихорадочно метались в голове Златорукого. Он думал о событиях в Пористе, о возвращении домой, о странном поведении Мюр после пожара.

— Моя болезнь, Мюр, — медленно начал он. — И пожар в таверне. Поклянись, что все это совпадение.

В алых глазах гномки промелькнула неуверенность. Тунгдил схватил ее за руку и притянул к себе, как непослушного ребенка.

— Поклянись жизнью, Мюр!

Слезы потекли по ее щекам.

— Тунгдил… Я… Ты что, веришь ей больше, чем мне?

— Поклянись, и я больше никогда не заговорю об этом.

Она опустила глаза.

— Я никогда не навредила бы тебе, Тунгдил. Я полюбила тебя и ничего не могла с этим поделать. В ту ночь в таверне я поняла, как много ты значишь для меня… и… я… — Гномка разрыдалась.

— Мюр, скажи, что ты не дочь Лоримбаса, — выдавил Златорукий.

Он чувствовал себя преданным. «Сперва Балиндис, а теперь и она, моя жена». Теперь все вокруг потеряло смысл — и сражение с Третьими, и спасение Потаенной Страны…

Всхлипнув, Мюр отерла лицо рукавом и посмотрела ему в глаза.

— Нет, Тунгдил. Мой отец, Лоримбас Стальное Сердце, послал меня к Свободным гномам, чтобы следить за ними, узнать их тайны и подготовить наших воинов к вторжению. Я родилась с белой кожей и красными глазами. Природа одарила меня способностью втереться в доверие к Свободным, и уже вскоре все считали меня своей. Но с твоим появлением все изменилось. — Она взяла его за руку. — Я должна была убить тебя, но не смогла. Ты…

Мюр посмотрела куда-то за спину Тунгдила, и вдруг ее лицо изменилось. Она схватила мужа за плечи и развернула его, закрыв своим телом. В этот момент что-то с невероятной силой ударило ее в спину, и она упала на Златорукого. Тунгдил успел подхватить ее. Мюр открыла рот и начала ловить губами воздух, словно тонула.

За ее спиной стоял Зальфалур. Он сжимал в руке боевой молот с шипом длиной в локоть. Острие шипа торчало у Мюр из груди — оно пробило и тело, и одежду.

— Я никогда бы… — выдохнула гномка, цепляясь за плечи Тунгдила. — Не думай обо мне плохо.

Ее тело обмякло. Мюр умерла в объятиях Златорукого, и, несмотря на агонию, на ее лице еще успела промелькнуть улыбка.

Зальфалур осторожно вытащил шип из ее тела.

— Тебе что, мало было? — Тунгдил осторожно опустил тело Мюр на землю и покрепче перехватил топор. — Сперва ты убил моих родителей, а теперь и жену?

— Твою жену? — Лицо Зальфалура окаменело, он не сводил взгляда с Мюр. — Нет. Не твою жену. — Протянув левую руку, гном коснулся острия шипа и растер кровь Мюр по пальцам. — Я убил свою жену. Из-за тебя я убил свою жену, — страшным ровным голосом произнес он. — Ты будешь умирать тысячи раз, Тунгдил Златорукий.

— Свою… — опешив, Тунгдил отшатнулся, но тут же взял себя в руки. — Значит, не стоит медлить. Давай покончим с этим прямо сейчас.

Они начали кружить, наблюдая друг за другом. Никто не хотел атаковать первым.

Наконец Зальфалур вскинул боевой молот — так легко, словно это была всего лишь веточка… но тут же остановился. Король подал сигнал к отступлению: королева Ксамтис с частью своих солдат неожиданно атаковала армию Лоримбаса с фланга.

Тунгдил видел, что Зальфалуру не терпится завершить начатый поединок, но он был главнокомандующим и должен был позаботиться о своем войске. Гном опустил оружие, давая противнику понять, что когда-нибудь они возобновят этот бой. Но не здесь и не сейчас.

Тунгдил кивнул.

В этот день суждено было умереть еще одной гномке. Голова Занды Отважной покоилась на коленях Геммиля. Королева потеряла слишком много крови.

Боиндил в смятении переминался с ноги на ногу, не зная, что делать.

— Все в порядке, — срывающимся голосом произнесла Занда. — Я знаю о твоем проклятии, Боиндил Равнорукий. Ты не мог поступить иначе.

Он опустился рядом с ней на колени.

— Я…

— Нет, не печалься. Я прощаю тебя. — Она протянула к нему перемазанную кровью руку.

На лице Боиндила было написано раскаяние. Он схватил руку Занды, и вскоре королева умерла.

— Должно быть, Враккас ненавидит меня, раз позволил мне сделать это, но не дал погибнуть в бою, — пробормотал он. Лицо его окаменело, и только слезы катились по щекам. — Я мог бы просто ударить ее рукой, но нет, моя кровь кипела, и я убил ее. Убил еще одну гномку. Вначале Смеральда, теперь Занда.

Геммиль махнул рукой паре гномов, чтобы те забрали тело королевы. Его подданные вынесли труп в крепость.

— Все так, как она и сказала. Ты ничего не мог поделать с этим, Боиндил. Ты попался на уловки Мюр и не смог совладать со своим бешенством. — Он опустил руку воину на плечо, показывая, что не держит на него зла.

«Ну и день». Тунгдил смотрел на тело целительницы, на ее пропитанную кровью одежду. Подхватив труп жены на руки, он прошел по усеянному убитыми и ранеными двору и направился к Третьим.

— Лоримбас! Я хочу отдать тебе тело твоей дочери. Зальфалур убил ее. — Он опустил тело Мюр на землю. — Вот она. Если ты хочешь похоронить ее, забирай.

Лоримбас в окружении двадцати воинов направился к нему. Зальфалура рядом не было.

— Ты проклят, Тунгдил Златорукий. — Не глядя на него, король опустился на колени и прикоснулся к белым волосам Мюр. — Ты уничтожаешь все, что мне дорого. Сперва Ромо, теперь Мюр. — Он прижал к себе бездыханное тело дочери. — Не будет между нами мира, Тунгдил. Твой отец был таким же. С него все это началось. А закончится твоей смертью.

— Лоримбас Стальное Сердце! — К ним подошла Ксамтис. — Я хочу вернуть тебе твоих гномов. Это все, что осталось от войска, напавшего на крепость Западные Железные Врата.

— Значит, Первые сражаются лучше, чем я полагал. — Он с презрением покосился на выживших, покрытых ожогами.

— Нас победили не Первые, мой король, — выдавил один из раненых. — Это были аватары.

— Что? — нахмурился Лоримбас. — Что ты такое говоришь? Они обещали заплатить тебе за твою ложь?