Закон подлости гласит...

- Какая прелесть, - вздохнул Альберт, глядя, как гадина в ошейнике щелкает зубастой пастью. – Выяснить, кто ее выпустил и откуда она здесь. Допрашивать необязательно. Можно просто убить. Я имею в виду тварь. Владелец мне нужен живым.

Приказ был выполнен незамедлительно. Наконец-то я привела экспедицию к трупу. Безголовый труп сидел точно в той же позе, в которой я его оставила. Альберт спокойно присел на корточки, разглядывая тело.

- Ваша Милость… Я его знал… - со вздохом ответил один из инквизиторов. – Он учился на два года старше меня. – Нам сказали, что его отчислили.

- Мне нравится, как отчисляют в Академии. Полагаю, что мне еще повезло, - заметил Альберт, рассматривая одежду студента. – А теперь, Освальд, посмотри на это. Я из-за этого не спал все утро. И не усну, пока не проверю.

Курсовая и мои записи перекочевали из рук в руки.

- Это – бред. Курсовая – еще куда ни шло. А записи – полный бред, - покачал головой Освальд. – Это – абсолютно нелогично! Здесь нужно делить, а не умножать! И откуда значение «С»? С каких это пор значение «синергии» - целое число? Почему два? Откуда вообще эта двойка взялась? Какой дурак это писал?

- Характеристику умственных способностей держи при себе. Это расчеты Анабель. Я сегодня специально сел пересчитывать. Достал все книги по телепортации. И самое интересное, что даже по ее формуле я получил совсем другой ответ! Десять раз один и тот же «другой» ответ, - усмехнулся Альберт, положив руку на мою «просветленную» гуманитарную голову. – Вот мой ответ. Внизу. Подчеркнутый. Два раза. И обведенный в кружок.

- У меня тоже получается твой ответ, - задумчиво заметил Освальд, отбирая мою ручку и делая расчеты. – Я не знаю, как она получила свой ответ, но … я уже сказал. Не в обиду будет сказано. Я считаю, что те, кто не понимают в магии, пусть лучше ею вообще не пользуются.

- То же самое касается тех, кто в ней понимает. По этому «бреду» она смогла нарушить закон телепортации и перенестись из-за города в город. Правда, посадка была не очень мягкой, но ей удалось это сделать, - заметил Альберт. – Я привел тебя сюда, чтобы мы разобрались с этим вопросом.

- Альберт! Я же сказал, что это… полная …эм… ерунда, – возмутился Освальд, перелистывая курсовую. – Вот, уже вижу ошибку в формуле. Он не учел значение … Так, здесь тоже непонятно, откуда он взял эти числа? Ладно, попробую еще раз пересчитать… Альберт, ты решил верно. У меня ответ сходится с твоим.

- Давайте сюда! Не умеете считать, учитесь! – возмутилась я, доставая ручку и выхватывая листок. Я перевернула писанину Альберта и начала выводить свое решение.

- Да что ты творишь! – взмолился Освальд, глядя мне через плечо. – Это же не умножение! Этот знак означает коэффициент….

- Будете вредничать, ничего показывать не буду! – возмутилась я, дописывая ответ.

«Скоро мы гастролировать с лекциями будем!» - хмыкнул демон. – «А теперь, смертельный номер. Гуманитарий решает магическую задачу! Слабонервным магам просьба отвернуться и не смотреть! По окончанию расчетов, поседеют даже самые стойкие теоретики!»

- Вот! – я отдала ответ, который сошелся с моим предыдущим. Бедолага Чейз смотрел на меня с пола пустыми глазницами.

- Кто проверит? Давай, Освальд. Ты или я. Или у тебя есть кандидатуры, которых не жалко? Сам понимаешь, насколько это важно. Учти, приземление было на крышу.

- Давайте я попробую, - произнес один инквизитор, беря в руки мои расчеты и переписанную из курсовой формулу. – Если что, позаботьтесь о моей семье.

- Давай сюда! – хмуро заметил Освальд, вырывая из рук инквизитора расчеты. – Просто я уверен, что ничего не получится. Разницы нет, что из-за города, что отсюда. Ты, Альберт, за это подпишешь документы?

Альберт кивнул. Освальд произнес мою формулу и … исчез. Обратно мы шли молча. Я молчала, потому, что была обижена до глубины гуманитарной души, Альберт был просто озадачен, а инквизиция молчала по долгу службы. Молчал и Винсент Чейз, который, сам того не ведая, заложил основы «гуманитарной» магии. Посмертно. 

- Зачистить всю канализацию. Чтобы ни одной крысы не было. Академии – штраф за то, что сливает свои помои. В размере сметы на ремонт канализации. Пусть ремонтируют за свой счет, а не за счет города. Больше меня этот вопрос не волнует, - вздохнул Альберт на выходе. – Пусть не подлезают со своими бумажками.

- Альберт! А если формула работает, что мне за это будет? – поинтересовалась я, заглядывая в глаза.

- Я тебя повешу… - вздохнул Альберт, улыбаясь.

- На доску почета? – обрадовалась я, представляя свой портрет на стенде «Ими гордится магия!»

- Нет, на доску «их разыскивает инквизиция»! – с улыбкой ответил Альберт, проходя в холл. – А потом возьму тебя под домашний арест, на собственные поруки.

В холле нас ждал Освальд. Глаз у него методично подергивался, темные кустистые брови по привычке хмурились, образуя на лбу поперечную морщину. В руках он сжимал курсовую и мои записи.