Дэвид Фарланд - Братство волка

Зеленая женщина с радостным воплем кинулась на опустошителя.

Аверан невольно вскрикнула:

— Стой, Весна!

Но та не остановилась. Быстрым движением правой руки она начертила в воздухе какую-то руну и нанесла удар.

Эффект был потрясающий: с громким треском череп лопнул и, прорвав плоть, наружу показались обломки кристаллической кости.

Аверан разинула рот. Подобное было не под силу никакому оружию. Ни боевой молот, ни кувалда — даже в руках воина с двадцатью дарами силы — не могли нанести опустошителю столь страшный удар.

Но Аверан видела это своими глазами.

Опустошитель зашипел от боли и попытался отпрянуть, но двигался он уже с трудом.

Зеленая женщина подпрыгнула и снова ударила его по морде, с тем же эффектом. Звук удара эхом отозвался от балок под потолком.

Опустошитель содрогнулся и упал замертво.

Зеленая женщина вскочила ему на голову, запустила свою изящную руку глубоко в рану и зачерпнула пригоршню мозга.

Из раны заструился ихор.

По слухам, опустошители не имели собственного запаха, они всего лишь имитировали запахи того, что их окружало.

Но сейчас Аверан, от ужаса прилипшая к балке, неожиданно поняла, что от зеленой женщины пахнет опустошителем.

Аромат ихора разлился по всему помещению, жирный и сладкий. Аверан не ела несколько дней. Овощи ее не насытили, и девочка думала, что ей хочется мяса.

Сейчас же рот ее наполнился слюной, как у изголодавшегося человека, который раздобыл наконец корку хлеба.

Вот что было ей нужно, вот чего она на самом деле жаждала.

Аверан заторопилась вниз, не в силах более усидеть на месте. Ей было очень страшно, но запах крови опустошителя притягивал с такой силой, что устоять она не могла и знала, что никогда уже не устоит перед этим соблазном.

Опустошители. Они были необходимой для нее пищей. Но, в отличие от зеленой женщины, сама убивать их Аверан не умела.

Спустившись с балки, она подбежала к трупу чудовища.

«Избавитель от Зла, Праведный Разрушитель» — так звали зеленую женщину. Теперь понятно, что именно она призвана разрушать.

Поняла Аверан также кое-что и о себе. В ее жилах текла теперь кровь зеленой женщины, и они стали схожими по своей природе.

И она уступила отчаянному желанию — забралась на голову опустошителя и начала рвать руками сладкое, теплое, сочное мясо и жадно поедать его.

— М-м-м… м-м-м, — замурлыкала зеленая женщина. — Кровь — да.

— Кровь — да, — согласилась Аверан, запихивая мясо в рот.

Она слышала, что опустошители поедают своих умерших сородичей. При этом к ним переходит магия и сила мертвых, и старики, которые пережили и съели многих своих соплеменников, становятся самыми могущественными колдунами и самыми доблестными воинами.

Наконец-то она нашла подходящую пищу, такую пищу, от которой кровь быстрее потекла по жилам. И с каждой секундой она чувствовала себя все лучше.

«Я не должна этого делать, — сказала себе девочка. — Люди не едят опустошителей. Людей от этого стошнило бы. Я ведь не опустошитель».

Но при этом она ела и благодарила земные силы за такой подарок.

Глава 36

Стрельба в темноте

Услышав, что трубят сигнал сбора, Миррима воспряла духом. Ей хотелось поскорее отправиться в дорогу. Везти теперь с собой надо было только двух щенков, и мысль о скачке при луне будоражила кровь.

Она быстро оседлала свою лошадь, взялась за коня Иом. Щенки носились по конюшне, обнюхивая стойла и ловя друг друга за хвост.

Только Миррима взнуздала и покрыла коня попоной, как вошел Джурим.

— Не беспокойтесь, — сказал он со своим сильным тайфанским акцентом. — Ее величество не поедет сегодня ночью, задержится до утра.

— До рассвета? — переспросила Миррима. — Еще шесть часов!

— Нет, — ответил Джурим. — На рассвете она позавтракает, потом возьмет дары у своих щенков. Она не хочет везти их с собою, а лошадь у нее резвая, войско догнать сумеет.

Иом и Миррима выбирали щенков одновременно. Миррима подумала, что ей, наверное, тоже стоит по примеру Иом взять на рассвете дары у оставшейся парочки. Лучше сделать это до поездки. Иом права — поскачи она во Флидс с четырьмя щенками в седельной сумке, завтра весь Рофехаван будет знать, что она собирается стать «лордом-волком».

Сама мысль об ожидании была Мирриме ненавистна. Вчера она ждала Иом и едва не поплатилась за это жизнью.

Но уехать одной нельзя. Королеву должна сопровождать женщина, а Иом пока считает ее своей Дамой Чести, что бы там Миррима ни планировала для себя в будущем.

— Очень хорошо, — сказала Миррима, поклявшись про себя, что ночь эту даром не потратит. Возьмет лук и поупражняется в стрельбе.

Она вынула лук из футляра, подхватила щенков и направилась было к двери, но тут в конюшню вошел Габорн.

Она учуяла его еще до того, как увидела, и то, что она учуяла, было ужасно — тошнотворное зловоние, от которого ей захотелось завыть.

Запах заполонил все пространство, ощущение было такое, словно к ней приближается сама смерть. В глазах потемнело, голова закружилась.

Миррима выронила и лук, и щенков. И испуганно вскричала:

— Уйдите! Уйдите отсюда!

Щенки залаяли, спрятались в пустом стойле и начали жалобно выть.

Миррима присела, скорчилась на полу, закрыв голову руками. Ей казалось, что у нее болит каждый нерв.

— Уйдите, господин мой! — закричала она. — Пожалуйста, уйдите!

Габорн остановился в дверях и посмотрел на нее встревожено.

— Что такое? — спросил он. — Что я сделал? Вы не заболели?

— Пожалуйста! — снова вскричала Миррима, озираясь по сторонам и не видя никакой возможности убежать. Конюшня была не простая. Здесь содержались сильные лошади, которых тщательно охраняли. Один вход, возле него — стражники. — Не подходите! От вас пахнет смертью!

Габорн хмуро посмотрел на нее, так же хмуро улыбнулся.

— Вы теперь «лорд-волк»?

Миррима только кивнула, задыхаясь, не в силах вымолвить слова.

Габорн опустил руку в карман и вынул темно-зеленый листок лопатообразной формы.

— Вы почуяли запах кендыря, только и всего. Я нашел его на улице.

Запах стал сильнее в пятьдесят раз, и ужас, который он внушал Мирриме, обжег ее раскаленным железом. Содрогнувшись всем телом, она снова закричала и отвернулась к стене.

— Пожалуйста, милорд, — взмолилась, — пожалуйста…

Она видела листок, понимала, что его природные свойства усилились от прикосновения Короля Земли. Сознавала, что источником ее ужаса и страдания был всего лишь этот несчастный листочек.