Джон Толкин - Властелин колец

Фродо склонил голову.

– А чего желаешь ты сама? — спросил он, помолчав.

– Пусть будет то, чему должно сбыться, — легко ответила она. — Любовь эльфов к их земле и к тому, что сделано их руками, глубже, чем бездны Моря. Они вечно будут оплакивать потерю, и горе их никогда полностью не исцелится. Но они скорее откажутся от всего, что имеют, чем предадутся Саурону, ибо теперь они его знают. Ты не в ответе за судьбу Лотлориэна. Ты должен думать только о том, что тебе поручено. Но если бы от моего желания была какая–нибудь польза, я желала бы только одного: чтобы Единое никогда не было создано или чтобы оно навсегда пропало из Средьземелья.

– Ты мудра, бесстрашна и справедлива, Владычица Галадриэль, — проговорил Фродо с робостью. — Я отдам тебе Единое Кольцо, если ты попросишь. Слишком много мне чести в такой ноше!

Галадриэль рассмеялась внезапным, звонким смехом.

– Может, Владычица Галадриэль и мудрее многих, — сказала она, смеясь, — но по учтивости она встретила себе равного. Вот ты и отомстил мне за то, что я подвергла тебя испытанию при первой нашей встрече! Ты становишься зорким. Не отрицаю — сердце мое горячо желает того, что ты мне предлагаешь. Сколько долгих лет я размышляла о том, как поступлю, если Великое Кольцо попадет ко мне, — и вот, пожалуйста! Стоит только протянуть руку — и оно мое! Древле созданное зло идет многими путями и действует независимо от того, в силе Саурон или нет. Разве нельзя было бы записать на счет Кольца мой поступок, отними я Кольцо у гостя с помощью силы или страха? И вот оно само идет ко мне в руки. Ты отдаешь Кольцо по доброй воле! Вместо Черного Властелина ты возводишь на трон Властительницу. Но я не буду Черной — о нет! Я буду дивной и грозной, как Утро и Ночь! Прекрасной, как Море и Солнце, и снег на вершинах! Страшной, как буря и молния! Я стану сильнее оснований земли. Все будут любить меня и все лягут прахом у моих ног!

Она подняла руку — и из ее Кольца внезапно вырвался сноп ярчайшего света, осветив ее одну и оставив все прочее в темноте. Она стояла перед Фродо — неизмеримо высокая, недостижимо прекрасная, неизъяснимо грозная и величавая. Однако… рука ее вдруг упала, свет померк, и Владычица снова рассмеялась. Что это? Она стала как будто меньше ростом. Перед Фродо стояла простая, хрупкая эльфийская девушка в обыкновенном белом платье, и ее голос снова был тих и нежен.

– Я прошла испытание[283], — сказала она. — Я умалюсь, уйду на Запад и останусь Галадриэлью.

Они долго стояли молча. Наконец Владычица заговорила.

– Вернемся! — сказала она. — Утром тебе надо будет уходить: выбор сделан и реки судьбы текут дальше.

– Я хотел бы спросить об одном, пока мы не ушли, — сказал Фродо. — Я об этом собирался узнать еще у Гэндальфа, в Ривенделле. Мне позволили нести Единое Кольцо. Почему же я не вижу остальных Колец и не читаю мыслей тех, кто их носит?

– Ты просто не пытался, — улыбнулась Галадриэль. — С тех пор как ты узнал, чем обладаешь, ты лишь трижды надевал свое Кольцо на палец. Но и не пытайся! Это тебя подточит и разрушит. Разве Гэндальф не говорил тебе, что Кольца дают власть по мерке их обладателя? Прежде чем воспользоваться этой властью, ты сам должен был бы стать много сильнее и приучить свою волю господствовать над волей других. Но твой взгляд и без того обострился — ведь ты Хранитель, ты уже надевал Кольцо и видел сокрытое. Ты прочитал мои мысли яснее, чем многие из тех, что считаются мудрыми. Ты узрел Глаз Того, кто держит при себе Семь и Девять. А на моем пальце разве ты не увидел кольца[284] и разве не понял, что это за кольцо? Ты что–нибудь заметил, Сэм? — спросила она, повернувшись к Сэму.

– Нет, Госпожа, — честно ответил Сэм. — Сказать правду, я не очень–то и понял, о чем вы говорите. Я видел только звезду, что светила сквозь твои пальцы. Но если вы простите, что я встреваю, то я скажу, что мой хозяин предложил правильно. Я бы, например, очень хотел, чтобы ты взяла у него это Кольцо. Ты поставила бы все на свои места. Ты бы показала им, как перекапывать нашу норку и вышвыривать моего Старикана на улицу. Они бы заплатили тебе за все свои грязные делишки!

– Заплатили бы, это верно, — задумчиво сказала Галадриэль. — С этого бы я начала… Ах! Если бы этим все и кончилось! Увы! Давайте не будем больше об этом говорить. Идемте!

Глава восьмая.

ПРОЩАНИЕ С ЛОРИЭНОМ

Этим вечером Кэлеборн снова призвал Отряд к себе. Владыка и Владычица милостиво приветствовали гостей, и Кэлеборн заговорил о расставании:

– Тем, кто хочет продолжать Поход, настало время укрепить сердце и покинуть этот край. Те же, кто не хочет идти дальше, могут пока остаться в Лориэне. Но ни тем ни другим покой не обещан. Мы подошли к роковой черте. Кто пожелает — может ждать своего часа здесь. В конце концов пути мира снова откроются перед ним, а если нет — мы призовем его на последний бой за Лориэн. А потом он сможет вернуться к себе домой — или уйдет в вечные обители павших.

Наступило молчание.

– Они решили продолжать путь, — молвила Галадриэль, глядя в глаза членам Отряда.

– Что до меня, — пожал плечами Боромир, — то мой дом — впереди, а не за спиной.

– Это так, — кивнул Кэлеборн. — Но разве остальные тоже идут за тобой в Минас Тирит?

– Мы еще не выбрали дороги, — ответил за него Арагорн. — Куда собирался идти Гэндальф после Лотлориэна, я не знаю. Но не думаю, чтобы цель была ему ясна. Даже ему…

– Возможно, — сказал Кэлеборн. — Но когда вы покинете наш край, вам в любом случае не миновать Великой Реки. Некоторым из вас прекрасно известно, что пешеходу с грузом на плечах без лодки через нее не переправиться, — от Лориэна до самого Гондора нет ни одного моста. А в Осгилиате мосты разрушены, и все причалы в руках Врага — верно, Боромир? А если так — каким берегом вы пойдете? Если вы решите держать путь в Минас Тирит, переправляться незачем, но прямая дорога лежит к востоку от Реки, по темным и опасным землям. Так как же?

– Если бы моего совета послушали, я выбрал бы этот берег и дорогу в Минас Тирит, — быстро ответил Боромир. — Но Отрядом командую не я.

Остальные промолчали. Арагорн казался озабоченным; видно было, что он колеблется.

– Вижу, вы не знаете, как поступить, — заметил Кэлеборн. — Не мне делать выбор за вас, но я помогу вам, насколько это в моих силах. Среди вас есть такие, кто умеет править лодкой, например Леголас, чей народ хорошо знаком с быстрой Лесной Речкой, Боромир из Гондора, Арагорн, испытанный путешественник…

– И один хоббит! — обрадовался Мерри. — Не все у нас в Заселье думают, что лодка — вроде дикой лошади. Мой народ живет на берегах Брендивина!

– Это хорошо, — одобрил Кэлеборн. — Тогда я снабжу вас лодками. Они должны быть маленькие и легкие — если вам предстоит долгий путь по воде, то по дороге встретятся и волоки. Вам придется миновать перекаты Сарн Гебир[285], а может, и великий водопад Раурос[286], низвергающийся с уступа Нэн Хитоэль[287]. Встретятся на пути и другие опасности. Лодки на время облегчат ваше путешествие, но с выбором пути не помогут: в конце концов вам придется оставить и лодки, и Реку, и свернуть к западу — или к востоку.

Арагорн горячо поблагодарил Кэлеборна. Этот дар — лодки — очень обрадовал его, и не в последнюю очередь потому, что теперь решение можно было на несколько дней отложить. Прибавилось надежд и у остальных. Какие бы опасности ни ожидали впереди — лучше плыть к ним по могучим волнам Андуина, чем брести, сгорбив спину, по берегу! Сомневался один Сэм: что бы там ни было, он продолжал считать, что лодка — та же дикая лошадь, если не хуже. Даже пережитые испытания не могли заставить его сменить гнев на милость.

– Все будет готово завтра, еще до полудня. Лодки будут дожидаться вас у причала, — обещал Кэлеборн. — Утром я пошлю вам на помощь эльфов. А теперь — доброй ночи и бестревожного сна!

– Спокойной ночи, друзья! — улыбнулась Галадриэль. — Спите в мире! Не утруждайте себя излишне, не думайте о завтрашнем дне. Может статься, каждому из вас уже уготована своя дорога, хотя вы и не видите этого. Спокойной ночи!

Владыки отпустили гостей, и те вернулись в шатер. Вопреки обыкновению, Леголас остался ночевать с Отрядом, — это была последняя ночь, которую им предстояло провести в Лотлориэне, и они, не вняв пожеланиям спокойной ночи, все–таки решили обсудить, как быть дальше.

Они долго спорили, что делать и как лучше всего подступиться к цели, о которой напоминало Кольцо на шее у Фродо, но в итоге так ни к чему и не пришли. Ясно было, что большинству хотелось бы пойти в Минас Тирит, чтобы хоть ненадолго отсрочить страшный поход в логово Врага. Никто, правда, не стал бы роптать вслух, поведи их Арагорн за Реку, в тень Мордорского Хребта, но Фродо отмалчивался, а сам Арагорн по–прежнему разрывался между двумя решениями.