Анастасия Вихарева - Черная книга колдуна

Даже изобрели электричество, используя для вращения динамо-машины водопад…

Правда, лампочка так и не зажглась, опознать вольфрам Кирилл не смог. И от использования железа в промышленных масштабах пока тоже пришлось отказаться — не достало домны, а железо, которое смогли добыть, даже не потянуло на чугун. Скорее, сплавленная с глиной руда. Но кость застряла в горле — все понимали, без железа не выжить. И дины вызвались отыскать каменный уголь, а Кирилл исходил горы вдоль и поперек, отыскивая материал для цемента.

Стадное чувство у динов прошло, теперь им приходилось охранять лагерь от вторжения зверозубых, которые то и дело норовили нарушить границу, поднимаясь в горы от затопленных дождями равнин и джунглей. И сопровождали кормильцев, спускаясь с ними в подножие, помогая отыскивать фрукты, овощи, грибы, добыть рыбу и мясо, после помогая добычу дотащить до лагеря. Не то, чтобы их об этом просили, но когда Макс предложил всей толпой перебраться в город, идти в такие места, где зимой с неба падает снег, дины категорически отказались. Чисто по-человечески их можно было понять: ниже пятнадцати градусов по Цельсию — и дины падали в глубоком анабиозе, а бывало, хищные звери пользовались их невменяемостью, утоляя голод, а их в это время как бы не было. Сами по себе дины представляли собой что-то переходное от пресмыкающихся и рыб к теплокровным — сами они были теплокровными, но не имели защитного покрова, и в крови их циркулировала некая жидкость, наподобие антифриза, который не позволял организму замерзнуть ниже прожиточного минимума, а когда огромные холодные потоки воздуха проникали в легкие, охлаждала кровь, которая становилась густой и вязкой, отключая все системы жизнеобеспечения. Несомненно, холод — это единственное, чего они по-настоящему боялись.

И для всех землян сразу стала понятной трагедия, которая произошла шестьдесят пять миллионов лет назад, и миллион лет назад, когда внезапно началось оледенение планеты — млекопитающие пировали по всему миру, объедая динозавров и падавших замертво птиц без перьев до кости. И так выжили, не оставив от древнего мира ничего даже в самых далеких уголках планеты. А многие после вымели сами, когда трупы динозавров и травоядных млекопитающих закончились.

— Не холод, они наша смерть, если у нас произойдет что-то подобное, — один из динов кивнул вниз, на стадо, похожее на бизонов, за которым мирно, словно паслись в этом стаде, следовала пара саблезубых тигров, не рискующие подойти к ящерам с хвостами и в броне.

— А чем вы там у себя занимаетесь? — поинтересовались все и сразу, превратившись в само внимание.

На лица динов не различали, поэтому имена им давать не стали. Человеческому глазу не сосчитать количество бугорков на лбу и не рассмотреть узор на панцирном щите, прикрывающем голову, но сами себя они различали.

— Пасем стада, охраняем яйца. Мясо продаем силуронам — они надежные союзники. А силуроны тем, кто хочет купить.

— Понятно, посредникам… — проворчал Ян. — А те продают раз в десять дороже. Неплохой бизнес! Поди, как деликатес подают? У нас акульи плавники за сто пятьдесят тысяч покупают, а тарелка супа из них стоит пять штук!

— В смысле? — повернулись к землянам.

— Ну как, как… поймали акулу тонны на три, плавник отрезали, тушу выбросили в море. Обычное дело. Как будто больше жрать нечего… Мы пытались корабль остановить, так нас протаранили, и мы же виноваты оказались. А-а… — он махнул рукой. — Бесполезно!

На Яна посмотрели с уважением. Правда, не все поняли, чем он таким занимался на земле, но по лицам остальных землян Ян был героем.

— Нет, мы тоже продаем, недорого, — ничуть не обвинил силуронцев дин. — Желающих купить и много, и немного. Это промышленные планеты с суровым климатом,

— Кроме того, возделываем землю, рассеивая семена парагвы, — добавил второй дин.

— И выращиваем пьезоуглеродные кристаллы, которые очень ценятся в вашем мире, — еще один дин ткнул рукой в лазерную пушку Макса. — Чумчуй.

— Бороздим просторы вселенной, чтобы поделиться мудростью, дарованной свыше — и оставляем яйца, где однажды можем найти приют, если придет долгая зима, — разрешился от тоски по дому первый дин. — Когда-то наши предки жили здесь долгие-долгие миллионы лет. А потом звезда и планета начали остывать, отдали планету людям. О том времени сохранились много легенд!

— Правда? — округлил глаза Макс. — На земле?

Дины о чем-то шумно заговорили между собой.

— Все когда-то уходят. И теперешний ваш мир, который родился тогда, прекратит свое существование. Это будет еще не скоро, но когда это произойдет, весь мир подарит вам новую планету.

— Им не подарит! Их нигде не ждут! — вставил Гоблин Яша, которого только и заметили, как он заговорил, словно вынырнул из небытия. Наверное, телепатически ему постоянно приходилось напоминать, что он тут, среди живых. О нем помнила лишь Злата и дины, которые умели пощупать пространство. — И вряд ли они доживут до того времени! У них и дня не проходит, чтобы не поклониться демонам.

— А ты откуда знаешь? — обиделся Макс. — Мир как мир! Выживаем, как умеем.

— Я смотрел на него и вчера, и сегодня… Там даже живые как мертвые, а мертвые, как живые.

— В смысле?! — раскрыли рот земляне.

— Я не знаю как, не могу объяснить. Я только хотел посмотреть, почему выбрали именно вас, — расположился Гоблин к беседе.

Он настроился на радиоволну, принимая какое-то полуметафизическое состояние, став вдруг темным провалом.

— Надо же забрать квартиру… — голос у него стал совершенно другим и каким-то буднично-прозаическим и обеспокоенным бытовухой. — Че ей простаивать?! Ты пока не говори, что свидетельство о смерти выправляешь…. — И вдруг голос у него снова поменялся, стал мужским. — Надо тело предъявить, а где я его возьму?! Тоже, стрекаешь, как сорока… сбегутся сычи, ни хрена не получим! Тихо надо…

— Это что, нашу квартиру делят?! — изменившись в лице, Ян повернулся к побледневшей и прикусившей губу Ядвиге. Им голос был знаком.

— А на что она вам?! — усмехнулся Никола. — пусть достанется хорошим людям!

— Ну, знаешь! Я еще не умер! — возмутился до глубины души Ян.

— Умер, не умер — руки коротки, — похлопал его по плечу с сочувствием Макс.

— А вы позвоните, — предложил простодушно Гоблин Яша. — У вас часто так делают. Привет, че звонишь?! А-а-а… Ну возьми трубку! Ну, возьми!.. Че, на занятия идем?..

— Как? — развел руками Ян. — Сотовые давно сдохли! Ношу, как тотем!

— Я помогу, я могу… Не позвонить, поверить. Я иногда так делал, если заняться нечем. Музыку слушаю… Если как сейчас рядом, сигналы проходят. «А я добьюсь твоей любви…» — затянул он. — Мы как раз рядом с вашим миром, еще три дня назад…