Демон на Миилион (ЛП) - Харрисон Ким

- Ни… за… что… - Я подавила волны обещания, текущие из моей шеи. И когда ее глаза снова закрылись, и она наклонилась ко мне, моя рука легла на пистолет. Адреналин подскочил. Я ударила ногой, отбросив ее назад. Задыхаясь, я встала, вытащив оружие.

- Констанс! - Пайк замахнулся на Дженкса, когда тот бешено метнулся, чтобы загнать его в угол.

В панике я сделала три выстрела.

Констанс отскочила в сторону, уворачиваясь от пулек со странной ловкостью. Я проследила за ее движением, и шарики разбились о стеклянную стенку гондолы. Ее глаза расширились и почернели, маленькая женщина оттолкнулась от стены, чтобы увернуться от четвертого, перекатилась и оказалась прямо передо мной. Она была слишком близко. Я даже не могла вызвать круг. Я потянулась к амулету у нее на шее. Если бы я забрала его, то вернула бы свою магию.

- Рейчел, нет! - взвизгнул Дженкс. А потом я застыла, мое левое запястье оказалось в руке Констанс, кончики пальцев коснулись сияющего металла, спрятанного среди маскирующих нитей золота и драгоценных камней. Я даже не видела, как она двигалась.

- Нет... - прошептала я, а затем закричала в агонии, когда она раздавила мое запястье, будто это была хлебная палочка. Оно было в огне, и я выронила пистолет, чтобы вырваться из ее пальцев, сжимающиеся так, словно она хотела расщепить мне руку.

- Рейч! - Дженкс взвизгнул, и раздался глухой удар, когда Констанс поймала мой падающий пистолет.

Мое дыхание участилось, когда она отпустила меня. У меня пересохло в горле, и я подумала, что меня сейчас стошнит.

- Не стоит играть с оружием, - сказала Констанс, а затем, все еще держа мое разбитое запястье, она просунула мой пистолет прямо сквозь оконную сетку и выкинула его. Плотно сжав губы, Пайк прижался к двери, на его лице виднелись следы от пыльцы Дженкса. Дженкс застыл в нерешительности. Оставить меня и сказать Тренту, чтобы он спустил гондолу, или остаться, чтобы удержать Пайка. Смахнув пыльцу нереального цвета апельсина, он остался.

Мое запястье словно взорвалось.

- Ты... совершаешь ошибку, - выдохнул я, сгорбившись от боли, когда она держала меня за запястье, протянув руку между нами. - Ты должна найти согласие со мной.

- Это то, что я делаю. - Глаза Констанс были совершенно черными, а затем я ахнула, ноги заскользили, когда она притянула меня к себе.

- Отвали! - потребовала я, пытаясь поставить свое колено между нами, а затем закричала, когда она снова сжала.

Стиснув челюсти, я обмякла, вытянув руку, почти опустившись перед ней на колени. Мои глаза встретились с ее, и я вздрогнула. Пайк ругался между агрессивными щелчками крыльев Дженкса, но зрачки Констанс были моим миром, и я едва могла дышать. Не было никакого удовольствия; это была сплошная боль. Только по-настоящему старые могли это сделать. «Опять дерьмо на тосте?» подумала я, вспомнив Пискари. Он также прижал меня, и я сморгнула слезы неудачи. Если они не могли заманить вас хитростью, они били вас силой.

- Ты совершаешь ошибку, - снова сказала я, черные точки заплясали перед глазами, пока она не ослабила хватку на моем запястье, и сознание не вернулось. Она бы хотела, чтобы я была в сознании для этого. Я чувствовала запах горячей пыльцы пикси, но Пайк оставил попытки добраться до нас, стоя в углу с Дженксом лицом к нему. Этот амулет был так близко, но я не могла... дотянуться до него.

- Я связываю тебя, и ты объединяешь город под моей властью, - прошептала она, подходя ближе. Она уткнулась носом в волосы у меня на шее, и я вздрогнула. - Они следуют за тобой. Бог знает почему. А потом я убью тебя так медленно, что ты будешь умолять об этом. Цинциннати - мой. Старая нежить должна мне это. Они сделали меня тем, кто я есть, и они у меня в долгу! Все они! - воскликнула она, и я прижала запястье к себе, когда она отпустила его, чтобы показать на город. Ее взгляд упал на меня. - Я начну с тебя.

Она отпустила....

- Ты. Не. Получишь. Меня! - крикнула я, стиснув зубы, когда оттолкнула ее и выпрямилась.

Безумная женщина закричала от гнева и упала на спину. Я восстановила равновесие, чувствуя головокружение и тошноту. Задыхаясь, я попятилась, падая на пол и перекатываясь, чтобы удержать ее подальше от себя. Она последовала за мной, ударив меня головой о твердый металл. Темнота угрожала затопить сознание, и я ударила ногой, заставив ее скользнуть в запертую дверь.

Она снова набросилась на меня, яростно. Я убралась с ее пути, когда могла, принимая удары,. Как голодная собака, она набросилась на меня. Я медленно сдавала позиции, только моя практика с Айви и полное отсутствие у Констанс опыта в боевых искусствах удерживали меня вне ее досягаемости.

Пока ее пальцы не вцепились в мое плечо и не потянула.

Она притянула меня к себе, широко раскрыв рот.

Паника придала мне сил, и я ударила ее коленом в пах, оттолкнувшись назад. Огонь опалил мое плечо, когда ее хватка ослабла, а затем она оказалась рядом с Пайком, ее безупречно белое платье было покрыто грязью и моей кровью, она тяжело дышала в ярости с черными глазами.

Я едва осознавала, что Дженкс был со мной, сыпля пыльцу на кровавые царапины, которые она оставила после себя. Его меч отливал красным, а крылья отяжелели от усталости, но он был в порядке. Я прижала запястье к животу и отступила так далеко, как только могла, но амулет был вне моей досягаемости, и я ничего не могла сделать.

- Хорошая работа, Рейч, - сказал Дженкс, в его голосе звучало явное беспокойство. - Я знал, что ты можешь выбросить пакет с кровью. Пусть она будет занята. Я сниму с нее этот амулет, чтобы ты могла поймать эту моховую салфетку.

«Занять ее чем-нибудь? Он что, спятил?» подумала я, паника захлестнула меня. Если Лэндон мог победить Дженкса, Констанс могла.

- Дженкс, подожди, - прошептала я хрипло и с болью в горле. Было несколько способов снять с нее этот амулет, и я повернулась боком, пряча свои неуклюжие поиски мышиного зелья в кармане. Я хотела сначала обездвижить ее, но так или иначе, эта магия должна проникнуть через ее горло.

Лицо Дженкса побледнело, когда он увидел крошечную ампулу. Был только один способ подобраться достаточно близко. Я должна была позволить ей схватить меня. Он медленно кивнул, и я подавила дрожь. Поехали...

Зажав ампулу в ладони, я вытерла ее слюну со своей шеи, напрягшись, когда оставшиеся щупальца желания и страсти пронеслись сквозь меня, заставляя меня содрогаться от неразрешенного экстаза. Мысли об Айви, тоска по Кистену были вплетены во все это. Там была любовь. Здесь ничего не было, и она не разорвет мою кожу.

- Если ты думаешь, что можешь забрать у меня город, сделай это, - сказала я отрывисто. - Но держи свои зубы подальше от меня. - Подойди немного ближе, ты, дохлый мешок с кожей. Я вызываю тебя...

- Ах ты. - Констанс начала жутко раскачиваться из стороны в сторону, как зверь в клетке. - Ты так просто не сломаешься. - На ее лице расцвела уродливая улыбка. - Ночь будет многообещающая, Пайк.

Но Пайк не двигался, его лицо исказилось от отвращения к тому, что, по его мнению, должно было произойти.

- Бла-бла-бла, - поддразнила я, затем кашлянула, чтобы прочистить горло, потрясенная тем, как надломлено звучал мой голос. Теперь это было настоящее соревнование на выносливость. Цинциннати висел на волоске. - Ты не сможешь победить меня, заколдовав. И ты, клянусь Богом, не превзойдешь меня силой. Я выиграю и уничтожу тебя, ты, жалкий мешок с гноем. Убирайся со своей надутой задницей из моего города.

Крылья Дженкса взлетели выше. Я стояла с кажущейся уверенностью, но внутри меня просачивались сомнения: мысли о солнце и ветре, которые я, возможно, никогда больше не увижу и не почувствую, о Тренте, мягком во сне рядом со мной, о Дженксе, о великих идеях, которые поддерживали его, медленно умирающего, когда он колебался, один в церкви. Впервые я задумалась, переживу ли я это.

И Констанс увидела мои сомнения, почувствовала мою усталость в воздухе, насыщенном пыльцой пикси и вампирскими феромонами.