Ян Ирвин - Геомант

— Похоже, отец планирует очередной триумф, — грустно заметил Ниш.

— Ему не терпится проявить свои способности… — Иризис начала говорить, но увидела подошедшего следователя и замолчала.

— А что если у них тут целый город? — спросил Ниш у отца.

— На такой высоте? Самое большее — немногочисленная группа.

До подножия скал колонна добралась за несколько часов перед рассветом. Опасаясь дозоров, они намеренно отклонились от пути, по которому прошли беглецы. Людям помогал еще и ветер, сдувавший целые облака свежевыпавшего снега с плато, сквозь них вряд ли можно было рассмотреть что-то сверху. На случай ясной погоды солдаты разбили лагерь в лощине позади скалы. Там же было созвано общее собрание, на котором присутствовали все, включая Юлию, которой разрешили смотреть через люк кланкера.

— Что вам известно об этом месте? — спросила Фин-Мак у сержанта Арпла.

— Я только слышал о нем, — ответил Арпл, опираясь рукой о желтую растрескавшуюся скалу. — Когда-то здесь обитали люди — они пасли коз и овец, но лет сорок назад климат стал меняться, и однажды лето совсем не пришло. Стада вымерли от бескормицы, люди ушли. Сейчас здесь никто не может выжить.

— Кроме лиринксов, — угрюмо заметил Ял-Ниш. — И уж конечно, они питаются не обломками скал! Кто из вас бывал наверху? Отзовитесь, и я обещаю вам награду.

— Думаю, только Вулли может знать эти места, — неуверенно ответил Арпл. — Вулли!

Крепко сбитый ветеран отозвался из задних рядов. Его голос звучал мягко, словно горло было смазано маслом, и никогда не повышался громче шепота. Иризис с трудом разглядела его в темноте. Это был приземистый мускулистый мужчина. Лицо его покрывали ритуальные шрамы горцев. А вот на шее виднелся другой шрам, явно полученный в бою. Вероятно, это ранение и мешало солдату говорить. Удивительно, что он вообще выжил после такого.

— Я бывал в этих местах еще ребенком, лар. Тогда некоторое время я провел в банде грабителей. Они держали в страхе Нодей, Консумин, Тунгстейт и другие окрестные деревушки.

— Я и не подозревал, что здесь существовали деревни, — изумился Ял-Ниш.

— Теперь уже нет. Голод и чума еще лет тридцать назад довершили то, что начали бандиты.

— Что тебе известно о самом плато, солдат?

— Его называют Гарихан, лар, что на нашем диалекте означает «плоская гора». Теперь на этом наречии никто не говорит. Только я, а когда умру…

Вулли повесил голову и отвернулся.

— Как выглядит вершина Гарихана? — спросил Арпл.

— Поверхность имеет форму яйца. Острый конец обращен к нам. Чтобы перейти все плато по снегу, потребуется целый день.

— Плато тянется на три лиги в длину и две — в ширину, — заговорила Фин-Мак, заглядывая в карту, — Чтобы наблюдать за всем пространством, потребовалось бы немало сил. Там ровная поверхность, Вулли?

— Почти. Есть небольшие подъемы и впадины на широком конце, но ни одной высоты, с которой можно было бы вести наблюдение.

— Где, по-твоему, лиринксы могли устроить лагерь? — спросил Ял-Ниш.

— Посреди широкого конца плато. Там есть впадины, в которых можно укрыться от ветра, и есть родник с чистой водой, если еще не замерз.

— Судя по всему, этот край лучше всего подходит для подъема, — подытожил Ял-Ниш. — Если погода не изменится, — добавил он. — Вулли, подойди и покажи на карте, где это может быть.

Вулли вышел из строя и попал в свет костра. Он сильно смахивал на медведя, поднявшегося на задние лапы. Иризис тоже подошла поближе. Солдат исковерканным пальцем ткнул в восточный край круглой оконечности плато.

— Здесь в давние времена была лестница, но, если она до сих пор сохранилась, лиринксы наверняка поставят там часового. А деревня стояла вот здесь. Во всех других местах ветер сбивает с ног.

— А какое место ты выбрал бы для подъема? Вулли не колебался ни секунды:

— Да вот здесь, лар. Как раз напротив лестницы. Этот край плато пострадал от погоды больше всего, там полно расщелин и валунов, есть где спрятаться, но трудно следить за местностью. Хотя подниматься будет нелегко.

— Мы к этому готовы, — хвастливо заявил Ял-Ниш. — Все солдаты, пришедшие с четвертым кланкером, обучены войне в горах. Я учел все возможности.

«Кроме удара в лицо», — подумала Иризис, довольно глядя на разбитый нос следователя. Ял-Ниш даже теперь не мог избавиться от гнусавости при разговоре.

Это заявление следователя удивило всех, даже Арпла, поскольку солдаты Рустины не обмолвились ни единым словом о своих навыках.

— Лагерь будет передвинут вот сюда, — показал Ял-Ниш. — Под прикрытием скал его нельзя будет рассмотреть сверху, даже в случае хорошей видимости. Скалолазы подойдут к основанию плато еще в темноте. Если погода не прояснится, они начнут подъем при первых признаках рассвета. Наверху проведут разведку, подготовят место для основных сил. Завтра к этому времени с лиринксами будет покончено.

ГЛАВА 36

При первых признаках ненастного рассвета все разведчики вышли на позицию. Ветер продолжал сметать с плато тучи снега, но северная сторона обрыва находилась с подветренной стороны, здесь было почти тихо. Рустина беспокойно ходила вдоль скал, намечая путь для восхождения.

— Будем подниматься вот здесь, — решила она, показав затянутой в перчатку рукой на растрескавшуюся скалу.

Снеговой вихрь, похожий на миниатюрный торнадо, взвился вверх. Иризис задумчиво наблюдала за полетом белых хлопьев. Мечты о таинственном кристалле преследовали ее всю ночь, а едва она просыпалась, сразу начинала мечтать о возвращении своих способностей.

Солдаты тем временем переносили к подножию скал огромные тюки с багажом, но Рустина приказала им располагаться на некотором удалении от скалы.

— Отойдите подальше, — распорядилась она. — Если нас обнаружат, то стоит сбросить несколько валунов, и лагерю конец.

Наконец все было готово. Иризис повернулась спиной к ветру и приготовилась наблюдать. Первая пара скалолазов получала последние инструкции у своего сержанта. Они были похожи друг на друга — высокие, худощавые и длинноногие. На лодыжках и на запястьях у них имелись подвижные крючья, при необходимости их можно было убрать. У каждого был ледоруб, за спиной висел небольшой рюкзак, а к поясу привязаны концы тонкого и прочного шнура.

Рустина похлопала солдат по плечам, и они начали подъем, с обманчивой легкостью находя не видимые снизу уступы. Точь-в-точь четырехлапые пауки, взбирающиеся по каменной стене. Вскоре оба скалолаза растворились в серой пелене снега.

Ял-Ниш застыл, скрестив руки на груди. Арпл вытянулся неподалеку, словно присутствовал на параде, шрам на его верхней губе покрылся изморозью и как никогда был похож на второй рот. Рустина, сжав губы, продолжала ходить взад и вперед вдоль скалы, ее рыжие волосы пламенели на ветру. Потянулись долгие минуты ожидания, прошел час. Ни одного постороннего звука не доносилось сверху. Но, кроме воя ветра, никто и не мог ничего расслышать. Рустина что-то бормотала себе под нос, Ял-Ниш, устав стоять, стал расхаживать из стороны в сторону. Только сержант Арпл остался недвижим.