Дзиньштейн - Ещё один человек

Еще в машине были менее безопасные гостинцы. Сначала попроще — целая коробка фальшфейеров — ну, эт я еще знаю. Хорошая придумка, ясно все.

А потом — четыре штуки гранат. Такие, консервные банки с трубочкой. Майор сказал, что это со склада, эргэ-сорок-два, старые, но хорошие.

И уже с запалами. Под снисходительным взглядом Изи, майор объяснил мне, где чего прижать-дернуть и как кидать. Ок, ясно, не тупой, разберусь. Советует использовать против плотных групп зомби, например в коридорах, но не забывать укрыться самому. Ладно… посмотрим. По две гранаты в сумочке на ремень на человека и по паре фальшфейеров — их Изя сунул просто под ремень, а я под резинку рукава куртки. Вроде, нормально. Однако такие приготовления не радуют — и еще меньше радует щедрость, с которой меня одаривают патронами — десять кубиков пистолетных, десять автоматных. Изя ворчит что-то, но, похоже — ему патроны за свой счет. Впрочем, и у него не мало. Самое время прояснить, что за жопа ждет впереди. А то как-то нехорошо уже знобит… и вообще стоять тут на сквозняке холодно.

Вскоре даже Изя не горит особым задором. Оказывается, в районе Северного проспекта, в каком-то торговом центре заблокирована группа живых, около десятка. Причем почти все — здоровые, молодые мужики. Но упырей там столько, что выйти нереально — точнее говоря — выходить нет смысла, много вокруг мертвяков. И что самое неприятное — к ним уже приходил хищник. Пока не добрался и вроде бы ушел… но — кто знает. Изя все ворчит за кто покроет его расходы, на что майор резонно напоминает о премии — а я невесело рассуждаю, глядя на Изин автомат. Он мне, кстати, не понравился. Красиво и стильно, но тяжелее, пожалуй, моего. И целиться неудобно, разве «от пуза», но это же без толку… даже с откинутым прикладом неудобно. А главное — я так уже прикидываю — супротив хищника он не потянет, поди. Патрончик не того. Почти как в моем пистолете, да и в парабеллуме похожие. То есть — только мой и остается. Однако.

Наконец, вроде бы все — мы готовы. Немного в шутку, но и всерьез — предлагаю кому-нибудь с поста присоединиться к нам, за долю — но к удивлению — все резко идут в отказ. Вот те раз, никому награда не нужна, что ли? Ну, ладно, больше достанется — и с этими словами лезу в шушваген. Страдальчески кривясь от неказистого вида конструкции, надо полагать, Изя залезает с другой стороны в кабину. Тронули. По пути рассуждаю вслух об такой инертности вояк на посту — заработок же предлагали! Внезапно Изя, срывающимся голосом говорит, что и он бы не поехал.

— Ээээ… эт как? Че так?

— А ничо. Знаешь, как таких, как ты, называют?: Йобнутые, не иначе. Вы же маньяки — ездить … ТУДА. Сами, да еще как на работу.

— Оба… А что такого? Я так в городе и живу… на окраине, правда.

— В Озерках?

— Не, один.

Даже теперь не знаю, чего Изю больше нервирует — цель поездки или моя персона. Нервно перебирая пальцами ремень автомата, интересуется — а я кто по жизни был… ну, — «до»? Отвечаю, что да как и он немного успокаивается. Потом нервно рассказывает, что едет вытаскивать отца. Иначе фиг бы он поехал. Потом рассказывает, болтая без умолку, что он вовсе не нацист, а все это от протеста, потому что жиды хуже фашистов, и ему иначе стыдно, но вообще он «за наших», и всегда девятого мая цветы на братские могилы носит. В этой форме, правда, которая впрочем, не эсэсовская, а очень похожая бундесверовская. И что фамилия у него вовсе не Зондерюден, и вообще все это понты и показуха, потому что все еврея норовят обидеть. И еще…

Расходится так, что приходится деликатно затыкать — приехали! Станция Хацепетовка, освобождаем вагоны!

Впрочем, сначала осмотримся. Майор рассказал, что можно пройти к ним по лестнице, типа эвакуационный… ага, есть, вон она! Подруливаем, вход в эдакой нише, задом… отлично. Ну… еще раз проверяемся — все стволы с патронами, гранаты, магазины… Изя нервно закусил губу, держа автомат двумя руками, я тоже поудобнее перехватываю к плечу свой… еще раз проверили. Начали!

Пробежали по ступенькам к дверям — никто не помешал, внутрь! Первый этаж — дверь закрыта, чисто…. Дальше… Изя тычет мне в спину стволом, матерю его и советую так не делать… второй… площадка, тут проход к лифтам и выход в холл…. А там… там таки да. И уже идут к нам. Бегом, с этими потом! Третий, наш… Оп-па! Тут их немеряно! Столпились и стоят… ща мы их…

Грохот выстрелов оглушает — валятся один, два… и внезапно вся кучка разбегается — причем только пара рванула вниз, к нам! Коротко дважды татакнул шмайссер — а Изя стрелок неплохой — готовы! Наверх… чорт, лестница назад слева, коридор направо…

— Изя, прикрой!

— Твою мать, я шо, бронипоизд имени Кларочки Целки, во все стороны пулять?!

Он строчит по поднимающимся снизу, и крутясь контролирует верхних, вот стих, наверное, меняет магазин, опять начал… Я отстреливаю патрон за патроном в темные мечущиеся фигуры в глубине коридора… Они падают, но не часто, вот и мне пора сменить… так… нормально, не уронил! В мешок пустой… Н-на, сам вылез, отлично… что же вы такие шустрые?!

— Граната!

Еб твою мать… впрыгиваю в коридор, в спину меня толкает Изя… Ну?! Где???!!!..

Ой, бля…

Жахнуло конкретно, пылью мотнуло с лестницы.

— Изя, сзади держи! — как сквозь вату…

— Понял!

Вперед, вперед… под ногами попадаются тела тех, что я свалил… а остальные как-то странно жмутся в глухом закутке напротив — и я иду, шаг за шагом, отстреливая с каждым шагом по паре патрон, стараясь попасть с коротких остановок… Почему они там теснятся? Пора менять…

— Изя, как там?

— Все нормально, лезут вяло!

Меняю магазин — и в этот момент один упырь кидается ко мне… чорт. Не успеваю. Ну и хер с тобой. Пистолет плавно выходит из кобуры, и почти в упор с вытянутой руки опрокидывает упыря. От так. Еще один, высунувшийся было, замешкался… и тут справа, оттуда, где, по идее, и есть цель нашего визита — грохнул выстрел От стены что-то отлетело, и упырь спрятался — и я спокойно дострелил, как в тире, всех четверых, последних из жавшихся в закутке.

— Эй! Не стреляй! Свои! — хер знает, из чего они там, но получить неохота.

— Идите, открыто!

Шмайссер тарахтит напоследок длинной очередью, и мы, проскочив недлинный коридорчик, вываливаемся за приветливо приоткрытую железную дверь.

Подсобка что ли, или венткамера какая… фигпоймет, темновато. Мужики, причем не старые в основном… постепенно глаза привыкают, под потолком два узеньких окошка-щели — ага, вот у двери стоит эдакий типичный «малдаване римонт квартира». А в руках — эге, вот он с чего. Пистолет для дюбелей.