Эд Гринвуд - Судьба дракона

Остальные жрецы взирали на все это снаружи с откровенным ужасом — и опустошающий удар Амбелтера накрыл их, разделившись, чтобы поразить всех, кто здесь был.

Один еще успел метнуть в комнату заклинание — сеть змеиных пастей, которые Гадастер мимоходом уничтожил. Он послал в ответ поток молний, а приросшие к полу жрецы, опустошаемые магией Амбелтера, получив молниями удар ниже колен, попадали на пол замертво. Щупальца заклинания жадно высосали их.

Даже когда удар Гадастера заставил его отступить и его щит заколыхался и рассыпался искрами, Ингрил Амбелтер ощутил прилив новых сил — жизненная сила погибших жрецов забурлила в нем. А за ней последовало что-то еще…

Что-то огромное, глубокое и темное. Что-то, заставившее его трепетать от каждого прикосновения. Такой силы он никогда не касался прежде. Она, вибрируя, шла через него, делала его сильнее, холоднее, и… и…

«ИНГРИЛ АМБЕЛТЕР», — прошептал у него в голове бог.

— Д-да?

«ТЫ ЗНАЕШЬ, КТО Я, ВСЕ МЕНЯ ЗНАЮТ».

— Да, о Темный!

«ТЫ ПОХИТИЛ УЖЕ ДОСТАТОЧНО СИЛЫ. Я ДОВОЛЕН. СТАНЬ ЖЕ ТЕПЕРЬ ВЕЛИКОЙ ЗМЕЕЙ, ЕСЛИ ТЕБЕ ЭТО ПРИЯТНО».

И вокруг него открылся Траэль, звенящий, огромный и потрясающий. В сердце сокрушающего огня Дваера, даже в тот момент, когда смертоносный удар Гадастера наполнил все его существо болью, Ингрил Амбелтер узрел — и ахнул. Так вот чего ему так не хватало! Не мертвый Камень с застывшей в нем силой, а живая паутина магии, самопознающая, огромная…

«УДИВИ МЕНЯ».

И внезапно огромный груз тьмы ушел из его разума, даже не удосужившись сказать: «или еще кого-нибудь».

Ингрил Амбелтер очнулся от благоговейного головокружения и стянул к себе новообретенную силу. Так вот каково быть Великой Змеей!

Расхохотавшись от возбуждения, Повелитель Заклинаний всей Аглирты послал удар, который с легкостью должен был уничтожить и Дваер, и его хозяина, и все вокруг!

Свет вспыхнул в его пальцах, послышался страшный рев, он все нарастал, и вот дальняя стена изуродованного зала исчезла, потолок обвалился, и солнце хлынуло внутрь, чтобы показать во всей красе, как огромное здание, частью которого была эта комната, обрушивается внутрь себя с сотрясающим землю грохотом.

Солнце также отразилось от чего-то маленького, вращающегося, что висело в воздухе рядом с ним — там, где был Гадастер в похищенном им теле девушки из Радужных Драконов.

Ингрил посмотрел на это, затем мрачно кивнул. Гадастер переместился, оставив за собой только мерцающий щит, — как и сам он сделал, когда удирал из своего убежища от проклятой Банды Четырех. Может, попробовать отследить его своим Дваером? Но его отнесет этим щитом непонятно куда.

А если вместо этого призвать Траэль?

Траэль ждал, мерцая у него в сознании, но Ингрил мгновенно увидел два его недостатка: он мог провести дни, исследуя потоки этой новой магии, и Траэль не годился для его цели.

Несомненно, он мог выяснить, куда переместился его враг, много часов наблюдая или, по счастливому стечению обстоятельств, просто наткнувшись на нужное место и так обнаружив Гадастера. Но что сделает за это время его бывший хозяин? В первую очередь сразу переместится куда-нибудь еще.

Ха! Да зачем ему сейчас размениваться на мелочи? Пусть череполицый чародей расхаживает себе в чужом теле! Ингрил Амбелтер мог еще беспокоиться о ходячем скелете с Дваером, но Великая Змея лишь посмеется над жалкими умениями Гадастера!

Дваер Амбелтера вспыхнул ослепительным, торжествующим пламенем, архимаг рассмеялся и посмотрел на него, опьяненный темной шепчущей силой, что текла в его жилах. Она теперь навсегда останется в нем, и он будет неутомим и могуч, как сейчас.

И он сможет сделать — вот это!

Он отдался на волю силы и стал расти, меняться, поднимаясь над руинами, превращаясь в гигантскую змею, воистину Великую Змею!

Поднявшись на хвосте выше самого высокого замка, Ингрил Амбелтер сверху вниз посмотрел на Долину, распахнул клыкастую пасть и торжествующе взревел.

Но из пасти его вырвалось громоподобное шипение. Он раскачивался взад-вперед, охваченный радостью. Серебряная повторяла его извилистый путь, Траэль окружал его блистающей паутиной и… о, Траэль!

Как только он подумал о Траэле, чары снова охватили его, и он уменьшился, забыв об огромном змеином теле. Великая Змея исчезла.

Заблудившись в чудесах Траэля, Ингрил Амбелтер стоял нагой среди обрывков своего одеяния, с пламенеющим Дваером в руке, не замечая выживших змеиных жрецов, которые попадали на колени, а потом лицом в землю вокруг него в немом благоговении.

24

ОБОРОТНИ И ТАЙНЫ

ПЫЛАЮЩИЙ ТУМАН замерцал и отступил, как прибой, и Четверо оказались в тронном зале дворца на острове Плывущей Пены. Хоукрил держал на руках бесчувственное тело Эзендора.

Гвардейцы потянулись за мечами, но леди Серебряное Древо жестко приказала им стоять. В ее руке многозначительно сверкнул Дваер. Они повиновались, и один из ветеранов осмелился спросить:

— Что с лордом Черные Земли… как он?

— Устал, не более того, — коротко ответила Эмбра, понимая, насколько это далеко от истины. Похоже, Черные Земли избавился от заразы, но столкновение Дваеров снова поразило его разум. Очнувшись, он то видел дочь и друзей, то не видел, и бормотание его было бессвязно, как те крики, что он испускал во время ночных кошмаров.

Банда Четырех уже собиралась покинуть королевские покои, когда дверь впереди с грохотом распахнулась и в зал вошли гвардейцы в полных доспехах с луками в руках. Позади них шел король Ролин, и, увидев Высочайших Князей, он яростно закричал:

— Вот они! Все, кто верен Аглирте, — убейте предателей!

Краер тут же отскочил в сторону, так чтобы любой, кто будет в него стрелять, попал в стражников, стоявших вокруг трона. Эмбра недоумевающе уставилась на короля — и тут же послала удар Дваера, пытаясь отмести в сторону и гвардейцев, и стрелы.

Тшамарра подскочила к Эмбре, чтобы дотянуться до Камня, а Хоукрил взревел и присел, прикрывая Эзендора. Гвардейцы выпустили тучу стрел.

Магия Эмбры должна была остановить их в воздухе и обездвижить тех, кто стрелял. Какое-то мгновение так и было. Зал застыл в молчании — но тут что-то сверкнуло у горла короля Ролина, и магия Эмбры перестала действовать.

Стрелы снова понеслись вперед, Эмбра выругалась и приказала Дваеру усилить ее связь с заклятием Живого Замка. В тронном зале эти связи были гораздо сильнее — и потолок повиновался ее воле. Огромные его куски рухнули вниз на мраморный пол, сметая по пути стрелы.

Первое заклинание Тшамарры едва зацепило короля, и его Дваер снова вспыхнул, но через миг лицо Ролина оплыло, плоть невообразимым образом сползла с его головы, и Эмбра закричала: