Холли Лайл - Подстрекатель

Но все же сферы-трансляторы нацелились на Соландера.

Значит, комментаторы хотя бы в малейшей степени знали о происходящем, раз никак не прокомментировали слова Велин. А волшебники, контролирующие экраны, знали достаточно, чтобы показать ее изображение лишь на расстоянии. Было ли им известно, что она покажет на него и разрушит их иллюзию, что Подстрекатель Винкалис находится на свободе?

Возможно.

И она умерла, ненавидя его. Рейт подумал, что это будет преследовать его вечно. Он пытался спасти ее — пытался ей помочь. И помог погибнуть.

Рейт вздрогнул, когда стражники привязали оставшихся жертв из второй группы и покинули место казни.

На этот раз сфера-транслятор висела перед Соландером. Рейт увидел, как Соландер закрыл глаза. Когда золотисто-зеленый световой щит опустился, он увидел другой огонь — тихий, бледно-белый, — мерцавший из кожи Соландера.

Позади Рейта у Джесс перехватило дыхание.

Напротив него Соландер поднял взгляд к небесам.

Он закричал:

— Водор Имриш! Дай мне время — я еще не все сделал здесь!

Когда вывели Соландера, Джесс сжала руку Патра и прошептала:

— Нет.

Патр взял ее руку в свою, наклонился к ней и тихо, так, что она едва услышала его, прошептал:

— Мы не можем уйти. Если попытаемся это сделать, то привлечем к себе внимание и в мгновение ока окажемся на арене вместе с остальными. Так что сиди здесь, накрой голову капюшоном и не смей плакать, иначе мы оба погибнем.

Джесс кивнула.

— Прости, Джесс, — добавил ее спутник. — Я не хотел, чтобы ты была здесь и видела это.

Теперь она жалела о том, что пришла. И хотя она ненавидела Велин, ей было страшно смотреть, как у нее на глазах Велин превратилась в пепел. Кошмарное зрелище столь же жуткой смерти первой сотни людей будет всегда стоять у нее перед глазами. Но сейчас Джесс видела Соландера, который, после Рейта, был ее лучшим другом. Ему предстояло умереть, и ей придется стать свидетельницей его последних мгновений, не имея ни малейшей возможности помочь ему.

Через четыре ряда перед ней сидел Рейт. По бокам стояли стражники. Еще два стражника стояли у него за спиной. Джесс не знала, почему он не на арене, а в числе зрителей. Его схватили следователи Безмолвного Дознания, и, по словам Патра, если они оставили его в живых, то его судьбе вряд ли можно будет позавидовать.

Джесс казалось, что мир рушится. Ей отчаянно захотелось встать со своего места и закричать: «Я — одна из них! Убейте и меня!»

Однако выражение лица Соландера удержало ее от этого безрассудного поступка и вселило в сердце надежду. Он не выглядел испуганным. Скорее спокойным и торжествующим. Он поднял взгляд на огненный шар, который разослал его изображение по всему миру, и Джесс показалось, что на его лице промелькнула еле заметная улыбка. Она не могла представить себя на его месте — как можно, находясь буквально на волосок от мучительных страданий и смерти, излучать такое спокойствие?

Возможно, подумала она, Соландер нашел способ вырваться отсюда.

Щит, заслонявший арену, упал, и сидящие в зрительном зале люди в предвкушении неповторимого зрелища подались вперед, однако эффекту рево не суждено было коснуться несчастных мучеников.

— Водор Имриш! — неожиданно воскликнул Соландер. — Дай мне время! Я еще не все сделал здесь!

После встречи с Водором Имришем Соландер занялся накоплением энергии. Сейчас, всматриваясь в лица тех, кто пришел понаблюдать за казнью, он в последний раз перебрал в уме возможные варианты спасения.

Соландер был уверен в том, что может оградить себя от всего, что волшебники Империи способны обрушить на него.

По крайней мере на какое-то время. Однако Империя может использовать сотни магов, которые могут задействовать практически все неисчерпаемые ресурсы уорренской энергии. У него же имеется только то, что он хранит внутри себя. Существует серьезная опасность того, что он не сможет выдержать такой мощный натиск и погибнет.

Возможно, ему удастся и самому атаковать волшебников, контролируя рево при помощи собственной жизненной энергии. Но при этом не следует забывать о том, что сила, которую он обрушит на своих противников, вряд ли сможет сравниться с мощью щитов, которые те выставят. Он погибнет, так и не добившись поставленной цели.

Долгое время Соландеру казалось, что третьего варианта развития событий нет, что он либо погибнет, прикрываясь щитом, либо лишится жизни, предприняв бессмысленную атаку на врагов. Лишь задумавшись о судьбе тех, кого Империя безжалостно уничтожала, он понял, что имеется и другой, третий вариант.

Водор Имриш сообщил, что Соландер сделал почти все, что было в его силах, и что его смерть завершит миссию, возложенную на него судьбой. Но, возможно, он сможет сделать нечто большее. Если он лишится возможности жить и продолжать борьбу, то, может быть, ему удастся бороться и дальше, находясь по ту сторону человеческого существования. Ему даже может посчастливиться найти путь обратно в жизнь. Бог предложил освободить его. Но Соландер не мог принять его предложение. Он почувствовал, как вокруг арены возводятся силовые щиты, и понял, что за считанные мгновения до смерти ему необходимо сделать то, что он страстно желал осуществить.

Он посмотрел на мерцающую нежным светом голубую сферу магического экрана и улыбнулся при мысли о том, какой будет реакция властителей Империи, если удастся осуществить задуманное. Собрав до последней капельки свою жизненную энергию воедино, Соландер крикнул:

— Водор Имриш! Дай мне время. Я еще не все сделал здесь!

В следующее мгновение он отдал Водору Имришу свою жизнь, дыхание, свою плоть и кровь, свою душу.

Вокруг Соландера засиял свет магических силовых щитов, и он почувствовал, как рево уходит в землю у него под ногами.

Он почувствовал мощь собственной ярости, рожденной в глубинах души.

Но прежде чем рево коснулось и его самого, и пленников на поле казни, в происходящее вмешался Водор Имриш. Он принял жертву Соландера — его дыхание, плоть, кровь и душу — и к этому жертвоприношению добавил свою собственную невероятную силу, свой собственный праведный гнев. Соландер почувствовал, как через него проходит божественный огонь, чисто и безболезненно поглощая его, и испытал невыразимую радость.

Освобожденный от веса своего тела, с душой, на мгновение слившейся с душой бога, он внезапно ощутил безмерную боль и сострадание ко всем тем несчастным, которые сейчас находились на поле казни и ожидали, что крылья смерти в любое мгновение коснутся их.

Соландер всем своим невесомым бестелесным существом потянулся к ним и за долю секунды до того, как рево уничтожило бы их, отвел от них опасность и спрятал в надежное место, вне пределов досягаемости Магистров Империи Харс Тикларим. Когда они оказались вне опасности, Соландер на какое-то мгновение восстановил свое лицо и обратился к тем, кто сидел в амфитеатре, а также к миллионам людей, наблюдавших за происходящим из своих домов.