Ольга Воскресенская - Не так, как у людей

Мне даже в голову не пришло, что моих спутников мучают опасения и душевные терзания. Я полностью сосредоточилась на словах и даже не заметила, как моя сумочка слетела со стола и закружилась над полом, как из нее повылетали все вещи. Мой взгляд прилип к полу на границе мелового круга. Поднять его выше я не решалась, чтобы не закружилась голова. К тому же так легче было сосредоточиться. Хотя я стояла очень близко к вихрю, ветер мне не досаждал: меня не тянуло внутрь круга, не бросало в стороны. Лишь волосы немного развевались за спиной, как от легкого бриза. Наверное, в слова заклинания вплетались какие-то строчки, призванные защитить говорившего от происходящих явлений. Многие фразы повторялись по нескольку раз, что когда-то облегчило мне процесс их запоминания. В некоторых местах предлагалось сделать паузу и досчитать мысленно до ста. Я не понимала, зачем это надо, но старалась в точности выполнить инструкции. Мне уже самой стало не по себе от мысли, какие силы задействованы в ритуале, но останавливаться было поздно. С моих губ сорвались последние строчки. Их я уже почти прокричала, стараясь перебить шум ветра. Вихрь разноцветных огней мгновенно вспыхнул нестерпимым светом, полностью ослепив меня. Похоже, Димка и Густав тоже не избегли временной потери зрения. Никто из нас не успел зажмуриться, так как не ожидал подобного финала.

Зрение возвращалось медленно. Казалось, я целую вечность неуверенно стою на ногах в полной темноте, тру глаза тыльными сторонами ладоней и периодически моргаю. Зато слух нисколько не пострадал, так как я прекрасно слышала ругань напарничка и немецкого магистра, а еще уловила еле слышный стон Алекса. Все эти звуки меня обнадежили, ведь они означали, что никто серьезно не пострадал. За физическое и психическое состояние Димки и Густава я не волновалась абсолютно: пострадавшие так не вопят. Гораздо больше меня беспокоило то, что я не могла увидеть Алекса. Слабый стон не давал полного представления о его состоянии.

Сначала появились светлые и темные пятна с расплывчатыми силуэтами. Постепенно изображение становилось четче, приобретая черты знакомой комнаты, но в несколько потрепанном состоянии. Пол почти полностью лишился линолеума, стены — штукатурки. От нового стола и стульев остались только щепки. Кресло, к которому я приматывала вампира, тоже разлетелось на части. Я увидела под ногами ручку с резными орнаментами, а чуть дальше — обломок высокой спинки. Алекс, туго замотанный в зеленую с ромашками занавеску, лежал на боку на полу. Странным образом ткань плотно примотала к телу руки и полностью его обездвижила. Вышло аккуратнее и надежней, чем если бы его заматывали так специально.

Я подошла к нему поближе, внимательно рассматривая. Мне было любопытно полюбоваться на результат своего эксперимента.

— Да-а-а… — протянула я с ноткой растерянности в голосе и, запустив пятерню в волосы, почесала затылок. — Получился гибрид гусеницы и шимпанзе… Я ожидала, что результат будет более… мм… аккуратным.

— В кого ты меня превратила? — взволнованным голосом с небольшой хрипотцой спросил Алекс. Он задергался на полу, извиваясь в своем коконе. Разорвать ткань, как он, очевидно, хотел, у него не получалось. Освободиться и подняться с пола он не мог. Алекс попробовал хотя бы сесть, но и это у него не вышло — ткань не пускала.

Димка и Густав, проморгавшись, тоже заинтересовались результатом ритуала и подошли поближе. Они стали над спеленутым Алексом и, не смущаясь, нагло в упор принялись его подробно изучать.

— Да-а… — выдохнул Густав.

— Офигеть! — прокомментировал увиденное Димка.

Я расплылась в довольной улыбке. Все-таки в целом получилось так, как мне хотелось.

Алекс тем временем задергался сильнее и энергичнее, хотя, судя по гримасе, у него болела голова и чувствовал он себя не самым лучшим образом. Мне показалась, что в него под конец заклинания врезалось нечто большое и твердое, подозрительно похожее на часть столешницы его бывшего новенького стола. И конечно, было заметно, как он боится того, что его превратили в еще более ужасного монстра, чем вампир, но по-прежнему такого же неуязвимого.

— Размотайте меня, — напряженно попросил он, — или хотя бы дайте пока зеркало. Я хочу увидеть себя. Что со мной случилось?

Димка потянул руку в карман, чтобы достать зеркало. Он, видимо, решил, что так быстрее успокоит Алекса. Я перехватила руку на полпути.

— Не смей! Незачем его волновать раньше времени. Он же сейчас себя испугается! Сначала приведите Алекса в порядок, а потом подсовывайте зеркало! До завтрашнего утра он в полном вашем распоряжении, а я пошла отдыхать.

После моих слов Алекс разволновался еще больше и попытался вытащить из кокона хотя бы руку. Только я этого не заметила, так как прямым ходом резво направилась к двери, чтобы уйти до того, как мне начнут задавать вопросы о происхождении ритуала. Димка и Густав не успели ничего возразить. До калитки я почти бежала, перепрыгивая лужи, стремясь скрыться быстрее. Об оставшейся где-то в комнате сумке и не вспомнила. Давать объяснения именно сегодня я была не готова.

ГЛАВА 15

— И как мы будем приводить эту гусеницу в порядок? — недоуменно поинтересовался Димка у немецкого магистра. — Ты стричь умеешь?

— Не задавай дурацких вопросов. Естественно, нет. Последний раз я брал в руки ножницы, когда требовалось обкорнать челку маминому пуделю!

— О! А говорил «не умею»! Вот видишь, у тебя и опыт, оказывается, есть.

— Не измывайся. То был бессловесный пудель, а тут вполне живой и разговорчивый Алекс.

— Так, хочешь, я организую кляп? Он тоже будет молчать и ничего не возразит, — загорелся Димка, радуясь, что можно на кого-то скинуть необходимую операцию.

— Ребята, я, конечно, не пудель, но тоже буду кусаться! — завопил Алекс, возмущенный, что его никто не освобождает, да еще и, не спросив, стричь зачем-то собираются. — Вспомните, что вампиров злить опасно!

— Мы помним, — отмахнулся Густав.

— И что вы собираетесь стричь? — догадался наконец спросить Алекс.

— Вот это! — схватил Димка в охапку длинные спутанные темные пряди волос, рассыпанные за спиной Алекса, и перекинул вперед, поближе к глазам. — Или, хочешь, косичку заплетем?! — с иронией поинтересовался он.

— Говорят, китайские воины ходили с косами и очень ими гордились, — как бы невзначай заметил Густав, стремясь освободить себя от роли парикмахера.

Алекс ошеломленно рассматривал предъявленный ему пучок густых волос. Он бы сейчас с удовольствием подергал их, чтобы убедиться, что это не мираж. Волосы у вампиров никогда не росли. Ему уже триста лет не приходилось ни стричься, ни бриться. Он представил себе, как должен выглядеть в реальности вампир с длинной косой ниже пояса, и хмыкнул — зрелище получалось не для слабонервных и истеричных. Некоторые ненормальные маги, вместо того чтобы испугаться, могут запросто начать хохотать. Вот… Димка, например.