Тамара Воронина - Надежда мира

– Я знаю, что ты мне мстишь. Имеешь право.

– Раскаиваешься? – покосилась на него Женя. Ну да, раскается он.

– Нет. Я дело делал, ты уж прости. Я действительно не знал всех планов Кастина. И даже не потому, что он мне не доверял. Я, конечно, выдержал беседы с «тройкой», но ведь мог и сломаться, верно?

– И что я мелкая разменная монета, ты тоже не знал.

– Знал.

Он пожал плечами, а Женя неожиданно для себя самой погладила его по щеке. Тарвик, ожидавший скорее пощечины, засмеялся, поймал ее руку, чмокнул ладонь и решительно повлек за собой.

Король и менестрель вели неспешную беседу, и Женя бы не удивилась, если на отвлеченные темы. Риэль просиял, увидев ее, и Женя, буркнув невнятное «здрасьте, ваш-лич-во», села рядом с ним на маленький двухместный диванчик. «Кастин меня зовут, – напомнил король со вздохом, – могу я хоть изредка быть человеком?» Тарвик придвинул к ней столик с завтраком. Понятно. Она переспала всех. Ну и ладно. Буду одна трескать эти… это вот, в общем. Забыла, как тан Хайлан называл эти деликатесы. Зачем помнить-то, если все равно пробовать доведется вряд ли.

– Не надо меня обратно отправлять, – сказала она. – Даже в то же время и то же место. Здесь мое место.

– Женя!

– А ты молчи. Знаешь, Риэль, когда встречаются два одиночества, далеко не всегда происходит что-то хорошее. Я без тебя не уйду, а тебе не место в моем мире. Значит, останемся здесь.

– Ты хорошо подумала?

– Нет. А что, если я через месяц передумаю, вы меня не отправите? Предложение действует только сегодня?

– Почему же. Никаких проблем. Приходишь во дворец, мне сообщают – мне всегда сообщают о менестрелях, и вопрос решается. Ты остаешься из-за него?

– Из-за всего, – сказала Женя, удивляясь, почему так спокойна и уверена. Даже больше, чем когда выбирала между Райвом и Риэлем. – Прежде всего… нет, не из-за него. С ним, если вы понимаете разницу. Мне с ним просто здорово. Я не могу это объяснить, потому что вовсе не влюблена в него. Но я хочу быть с ним. Так лучше. И вообще так надо. Плевать мне на ваши королевские замыслы, делайте что хотите, но не советую разлучать нас с Риэлем. Устрою тут вам… надежду мира.

Они даже не улыбнулись. Сдержанные мужчины, умеющие вживаться в роль. И что, интересно, она сможет сделать с этим… вечным жидом, как бишь его звали, которому полторы тыщи лет? который маг не из последних, а из первых? который играет роли, играет людьми, даже теми, кого друзьями называет?

– В общем, нам, наверное, и правда, стоит где-то пересидеть, и пусть это будет вашей головной болью…

– Необязательно, в общем, – невежливо перебил Кастин. – То есть пожалуйста, где угодно, как угодно и сколько угодно, только бояться не нужно. Я получил много интересных сведений, но дело даже не в них. Гильдия не отважится причинить тебе вред. А ты можешь спокойно говорить им то, что только что мне сказала. Они верят, что ты и есть Джен Сандиния, и особенно их убедило в этом невозможность что-то с тобой сделать. Охранное заклинание Райва. Ну, и я добавлю, и то, что мы с ним сделаем вдвоем, не сможет испортить вся Гильдия. Предупреждаю твой вопрос! На Риэля я могу наложить такое же заклинание. Только будет очевидно, что это вмешательство сильного мага, потому что при встрече с «тройкой» его не было. А на тебе – было, и пусть себе ломают голову, кто его на тебя наложил, может, сам Создатель. Легенду для тебя Тарвик придумал блестящую, ее и придерживайся… только не потребуется. Они не знают, что от тебя ожидать. Да, будут присматривать, но ведь убедятся, что ты не поднимаешь народ на бунт и даже не агитируешь против Гильдии. Догадаются, поди, что Джен Сандиния – символ. Ну а нет… тем легче будет с ними справиться.

– Вы хотите дать дорогу прогрессу? – нейтрально спросил Риэль.

– Не путай меня с Райвом. Я не хочу, чтобы слишком много власти на планете было сосредоточено в руках одной организации, будь то «Стрела» какая-нибудь, орден надежды или Гильдия менестрелей. Или даже король Комрайна. И я этого добьюсь, особенно теперь, когда меня поддержат. Вы, может, этого и не увидите, потому что… потому что не проживете, например, пятьдесят лет. Это процесс долгий…

– Эволюция, а не революция, – вставил Тарвик. – Женька, почему я не сомневался, что ты останешься? Потому что знал всегда, что там у тебя ничего и никого нет. А здесь – не только Риэль, но и Райв. И дорога. И, черт меня побери, если к Симуру ты не относишься с куда большей симпатией и доверием, чем к Люське, Милочке и прочим идиоткам из твоей крутой фирмы.

– Ты твердо решила? – словно не слыша его, уточнил Кастин. Женя кивнула, потому что не умела убеждать и доказывать. Риэль осуждающе покачал головой, и Женя возмутилась:

– Ты-то чем недоволен?

– Я хочу, чтобы ты была счастлива, Женя.

– Тогда нечего выбирать счастье за меня.

Риэль вдруг засмеялся, как может смеяться только очень довольный человек, и порывисто ее обнял. Тарвик с королем на пару изобразили умиление, но, надо признать, достаточно убедительно, хотя ни Женя, ни Риэль им не поверили.

– Забавно, – протянул Тарвик. – Ведь ты знаешь Женю лучше меня, а еще сомневался в ее выборе. У меня вот есть пара вопросов к нашему величеству.

Наше величество разрешающе покивало, и Тарвик с кривоватой улыбкой спросил:

– Ты уверен, что я не умру? Уж прости, но я тебя знаю слишком давно и слишком хорошо, ты мог просто оттянуть процесс или, наоборот, его ускорить, чтоб я не мучался.

– Если бы я не мог тебя вылечить, то ускорил был, не сомневайся. А опоздай ты на месяц, возможно, не смог бы его остановить, потому что разрушение органов стало бы необратимым. Но я успел. Не скажу, что ты уже совершенно здоров, да ты и сам это понял. Но я повернул процесс, и то, что разрушалось, начало восстанавливаться. У тебя больше не будет ни горловых кровотечений, ни сильных болей в желудке, ни отвращения к еде из-за печени. Но здоров ты станешь только через несколько месяцев. Постарались они на славу. Постарайся не увлекаться острыми приправами и крепким вином, давай отдых спине и одевайся потеплее, чтобы не простыть – и все будет хорошо. Впрочем, если ты будешь тарелками жрать кориков, запивать их водкой и купаться в Ледяном озере, твое выздоровление просто затянется.

– А Риэль?

– Риэль – здоров. Есть свои положительные стороны в невеликой выносливости.

– Знаешь, как держался этот невыносливый парень? – тихо спросил Тарвик. Очень тихо. – Я был уверен, что он сдаст Женю после пары допросов… ну после недели допросов. А он даже… даже подозрений не вызывал.

– Тебя удивляет? Она решила бросить свой мир окончательно – уж поверь, я это вижу. Он сумел выдержать допросы «тройки» ради нее. Если бы о тебе спрашивали, сдал бы.