Ирина Сыромятникова - Меч Лун

Кольцо каменного крошева истончилось и сошло на нет — ничто материальное не могло уцелеть дальше. Сердце Хаоса было огромно: в безбрежной пустоте медленно вращалась светящаяся спираль, диск из умирающей материи. Рев оглушал. Струи льда и пламени смешивались и устремлялись в гигантскую плоскую воронку, из ее центра в обе стороны били лучи ослепительного света, вернее, не лучи, а потоки первозданной материи. С немыслимой скоростью она уносилась прочь, чтобы однажды, миллион лет спустя, состариться и вернуться к Началу. Это зрелище завораживало.

Все существо пронизывало непередаваемое ощущение причастности к таинству рождения и смерти.

В таком месте дисгармонией выглядела странная блескучая звездочка, застывшая на фоне буйства стихий. Я ткнул в нее пальцем.

— Вот он!

Замок был обращен к нам поглощающей структурой, напоминающей комок сосулек и рыхлого льда. Для того чтобы войти, нам следовало пробраться на противоположенную сторону.

— Нам туда в жизни не попасть, — резюмировал Жак.

— Ерунда! Эфир искажает расстояние, а здесь в особенности. К тому же, нам повезло — Замок движется нам навстречу.

Все верно, завершая цикл, падающая крепость возвращалась к тому месту, откуда пленители Вильяма отправились к гнезду гутлы. Вопрос первый — сколько ей еще сюда лететь. Вопрос второй — как скоро исчезновение пленника обнаружится. Я принял решение.

— Ждем!

Мы устроились под защитой языка светящейся дымки, а может быть — над ним (все зависело от нашей фантазии). Это был чисто человеческий рефлекс — видеть здесь нас все равно не могли, а искажения эфира в такой близости от Начала не способен различать даже истинный хаосит. Мне постоянно приходилось напоминать себе, что здесь ничего не является тем, чем кажется. Я поймал себя на том, что ориентация в условиях Хаоса требует от меня все больших усилий, и забеспокоился.

Величественные виды больше не вызывали у меня восхищения. Я начинал двигаться по инерции, наобум. Возможно, неопределенность Хаоса давила на мозг, или я просто переутомился. Шутка ли сказать: первая в моей жизни ворожба, путешествие между Мирами, преображения туда-сюда…

И я не представлял, что буду делать дальше. Спутники пока не заметили моих колебаний, а может — не пожелали замечать. Жак следовал за мной с фанатическим доверием, свойственным Стражам, Вильям выглядел так, словно вообще потерял способность о чем-то размышлять. Они оба зависели от меня. Между тем память Герхарда больше ничем не могла мне помочь — моему предку так и не удалось попасть в Замок. Где-то здесь, на границе всего, он проиграл свой последний бой и сорвался, вернее, был сброшен к Сердцу Хаоса.

Мне нужно было отдохнуть, или результат нашего противоборства с Тьмой станет предсказуем.

— Жак!

Страж оторвался от разговора с Вильямом.

— Да, сэр?

— Я хочу вздремнуть. Если что-нибудь изменится, все равно — что, сразу буди меня.

Понял? При первом же ощущении.

— Хорошо, сэр.

Я не стал добавлять, что причиной неприятностей могу стать я сам, вернее, мои сны.

Засыпая, я видел, как они беседуют. Вернее, говорил Жак, а Вильям слушал его, как это делают собаки — ловя интонации и заглядывая в лицо.

Глава 8

Та оттепель, что порадовала их в начале пути, была последней. Старый граф не мог припомнить, чтобы в Сантарре случались такие холода, а жил-то он уже не мало лет.

Долгие дни падал снег, больше похожий на мелкий песок, потом небо расчищалось, и землю схватывал такой трескучий мороз, что колючие объятья метели начинали казаться благом. И так — раз за разом, второй месяц подряд.

— Погода — дрянь.

— Не говори мне о погоде, — пропыхтел закутанный в одеяла Фернадос. — Какого дьявола я с тобой поехал? Ты мог взять кого-нибудь помоложе!

— Я им не доверяю.

— Из-за твоих предрассудков я концы отдам!!

Зеленая Гильдия сдержала слово — армия Ункерта подошла к границам Сантарры. Мэтр Арсен присоединился к отряду графа Нарсела, направляющемуся к месту сбора сантаррских войск — магу предстояло вести переговоры с пребывающими туда лордами.

Большой отряд магов и Стражей отправился кружными путями к Эбенгему — это был отвлекающий маневр. Старый Икторн держал путь прямо в Сент-Арану, и сопровождали его всего трое гвардейцев во главе с Дюроком, одолженный мэтром Арсеном Страж Макс и Фернадос (как ударная магическая сила). Сошлись на том, что больший отряд не сможет незаметно проникнуть в город. Главной целью отчаянной экспедиции было спасение заложников.

— Соберем бойцов на месте. Ребята постарше смогут помочь в драке, — уверял Икторн. — Все-таки у нас не Шарена, мы своих детей не только фехтовать учим.

Фернадос вынужден был признать, что воинственные сантаррские традиции могут принести им пользу.

— Но не слишком надейся, Джеймс. Если там в охране стоят нежити, без магии их не одолеть.

— Доживем — увидим.

Они останавливались не на постоялых дворах, а в домах, которые лорд Кельвин обозначил как «надежные». Кроме них на дороге практически никого не было, снег был глубокий, и ехать было трудно.

— Если бы ни эти идиотские слухи, я бы никуда не поехал, Джеймс, так и знай!

Плюнул бы на все, и — не поехал.

Граф усмехнулся.

— Что, озадачили тебя?

— А то ты не знаешь, как это бывает! «Раз уж вы все равно собираетесь туда, мэтр, не могли бы вы…» А дальше следует список всего того, что они не сумели поручить своим шпионам.

— Сомневаюсь, что в Сент-Аране осталось много гильдийских шпионов.

— Их там вообще нет. Мирандос сдал королю всю агентурную сеть, по списку. Кого не знал он, того продал Карани. Те эмиссары, которых отправили осенью, еще не успели обрасти связями, и будут для нас бесполезны.

— Да ну, не в первый раз, — отмахивался граф. — У сержанта в столице знакомых больше, чем всех ваших агентов, даже если двойных считать по два раза.

Старый Икторн шутил, подбадривал гвардейцев, стараясь заглушить собственное беспокойство, становившееся все сильнее по мере приближение к Сент-Аране. Они ехали в самом сердце сантаррских земель, а на ум приходила северная глушь.

Понятно, когда мороз разгоняет по домам обывателей. Но как же купцы? Зима — время ярмарок. По санному пути можно добраться в любой уголок Сантарры, а транспорт дешев, так как множество селян пытается заработать на извозе. Ни снег, ни мороз не могут заставить торгашей упустить деньги.

Пес с ними, с прибылями, а как же продовольствие, фураж? Рядом Сент-Арана.

Многотысячное население столицы постоянно нуждается во множестве мелких предметов, всегда завозившихся со стороны. Без них жизнь горожан стала бы невыносимой. Разгулявшееся воображение подбрасывало Икторну самые дикие объяснения происходящему. Когда у самой заставы они обогнали обоз, везущий в город дрова, граф украдкой перевел дух.